Кэролайн Черри - Выбор Шанур

— Я действую согласно распоряжению нанявшего меня махе, — сказала Пианфар. — Он мне доверяет. А вы?

Консул что-то пробурчал себе под нос, а затем повернулся и внимательно посмотрел на представителей метановой стороны: казалось, они были заняты какой-то беседой — во всяком случае чи беспрестанно извивался по морщинистой коже тка, что вполне могло служить им заменой голосовой речи.

— Хорошо. Действуйте как считаете нужным. Станция оплатит вашу стоянку в порту.

— Благодарю вас.

Консул Тошена сложил руки на груди, намекая Пианфар на то, что разговор окончен. Управляющий Томму остался безучастен к ее отбытию.

— Болит, — пробормотала Шур, обводя немного прояснившимися глазами всех, кто собрался у ее изголовья. — Я хочу… — начала было она, но замолчала на полуслове, и веки ее сомкнулись.

— Ей ввели сильнодействующее лекарство, — всхлипнула Герен, склонясь над сестрой и принимаясь пальцами расчесывать ее гриву. Пианфар кивнула (она уже сообщила Герен последние новости).

— Неудивительно, что на Кейшти хорошие врачи. Должно быть, у них тут столько практики…

Это была горькая шутка, однако Шур оценила ее по достоинству, слегка улыбнувшись уголками губ:

— Капитан, увезите меня отсюда.

— Не раньше чем ты хорошенько отдохнешь. — Пианфар легонько похлопала кузину по плечу. — Мы вернемся за тобой.

— Где Хилфи и Тулли? — Шур снова открыла глаза, и Пианфар вдруг заметила, что они стали слишком осмысленными для того, чтобы проглотить обман. — Вы нашли их?

— Мы как раз этим занимаемся.

— Проклятие…— Шур приподнялась на кровати. — Где они?

— Дорогая, не двигайся. Лучше постарайся уснуть.

— Вы меня обманываете!

— Шур. — Герен взяла ее за руку. — Капитана ждут неотложные дела, а тебя — крепкий сон.

— В махеновский ад его! Выкладывайте все, что вам известно!

Лгать дальше было рискованно — интуитивно почувствовав беду, Шур принялась бы строить всевозможные догадки и в результате ее кровяное давление могло подскочить до критического уровня.

— Их схватили кифы, — призналась Пианфар. — Сиккуккут предлагает, чтобы мы прибыли к нему на Мкейкс.

— О боги…

— Не расстраивайся так, Шур. Это ведь не безнадежно. Мы обязательно отобьем наших друзей — нам помогут махендосет.

— Вы поручите им спасательную операцию? Пианфар ненадолго замялась и выплеснула новую порцию вранья:

— Нет, мы проведем ее сами — Хэрел, Тирен, Герен и я. Мы сможем справиться с «Гордостью» и вчетвером. Махены уже заканчивают ремонт.

Шур прижала уши:

— Нас пятеро, капитан.

— Но ты не в состоянии управлять кораблем! По крайней мере сейчас…

— Согласна — отложим это до завтра.

— Шур, ты же ранена!

— Ну и что? Я могу перенести прыжок. Пианфар беспомощно взглянула на Герен.

— Увидимся на корабле, — шепнула та. Пианфар отвела ее в сторону.

— Знаешь, я думаю, мы сможем контролировать «Гордость» и втроем. Однако нужно делать это очень быстро. Побудь с Шур, ладно?

— А что потом?

Две хейни, брошенные на чужой станции…

— Увидимся на корабле, капитан, — повторила Герен.

Что ж, на станции останется всего лишь одна хейни. Тоже скверно — ведь Шур и Герен никогда не покидали друг друга и, пожалуй, более сильного шока, чем разлука, для них просто-напросто не существовало…

— Хорошо, встретимся на борту, — вздохнула Пианфар и, махнув Тирен и Хэрел, направилась к выходу. У них не было с собой ружей — они сдали их на хранение нервному медику стишо перед тем, как вымыть руки и пройти в палату к раненой, но от их шкур по-прежнему исходил запах дыма, усиленный специфическим ароматом дезинфицирующего мыла — таким противным, что Пианфар только чудом до сих пор не стошнило. — Шур, не принимай это близко к сердцу, — добавила она уже в дверях. — Мы все исправим. Доверься нам!

Но та уже крепко спала.

— Капитан! — Герен нагнулась и выудила из-под кровати сестры белый пластиковый пакет. — Вроде бы ничего не пропало.

— Хм. — Пианфар вернулась и забрала его. Боги, если бы кифы заподозрили, что он находился здесь, на Кейшти, они не поленились бы прочесать станцию сантиметр за сантиметром и убили бы всякого, рискнувшего встать у них на пути. Да и махены, возможно, тоже…— Спасибо ей — нашей Шур!

Пианфар положила пакет на панель управления и немного помедлила, не в силах заставить себя залезть в чужие личные вещи. Наконец она достала оттуда конверт с документами — помятыми, но целыми — и сунула его в сейф, снабженный кодовым замком.

А «Гордость» тем временем сотрясали чудовищные удары — это приступившие к работе ремонтники демонтировали ее корпус, и теперь она стояла на причале общипанная, лишенная трети своей внешней обшивки.

— Пи. То есть капитан…— услышала Пианфар над собой голос Кима.

Она вскинула голову.

— Когда ты перечисляла имена тех, кто отправится на Мкейкс, ты почему-то не упомянула мое.

— Ким…

— Я могу дежурить на кухне и исполнять разовые поручения. Разве будет плохо, если квалифицированная команда полностью сконцентрируется на своих непосредственных обязанностях?

На мгновение в памяти Пианфар всплыл образ нового Кима — того самого, что поставил свою руку между ней и Эхран. Ким сумел остаться невозмутимо спокойным, в то время как Пианфар едва сдержалась, чтобы не вспылить.

— Ты был молодцом, — сказала она, поднимаясь и выходя из центрального отсека. — Там, на причале.

— Капитан…

Не Пи. Она обернулась и увидела в его глазах боль и гнев.

— Не затыкай мне рот похвалой.

Пианфар помолчала, пытаясь собраться с мыслями:

— Прости, Ким. Я совершенно измотана. Он ничего не ответил.

— Рвешься в полет? — продолжала она. — В добрый путь. Только не забудь о том, что в случае неудачи ты погибнешь вместе с нами.

— Спасибо, — с облегчением выдохнул он.

Пианфар зашагала прочь, оставив мужа наедине с его чуть было не вырвавшимся наружу темпераментом. Боги, храните дурака…

Хилфи — вот в чем заключалась главная причина беспокойства Кима. Старея, он все больше думал о детях, а Хилфи напоминала ему его собственную дочь. Вернее, их с Пианфар. Тахи. Тахи, которая должна была защищать его от своего же брата… Хилфи уважала Кима и обращалась к нему не иначе как с приставкой «на». Кроме того, она всячески старалась сделать его пребывание на корабле приятным, и он постепенно привык к ней, словно к маленькой доброй няне.

Проклятие…

Пианфар прошла на кухню, отворила шкафчик и, вынув оттуда нужный пакетик, высыпала его содержимое в аппарат для приготовления джифи. Колени ее болели от усталости, а сама Пианфар была чернее ночи — она ведь еще не мылась после поисков на причале. Утешало лишь то обстоятельство, что ей на это было почему-то наплевать, и все, чего она сейчас хотела, — это немного перекусить.