Кирилл Алейников - Третья волна

Елена рассказывала, что почти у всех древних народов мира есть четкая позиция касаемо собственного происхождения. Древние люди считали, что их предками стали те, кто тем или иным образом спустился с неба, прибыл на Землю из иного мира. В мифологии Новой Зеландии, Суматры, Ирана, Индии, Океании, Китая, Египта, а также в мифологии инков, майя и скандинавов есть четкие упоминания о неких «железных» либо «божественных птицах-кораблях», принесших «железные яйца», в которых и находились первые люди, давшие начало всей человеческой расе Земли. Согласно верованиям центральноамериканских индейцев, их предки были «собраны в небе» великим духом Гитче Манито, который отправил огромного орла-громовержца на поиски места, где должны были жить люди, а после и доставил самих людей в это место.

Представления о внеземном происхождении людей есть и в тибетском трактате «Ясное знание», где говорится следующее: «Первые люди на Земле появились от небесных богов. Сначала эти люди умели летать, но потом утратили эту способность. Причина заключалась в пище. Пока люди питались каким-то особым составом, чем-то вроде нектара, они могли летать. Когда же нектар кончился и они перешли на более грубую пищу, то стали деградировать и утратили способность передвигаться по воздуху. Они были вынуждены заняться сельским хозяйством». Не о топливе ли упоминается в трактате как о «нектаре»? О топливе для летательных аппаратов, которое со временем кончилось…

— Поражает то, что мифы о внеземном происхождении человечества встречаются не в отдельных мифах, а в целых мифологических системах практически всех народов мира. Древние знали больше чем мы сейчас.

ГЛАВА 15

Они сидели в отдельных капсулах с мягкими креслами-лежанками, перевязанные ремнями безопасности. Все девятьсот человек расположились в огромном тесном отсеке в несколько окружностей с общим центром. Кениц был во внутреннем кольце и мог сквозь толстое стекло видеть перед собой испуганные лица людей, своих людей, утопающих в капсулах.

По кораблю прошлась дрожь. В капсулу не проникали звуки, которые наверняка сейчас царствовали в отсеке — ревущие звуки включившихся двигателей. Через минуту Кениц почувствовал легкий толчок, а затем его сердце будто ушло в пятки. Начался подъем с ускорением. И без того слабое освещение отсека вовсе померкло, и люди погрузились в тихий мрак.

Прощай, Терса!..

Время отчего-то растянулось, текло невыносимо медленно. Потеряв связь с реальностью, Кениц не мог сказать, сколько минут прошло с момента старта. Да и был ли старт? Может, дрожь и толчок ознаменовали всего лишь прогрев двигателей или иной технологический процесс… Время почти остановилось, гипнотизируя людей, вгоняя их в состояние сна наяву.

Но всему рано или поздно суждено завершиться. И темная тишина кончилась. В отсеке сначала часто замигали, а потом загорелись ровным светом маломощные лампы, еще один толчок словно бы сбоку окончательно сбросил с людей состояние ступора. Царивший в душах страх начал отступать, прятаться за чувством восхищения: не каждому человеку за всю историю человечества удавалось выйти в космос.

Стеклянные колпаки на капсулах открылись бесшумно и плавно. Люди закопошились на своих местах, отстегивая ремни безопасности. С кряхтеньем и шепотом люди стали выбираться из капсул. В тесном отсеке сразу стало еще теснее.

Кениц хотел посмотреть в какое-нибудь окно, удалось ли взлететь. Но окна в отсеке отсутствовали. Тогда он прошел, вежливо отодвигая столпившихся, к выходу из отсека. Горевшая на двери только что красная лампочка сменилась на зеленую. Значит, дверь открыта?

Кениц увидал рядом с выходом большую выпуклую красную кнопку. Положив на нее ладонь, Кениц нажал, и дверная панель с тихим шипением ушла вверх. Темный коридор за ней тут же осветился. Кениц опасливо выглянул наружу; было тихо и безлюдно, лишь слабый гул доносился откуда-то из недр корабля.

— Куда ты направляешься?

Сепела вырос позади так неожиданно, что Кениц вздрогнул.

— Хочу найти окно и посмотреть на Терсу из космоса, — признался шламан.

— Не думаю, что на «Осирисе» есть иллюминаторы. Это ведь космический корабль, а не морское судно.

— А вдруг есть?

Кениц пошел по коридору. За ним устроился Сепела. Когда они проходили одну секцию, свет в ней гас, зато тут же загорался в следующей секции. Экономия энергии, конечно же. Полет предстоит долгий, а ведь еще посадка на Калис…

Скоро стали попадаться на пути растерянные люди, представители иных народов и государств. Они тихо переговаривались и бродили по внутренним переходам корабля без цели, просто для того, чтобы сбить сковавшее всех напряжение.

Позади вдруг раздался возглас:

— Ин-шламан! Кениц!

Верховный жрец обернулся. К ним быстро шагала принцесса Найс в своей солдатской униформе. Подойдя ближе, принцесса красиво улыбнулась:

— Вот мы и взлетели. Как вы себя чувствуете?

— Вроде бы нормально, — ответил за себя и за Сепелу Кениц. — Принцесса, на корабле есть какие-нибудь иллюминаторы?

Девушка сразу поняла намерения шламана. Махнув рукой, она сказала:

— Пойдемте за мной.

Они двинулись в долгий путь сквозь многометровые туннели, коридоры, двери и отсеки. Блуждающего народу становилось больше, скоро послышались даже первые бодрые песни и смех. Напряжение последних часов перед стартом давало о себе знать: люди старались разрядиться самыми простыми и доступными способами.

Принцесса привела своих спутников в довольно уютное место, напоминающее кают-компанию больших океанских судов. Здесь вдоль стен расположились хоть и простые, зато очень мягкие диваны и кресла, перед ними стояли прикрученные к полу прямоугольные столики с закругленными углами, на стенах висели плоские панели больших демонстрационных мониторов. У одного из мониторов девушка остановилась, отыскала рядом на стене пульт управления и нажала на какую-то кнопочку.

Монитор ожил. Кениц понял это по черноте, ставшей вдруг не такой глубоко черной. Спустя пару секунд шламан смог увидеть на изображении маленькие светлые точечки, проясняющиеся и множащиеся по мере разогрева экрана.

Звезды!..

«Осирис» выплыл в бесконечный холодный океан Нун…

— На корабле смонтированы внешние камеры, — объяснила принцесса Найс. — Наши техники сказали, что камеры будут работать в течение всего полета до посадки. А когда корабль будет садиться на Калис, камеры сгорят в плотных слоях его атмосферы.

Будто зная, чего именно хочется увидеть шламану, девушка нажала очередную кнопку, и изображение мертвой космической пустоты сменилось прекрасным видом на Терсу.