Джон Барнс - И несть им числа...

Поначалу я смутился, но Ульрика пихнула меня локтем.

— Здесь.

— Хелен?

— Здесь.

Таким образом Ифвин прошелся по всем, сидящим за столом (и каждый ответил «здесь»), а затем спросил:

— Есть ли еще кто-нибудь, кого я не назвал?

— Нет, — ответил Роджер, — если не считать официантку, которая сейчас находится в здании.

— Хорошо. Тогда можем начинать. Наверное, я начну с того, что кое-что для вас проясню. Но прежде всего у меня есть еще парочка тестов, чтобы удостовериться, что все наконец-то на месте. Боюсь, они не похожи на то, что вам когда-либо приходилось делать, но в них есть смысл. Есть ли на наружной стене кафе электрическая розетка?

Я посмотрел и увидел, что их там несколько.

— Да.

— Не могли бы вы несколько раз включить что-нибудь в одну из них, а потом выключить?

На столбах, стоявших вокруг столиков на улице, были лампочки. Вилка находилась около заземленной розетки. Я подошел и несколько раз включил и выключил ее, чувствуя себя так, будто кто-то специально пытается сыграть надо мной злую шутку. Естественно, подобным образом я себя ощущал уже в течение пяти дней.

— Великолепно! — воскликнул Ифвин. — А теперь возьмите, пожалуйста, телефон у официанта, он в кафе, позвоните в Париж в справочную и, как только соединитесь, бросайте трубку.

Прежде чем кто-либо успел пошевельнуться, Келли встала:

— Если я какой номер и знаю, так это справочной — постоянно забываю телефонные номера. — С этими словами она вошла в кафе.

— Зачем все эти ваши экспериментики? — задал я вопрос в микрофон.

— Не могу рассказать сейчас, но вскоре вы обо всем узнаете. Пусть Келли проведет эксперимент, потом еще один я сам, и вот тогда мы будем в отличной форме.

Тем временем Келли вернулась, неся портативный телефон.

— Ладно, я готова, — произнесла она достаточно громко, чтобы Ифвину было слышно через микрофон. Затем набрала номер и сняла трубку.

Спустя секунду из громкоговорителя послышалось:

— Извини, попробуй еще раз.

— Опять положить трубку сразу же, как только ответят на том конце?

— Да. Точно так же, как в предыдущий раз.

Келли набрала номер, подождала и нажала кнопку.

— Отлично! — раздался радостный возглас Ифвина; даже по громкой связи в нем можно было услышать триумф и удовлетворение. Он немедленно добавил:

— Теперь еще одно задание. В кафе играет музыка?

— Нет, — ответили все хором.

— Хотите, чтобы ее включили? — поинтересовалась Терри. — Я могу пойти попросить.

— Спасибо, Терри.

Она вскочила и исчезла внутри; мне уже было любопытно, что думает персонал кафе о нашем поведении и странных просьбах, но по крайней мере они не вышли и не попросили нас прекратить это занятие.

Через минуту послышалась музыка в неизвестном мне стиле — возможно, в ней было больше латинского, чем сохранилось в моем нацистском мире; из микрофона доносились вопли, и Терри вылетела на улицу, тяжело дыша.

— Благодарю бога за четыре нужных языка, — бросила она, плюхнувшись на стул.

— Минуточку… — сказал Ифвин. — Теперь тот телефон, по которому вы звонили в Париж.., не снимайте трубку, когда он зазвонит. Он будет звонить несколько минут. Оставьте включенным радио и громкую связь.

Положите телефон на стол и поставьте стул напротив, но ни в коем случае не отвечайте на звонок.

Почти сразу зазвонил телефон, и, пожав плечами, Хелен встала и положила его на стол, придвинула еще един стул, а телефон все трезвонил.

— Телефон на месте? — спросил Ифвин.

— Угу. Вы должны были это услышать, — пробормотал Полковник. Телефон не замолкал, издавая умопомрачительные звуки; над головой орали динамики; я подумал, а не является ли это каким-нибудь сложным планом, чтобы свести нас с ума.

— А стул пустой?

Иисус Пикардин наклонился, чтобы проверить, и лишь потом ответил:

— Стул пустой.

— Все сидите неподвижно, пока я не сосчитаю до ста;

Не шевелитесь, пока я буду считать. Один, два, три, четыре, пять, шесть, алле.

Телефон умолк. Громкоговоритель вдруг взвизгнул, выдав еще раз «алле» на очень высоких тонах.

А там, на стуле, который секунду назад был пустым, держа в руках телефон, по которому он только что с нами говорил, сидел Джефри Ифвин в потрясающем белом костюме, галстуке в темную полоску, с ярко-красной гвоздикой в петлице.

Мы отшатнулись, опрокидывая стулья и пятясь. Хелен, Эсме, Паула и Иисус схватились за оружие. Ифвин поднял руки вверх, продолжая держать телефон, и нажал кнопку отбоя.

— Что, кто-нибудь собирается стрелять? — осведомился он.

— Нет, просто вы меня напугали, — объяснила Эсме.

— Нет, наверное, — с сожалением сказала Паула.

— Нет. — Хелен не тратила много слов.

— По крайней мере не сейчас, — ответил Пикардин.

— Хорошо. — Ифвин опустил руки и потянулся, чтобы выключить громкую связь. Оглянулся по сторонам. — Что ж, наконец я собрал всех вас в одном мире и теперь могу все объяснить. Я определил вас как людей, необходимых мне для важной миссии, за которую, кроме возможной славы, если вы выживете, и вечной благодарности от вашей страны, если все сработает, я могу предложить вам состояние, о котором вы не могли и мечтать. Вот мое предложение, вы вольны принять его или отказаться: на одной чаше весов — большой риск, на другой — слава, услуга государству и несметное богатство.

— Что за миссия? — задал вопрос Полковник.

Ифвин облокотился на спинку стула, скрестил ноги и улыбнулся, тепло и по-дружески, будто намереваясь рассказать нам лучшую в мире шутку.

— Работа очень простая. Держите путь на север и отыщите Америку. Уже тридцать лет, как она пропала в триллионах разных миров, и пора выяснить, в чем дело. — Он поднялся и добавил:

— Что ж. Если вы примете мое предложение, я могу разместить всех в хорошем отеле, где сегодня вечером мы проведем небольшую стратегическую конференцию, а рано утром отправимся в путь.

Все готовы согласиться?

Я согласно кинул и вдруг понял, что все мы в один голос отвечаем «да». Интересно, это тоже Ифвин подстроил, или же данный факт — простое совпадение или заразное помешательство? Впрочем, какая разница.

Часть третья

В КОТОРОЙ Я ИНТЕРЕСУЮСЬ, КЕМ ТЕПЕРЬ СТАЛ ШРЕДИНГЕР

Ифвин снял нам номера в большом, современном отеле, одном из тех мест, которые строят в бедных странах, для того чтобы богатые могли посещать их, не сталкиваясь с нищетой. До гостиницы мы добирались практически в полной тишине. Я сел рядом с водителем, и Паула имела возможность показать мне, как управлять автомобилем.

Ифвин всех нас четко проинструктировал: нам следует отдохнуть и поесть, как можно меньше разговаривая, не звонить по телефону ни при каких обстоятельствах и ровно в восемь вечера встретиться с ним в огромном конференц-зале. Он не был склонен отвечать на наши вопросы, так что ограничился четкими распоряжениями.