Эндрю Свонн - Акция возмездия

Она попала в поле зрения третьего снайпера.

Но продолжала бежать.

Ей удалось увернуться от второго луча, когда позади нее вспыхнул ярко-красный свет. Вспышка означала, что Занзибар произвела выстрел из своего плазменного ружья.

Тетсами посмотрела на индикатор — зеленый цвет уже сменился на красный, а затем, через долю секунды — на бледно-янтарный. Впереди еще один луч полоснул воздух. Тетсами бросилась на землю и покатилась по грязи.

До трейлера оставалось метров двадцать.

Третий снайпер вел огонь сверху и справа. Значит, он занял позицию где-то в верхней части металлического скелета здания. Ясненько.

Тетсами вскочила на ноги и снова бросилась к спасительному трейлеру.

Следующий луч угодил ей в ногу, и икру опалило нестерпимым жаром. Стиснув зубы, девушка посмотрела вниз. Полоса стробоскопического света разлагалась на радужные круги, которые вспыхивали вдоль периметра защитного поля, будто лазерный луч ударил в невидимую эллиптическую раковину, охватывающую Тетсами. То, что она увидела, означало, что до перегрузки генератору осталось от силы несколько секунд.

Укрепленная на ее поясе коробочка, которая генерировала эллипсоидное поле, засветилась кроваво-красным аварийным светом и подавала отчаянные сигналы тревоги. Икра Тетсами нестерпимо болела от ожога.

Метрах в пяти от трейлера девушка сорвала с пояса генератор и отшвырнула его как можно дальше, одновременно прыгая в направлении трейлера.

Она упала ничком на землю у стенки передвижной прорабской как раз в тот момент, когда генератор взорвался. Тетсами вжалась в землю и затаила дыхание, ожидая с секунды на секунду, что лазерный луч разрежет ее совершенно беззащитное теперь тело надвое. Однако секунды шли, а тело оставалось единым целым.

Тетсами приподняла голову и оглянулась назад через плечо.

Занзибар, высунув ствол лазерного ружья из разбитого ветрового стекла, направила его на строящееся здание, и Тетсами увидела, как ружье выплюнуло конус красно-оранжевого цвета, на который больно было смотреть. Вся строительная площадка осветилась. Занзибар, вероятно, вывела оружие в режим максимального выброса энергии.

Тетсами повезло. Трейлер был припаркован под углом к зданию, тень которого не давала третьему снайперу взять мишень на прицел.

Морщась от боли в правой икре, девушка поднялась на ноги и, распластавшись спиной о стенку трейлера, двинулась вдоль нее к задней его части, пока не добралась до входной двери. Она дернула за ручку.

Заперто…

— Проклятье.

Из-за такого пустяка весь ее план — псу под хвост. У нее не было ни времени, ни инструментов, чтобы взломать замок.

Ну хорошо, а если предположить, что там внутри кто-нибудь есть?

Тетсами кивнула сама себе. На автоматизированном стройучастке должен быть хотя бы один контролер-человек. И этот человек, скорее всего, получил приличную взятку за то, что позволил снайперу номер три занять позицию на стройке.

И ее, конечно же, заметили.

— Эй, кто там укрылся в этой жестянке?

Тетсами сунула руку в карман куртки и изобразила на лице самое сумасшедшее выражение, на которое только была способна.

— У меня тут парочка гранат AM — ты, конечно, знаешь, какие это славненькие штучки, — так вот, если сейчас же не откроешь дверь, я рвану одну из них… даже не стану дожидаться своего компаньона, который — опять же, если не откроешь — спалит тебя вместе с твоим гребаным трейлером. — Занзибар будто подтвердила угрозу, произведя еще один эффектный выстрел, красным светом озаривший стройплощадку. Тетсами мысленно поблагодарила соратницу.

«Да уж, — усмехнулась девушка, — рвани я здесь одну-другую гранатку с начинкой из антиматерии, можно было бы распрощаться со всем этим стройучастком, да еще с парой соседних кварталов в придачу.

Гранаты, начиненные антиматерией, были необычайно эффективным и, вместе с тем, чрезвычайно коварным оружием. Только настоящий сумасшедший отважился бы взять с собой такую штуковину в открытый бой, в котором любая шальная пуля или электромагнитный импульс могли мгновенно превратить ее носителя в облачко пара, зависшее над воронкой диаметром эдак метров двести. Террористы весьма уважали их, поскольку они отличались небольшими размерами, а детекторные поисковые устройства не могли их обнаружить.

Чего больше испугался прораб — антиматерии или пламенных фейерверков, которые выпустила Занзибар — для Тетсами осталось загадкой; но, как бы то ни было, спустя несколько секунд дверь трейлера медленно отошла в сторону. Тетсами вихрем ворвалась вовнутрь, отталкивая бледного парня с соломенного цвета волосами.

— П-послушайте, — начал он, заикаясь, — я н-не знаю что п-происходит. Я н-не х-хочу неприятностей. Руководство нашей компании…

— Руководство вашей компании повесит тебя вон на том кране, парнишка, за то, что ты пропустил сюда морпеха Конфедерации.

— О чем вы говори…

— Заткни свою пасть.

Оглянувшись, Тетсами направилась в дальний конец трейлера, где располагался центр управления стройкой. На многочисленных, встроенных в стены экранах видеоконтрольных устройств отображались позиции каждого робота, задействованного на стройке; в правом углу высилась массивная компьютерная панель, дисплеи которой показывали возводимое здание в вертикальном и горизонтальном разрезах…

Но Тетсами все это сейчас не интересовало, она заметила то, что искала — гнездо для подключения биоинтерфейса.

Она вынула из кармана небольшой оптический кабель и проверила, подходит ли он к гнезду. Кабель подошел.

— Эй, послушайте…

— Не мешай мне, белобрысый, не то я отрежу твои яйца и повешу их тебе на нос.

«Белобрысый» прикусил язык.

Тетсами вставила один конец кабеля в гнездо и подождала немного, чтобы удостовериться, что терминал подключил его к схеме компьютера; потом сделала несколько глубоких вдохов-выдохов, чтобы самой успокоиться, и поднесла другой, закругленный, конец кабеля к крошечной впадине у себя на шее.

Магнитный конец кабеля втянулся в углубление с легким щелчком, который громким эхом отдался внутри ее черепа. Уже через долю секунды мозг Тетсами и схема компьютера вошли в диалоговый режим работы друг с другом, о это мимолетное мгновение всегда казалось ей вечностью.

Время превратилось в бесконечность. Тетсами вступила в режим биоинтерфейсного программирования, и все чувства, воспринимающие реальный мир, как бы отключились. Поначалу она полностью погрузилась в виртуальную реальность, охватившую ее твердым голубым безбрежным пространством, белым шумом и ощущением покалывания по всему телу. Потом, резким толчком, биоинтерфейсная реальность вернула Тетсами ее чувства, и она услыхала дыхание белобрысого, которое показалось ей неестественно медленным.