Владимир Петров-Одинец - Лабиринты Гипербореи

Исчезла спина Русаны, шедшей впереди. Дорожка из камней кончилась. Тьма закрыла глаза мальчишки.

Глава 46

Встреча с Нарадой

Лабиринт, куда они перенеслись, лежал на пологом склоне холмика. До самого горизонта такие холмики перемежались лесом, который заполонил понижения рельефа. И реки, повсюду змеились реки. Они растекались, создавая озера, и зеркально блистали.

– Коло. Родной край арьев, – Олен глубоко вдохнул прохладный утренний воздух. – Отсюда есть пошли все народы. А вот и град Нарады. Видите, дозорные скачут?

Вооруженые конники поприветствовали походников, сопроводили к старшему, в караульное помещение. Тот нашел в большой книге имя Олена:

– Есть такой. Теперь докажи, что ты – ты и есть.

Оба закрыли глаза, прикоснулись к вискам и затихли. Дозорные терпеливо, как и походники, ждали окончания проверки. Славка подумал, что сейчас телепатия похожа на телефонный звонок с определением номера. Старший караульщик и Тринс одновременно открыли глаза с расширенными зрачками.

– Приветствую тебя, брат Олен, на родной земле. А почему этот связан?

– Изменник. Предал арьев, – не вдаваясь в подробности, ответил сибирский волхв.

Обменявшись несколькими словами по поводу связанного Мера, гости и один из дозорных направились к поселению, занявшему дальний холм. У подножия дымила и заявляла о себе перезвоном молотков большая кузница. Совершенно одинаковые бревенчатые дома стояли ровным строем вдоль дороги. Маленькие дети и матери провожали всадников любопытными взглядами. Улица привела к отдельно стоящему городцу. Высокая ограда из заостренных бревен, широкие ворота и караульные вышки окружали терем.

-Кто?

-Волхв Олен. На суд и с просьбою.

Дежурные проводили прибывших в просторную комнату. Проворные ребятишки, чуть моложе Славки, принесли в деревянных блюдах хлеб и отварную холодную рыбу. Толстые ломти белого мяса вызвали прилив слюны. Мер, которому руки развязали, но петлю на шее оставили, жадно зачавкал. Славка незаметно толкнул Русану и шепнул:

-Это что?

-Осетрина, – услышал и пояснил Сокол, разливая по кружкам пенный квас.

Рыба заслуживала похвалы! Но особо разъедаться не пришлось. Дежурные поторопили – Нарада ждёт. Ополоснув руки в ушате, походники вошли в высокий и просторный зал. Мозаичные стекла разбавляли красками обычный свет, льющийся из-под купола. На троне восседал не очень старый мужчина.

– День добрый, – поздоровался он и тут же приступил к делу. – Излагай, Олен, какого суда требуешь?

Связно передав суть гнусного поступка с пытками лесных жителей и собственно предательства Мера, Тринс сделал знак Соколу. Тот снял веревку.

– Оставить преступника в Туле и Затулье – невозможно. В степь изгнать – опасно. А лишать волхва жизни – недопустимо. Решай, верховный.

Покачав головой, Нарада сошёл с трона. Устремив взор в лицо Мера, долго стоял. Слегка оттолкнул падшего волхва. Славке показалось, что даже брезгливая гримаса скользнула по губам Верховного волшебника. Наверное, показалось. Потому, что голос того прозвучал ровно:

– Тщеславие. Неужели ты, Мер, воистину уверовал в собственную непогрешимость и величие? Волхв обязан нести миру знание, а не стяжать поклонения и страх. Отправляйся на запад, обучай и лечи дикие племена. И никогда не возвращайся к арьям.

Дежурные под руки вывели осужденного. Нарада с интересом глянул на спутников Тринса:

– За кого хлопочешь, Олен?

– Дети. Попали на временной срез. Совет решил вернуть, Дрон настоял отослать их по старой методике, да просчитался с силобором. Мы с Боруном хотели закрутить воронку на железной горе – Мер помешал. Ему дети понадобились, чтобы с ними в будущее ускользнуть. Неуч!

Нарада и Олен понимающе улыбнулись. Русана шепнула Соколу:

– Почему?

– Человек способен только быть в своем времени, в сегодня, или в прошлом. Будущее – недоступно. Он создает его сам, каждый миг переводя в сегодня…

– А мы, – вмешался Славка, – как мы туда попадём?

Нарада ответил вместо руса:

– Ваше сегодня – там, где для нас будущее. Олен уже объяснил, как сильно вы отстали от своего времени? Нет ещё? Скверно… Сколько вы здесь? Двадцать дней… А там все шестьдесят минуло, если не больше. Много отстали, слишком много. Ещё чуть, и замедлитесь до нашего времени, тогда уж не вернетесь вовсе.

Верховный волшебник встал, хлопнул в ладоши. Вошли дежурные.

– Полётную одежду всем четверым. Сопровождающего волхва до малого острова. Вылет немедленно, – отдав приказ, Нарада подошёл к четверке.

  Соколу он предрёк яркую ратную славу. Русане – успехов на стезе лекарской, а перед Славкой задумался:

– Экий ты разбросанный, отрок! И к науке способен, и ратник неплохой. Жаль, волшебничать не можешь… Нет у тебя предназначения. Сам искать будешь.

  Тринс согласно кивнул:

– Его бы инициировать, да уже не успеваем, как я тебя понял?

– Некогда. Отправляйтесь немедленно, и так полдня лететь.

Покидая зал, Олен обернулся, спросил Нараду:

– А то дашь наказ Гере взять старшинство? Дрон закоснел…

– Нет. Сами разбирайтесь. Сыт я по горло верховенством, – отказался волхв, и двери в зал закрылись под его напутствие:

– Удачи!

Глава 47

Перелётные не-птицы

Летуны со свистом рассекали воздух. Первыми мчались Олен и сопровождающий, неулыбчивый волхв Таран. Следом, как привязанные – Сокол, Русана и Славка. Каждый лежал на длинном щите, с которого высовывались только ступни ног. Вверху, а когда полетели – впереди, щит имел вырез, как раз по размеру лица. Чтобы смотреть вниз.

Славка это понял не сразу. Сначала он пытался смотреть вперед – шея быстро затекла. Опустил голову, подождал, пока она отдохнула, и снова уставился на перспективу. Внизу проплывала скала, ровно обрубленная, почти гладкая. Олен притормозил, приблизился к Славке:

– Хочешь посмотреть? Тебе будет интересно. Давай за мной! Ногами рули, как я, – волхв показал вниз и крикнул вперед. – Нас не теряйте. Таран, мы ненадолго!

Щит откликнулся на легкое движение стоп, заложил пологий поворот. Они мчали, не снижая скорости, пока не очутились напротив скалы. Славка увидел человеческий силуэт, впечатанный в камень. Будто тень от человека.

– Кто это? И чем сделано?

– Нарада молчит, а летопись утверждает странное: коурав украл ковш Опалуна, зачерпнул Солнца, да плеснул во врагов. Хотел их сжечь, а и сам сгорел. Догоняем наших!

Потом уже, заняв место в строю, Тринс ответил на остальные вопросы. Славка раньше и не знал, насколько сложна работа бога Солнца. Собственно, только сейчас до Быстрова-младшего дошло, что никаких церквей, храмов там, священников особых – у арьев не было и в помине. Крест? Где-то встретился. Хотя, какое это имеет значение? Если боги вообще есть, то им не позавидуешь. Понятно, где Опалун опалился! Потаскай солнце вокруг земли, черпая и разбрызгивая тепло ковшиком. И каждый день, без выходных и праздников. Ничего себе, работка…