Владимир Михановский - НФ: Альманах научной фантастики. Выпуск 18

— Хорошо, — сказал он, выдержав паузу, — тогда давайте займемся другим вопросом. Какими могут быть причины изменения кода?

Репортер почувствовал удовольствие от возможности помериться силами с капитаном, чем-то похожее на удовольствие средневекового инквизитора.

— А может, тем временем робот побывал внутри? — предположил он. — Такое может случиться, ведь он нуждается в запасных деталях или смазочных материалах, а то и в пополнении источников энергии.

— Но обстоятельства его побега свидетельствуют, что он не знает кода! возразил капитан.

— Да, это верно, — согласился Уилкинс, — хотя… — он просиял.

— Что «хотя»?

— Должен же где-нибудь робот обитать. Я не думаю, что он сам снял квартиру. Это, пожалуй, заранее сделал для него старый Баткинс. В противном случае робот неминуемо столкнется с массой вопросов личного порядка и, конечно же, должен кому-то показаться странным. Если же он уже живет где-то и аккуратно вносит плату, ни один человек не обратит на него внимания.

— Весьма вероятно, — должен был теперь согласиться капитан, — Но как мы узнаем, где он живет?

— Надо устроить ему западню, — сказал репортер.

— Каким образом? — быстро спросил капитан.

— Я просмотрел все бульварные журналы, которыми старик Баткинс, очевидно, напичкал своего механического человека. Один из них мог бы особенно пригодиться: кража бриллиантов в отеле. Или точнее — грабеж. Нужно организовать совершенно сходную ситуацию и позаботиться, чтобы он каким-то образом об этом узнал. Лучше всего — через прессу. У Мэттисона такое же предложение…

— Отлично, — сказал капитан, словно учитель у доски. — А потом?

Сэм Мэттисон поднялся с табурета:

— А потом не выпускать его! Стрелять без перерыва! Этого хватит даже для робота!..

Капитан не смог спрятать усмешку. «Теперь-то я тебя раскусил, — подумал он. — Интересно, кто же это тебе что-то там пообещал за уничтожение этой игрушки?» Но он промолчал.

Репортер увидел, как дрогнули углы рта у капитана Бэкетта, а также то, что сержант неодобрительно стянул брови. Теперь-то ему было окончательно ясно, что тут велась какая-то странная игра. И сейчас он решил принять в ней участие.

— Нет, я думаю, его надо выпустить из отеля и проследить за ним.

По кивку капитана он увидел, что попал в цель.

— Трудновато… — вставил сержант. — А если у парня и на затылке глаза?

— Чепуха! — прогремел лейтенант, но тут же смутился: — Да, а почему, собственно, нет? Он ведь робот, гм… И это многое объясняет. Например, то, что он увидел тебя на улице.

Капитан поднял руку:

— Хорошо, мы все это должны принять во внимание. Но стрельба исключается. Если мы выясним, где он живет, мы его поймаем стальной сетью или чем-нибудь еще, в подъезде или в другом подходящем месте… Вы хотите что-то сказать, профессор?

Впервые Чарльз Гарденер поднял голову, давая понять этим, что следил за разговором. Ему сразу стало ясно, что план капитана может быть вполне осуществлен. Теперь его, Гарденера, очередь вмешаться.

— Старый Баткинс… — начал он. — Словом, исходя из принципов старого Баткинса, которые и вам известны, я не могу себе представить, чтобы он не застраховал свое создание на такой случай. Я имею в виду вариант, при котором из-за какого-нибудь дефекта в устройстве робот мог бы быть пойман другими людьми и использован для их целей…

— В чем же могло бы заключаться такое предохраняющее приспособление? спросил капитан.

— Например, в устройстве для самоуничтожения. С помощью взрывчатки. Или короткого замыкания, разрушающего все электронные узлы и оставляющего лишь механический аппарат, построить который под силу каждому любителю.

Чарльз Гарденер спокойно смотрел капитану в глаза. Он видел, что заставил его задуматься.

Снова наступила пауза. Но теперь капитан уставился в пол, а остальные уставились на него. Наконец он поднял голову.

— Остается только одно. Когда мы узнаем его местопребывание, тогда, он повернулся к Чарльзу Гарденеру, — тогда ваша очередь действовать. Вы нанесете ему визит под каким-нибудь предлогом — как электромонтер или еще кто — и попробуете выведать, что там интересного в его внутренностях. Вы здесь единственный, кто на это способен.

Чарльз Гарденер в душе торжествовал. Ему удалось без труда скрыть свою радость — за короткое время после гибели Баткинса он уже так хорошо научился притворяться, что сейчас это доставляло ему наслаждение.

— Тогда в принципе можно считать все выясненным, — заключил Бэкетт разговор. — Остальное, как говорят, — штабная работа…

На другой день первую полосу утренней газеты украсила большая фотография киноактрисы Сьюзен Бэберли в окружении жирных черных букв, из которых Уилкинс составил капкан, над которым он трудился особенно тщательно:

ДРАГОЦЕННОСТИ БЭБЕРЛИ В МИДЛТОНЕ!

Сьюзен Бэберли, любимица зрителей, посетит неофициально Мидлтон! Она прибудет в 16 часов и остановится на сутки в «Метрополитэне». Ее знаменитые бриллианты будут находиться в это время в полностью застрахованном от взломщиков и пожара сейфе отеля».

Напряженную ночь провели капитан и полисмены города. Но зато теперь все было готово. Роботу оставалось только две возможности завладеть драгоценностями (разумеется, фальшивыми) — либо до помещения их в сейф, либо непосредственно после того, как их вынут оттуда. Этого момента ждали двадцать патрульных машин и отряд полисменов на мотоциклах, усиленный соединениями из Чикаго. Центр руководства преследованием был в полицейском управлении, эта задача выпала на долю лейтенанта Сэма Мэттисона и его сержанта: они знали город, и кроме того существовало опасение, что в отеле робот может узнать их в лицо.

В отеле «Метрополитэн», в комнате директора, который сейчас нервно бегал взад и вперед, ждал капитан Бэкетт. Уже в полдень перед гостиницей стали собираться первые поклонники, пришедшие сюда, чтобы приветствовать своего кумира, которого, правда, привели сейчас в Мидлтон не личные дела, а волшебная власть Пентагона. Число этих молодых людей росло, и вместе с ним рос шум, который они учиняли.

Когда к подъезду подкатил широченный, как крейсер, синий лимузин и из него выпорхнуло знаменитое веретенообразное белокурое Нечто с не менее знаменитой обезьянкой на руках, стекла отеля задрожали. Группа юнцов прорвала оцепление и легла на тротуаре, так что Сьюзен пришлось, балансируя, пробираться в отель по их спинам, что она делала не без удовольствия…

Одновременно появился другой, открытый автомобиль, медленно двигавшийся в противоположном направлении. Какой-то человек, сидящий рядом с шофером, вдруг стал швырять в толпу пачки фотографий Сьюзен Бэберли с ее автографом и штампом «Мидлтон» и датой. Все с криками и воплями побежали за машиной, в которой, казалось, скрывался неисчерпаемый запас этих портретов, и в течение нескольких минут площадь перед гостиницей опустела.