Blackfighter - Черный истребитель

Пока она сохла, Саша сидел на кухне, читая Сапковского с того места, где лежала танькина закладка.

— И как, интересно — с середины? — ехидно спросила Танька.

— Мне все равно. Я просто хочу привести голову в порядок. Все эти эльфы, ведьмаки и колдуньи — хорошо отвлекает.

— Ну что, похожа я на Тамару Генриховну Розенблюм? — спросила Танька, встряхивая высохшими и ставшими после краски шелковистыми и блестящими волосами.

— Розенберг, — нахмурился Саша.

— Да знаю я…

— Тогда не шути так. Это твои фамилия, имя и отчество. И они должны быть тебе родными. Ты похожа на свое фото в паспорте. И этого достаточно. А сейчас — спать.

Перед тем, как идти ложиться, Танька взяла оцинкованное ведро из ванной, налила в него воды и поставила перед входной дверью. Саша с удивлением проследил за ее манипуляциями.

— Ну, мало ли… — пожала плечами Танька. Ощущение внимания было все сильнее и сильнее. Саша ничего не сказал, тоже пожав плечами.

Они заснули, но были слишком напряжены, чтобы уснуть глубоко. И когда заскрежетал дверной замок, проснулись одновременно. В комнате было темно, а на улице тихо, и было слышно, как кто-то неспешно пытается открыть дверь отмычкой.

— На кухню, присядь за холодильником, — толкнул ее в плечо Саша, расплываясь вдоль ближней от входа в комнату стены. Танька шмыгнула в кухню, присела на корточки и стала смотреть в коридор. Видна была только левая половина двери. Сашу ей вообще не было ни видно, ни слышно. Наконец дверь распахнулась, и двое едва различимых в темноте мужчин вошли в прихожую. Один направился в комнату, другой — в кухню. Танька затаила дыхание и вжалась в угол между стеной и холодильником. Через несколько секунд в комнате грохнуло, упало что-то тяжелое. Второй, тот, кто шел к Таньке, резко повернулся и прижался к стене. Таньку он пока что не замечал. Но и Саша к нему подобраться не мог — простенок между кухней и комнатой отделял их друг от друга. И тот, кто первым попытался бы прокрасться в прихожую, неминуемо попал бы под пулю другого. Ситуация была патовая, а Танька не была уверена, что сможет долго просидеть, не дыша и не шевелясь.

Прошла, должно быть, минута. Или две. Танька не могла сказать, сколько точно времени прошло. Перед глазами уже поплыли синие и красные пятна. В комнате была тишина. Она была уверена, что это Саша пристрелил незваного гостя, а не наоборот, но что делать — она не знала. Потом она тихо-тихо начала расстегивать часы. Получилось бесшумно, судя по тому, что фигура, стоявшая от нее в двух шагах, не обернулась. Танька вытянула руку и швырнула часы мимо него, в прихожую, мысленно вопя только одно: «Не оглядывайся!!!» И тот действительно не оглянулся, напротив, метнулся туда же, куда полетели часы. Вновь грохнул выстрел и мужик упал.

Саша влетел в кухню с пистолетом в руке, моментально нашел Таньку, схватил ее за ухо.

— Бля! Это что ты творишь?! Камикадзе?! Жить надоело?

— Саш, а что, не сработало? — вытаскивая ухо из цепких пальцев, спросила Танька.

— Сработало-то сработало, только почему? Когда он должен был выстрелить в тебя?

— Ну, мне очень хотелось, чтобы он не оглядывался… — улыбнулась Танька.

Саша только развел руками. Танька подошла к ближнему трупу, задумчиво посмотрела на небритое лицо с выходным пулевым отверстием возле уха.

— Какой идиотизм… они думали, мы тут пасьянс раскладываем? Или дрыхнем?

— Я не уверен, что это именно идиотизм. А не проверка моего уровня. Иди одевайся, три минуты на сборы. По моим прикидкам, у нас минут десять до приезда милиции.

Танька моментально оделась, обулась, накинула дурацкое полупальто. Повесив на плечо сумку с капиталом, с сожалением посмотрела на гитару. Потом, подумав, упаковала ее в чехол.

— Гитара… куда бы ее деть? Хотя нет, не надо. Давай сюда. Молодая пара возвращается с вечеринки.

— Ну что, пошли?

— Стой пока тут, — Саша уже был в одежде и куртке, Танька даже не заметила, когда он успел. — Пойду проверю дорогу. Вполне возможно, что эта парочка — только начало.

Он растворился в темноте, и Танька осталась в одной квартире с двумя свежими покойниками. Ей было глубоко все равно. Покойники и покойники — они-то уж точно не встанут и ничего не сделают. Гораздо больше ее волновало то, что ждало их впереди. Через минуту Саша появился — бесшумно, как тень.

— Все чисто. Пошли. Осталось минуты три-четыре.

— Ты что, проверял?

— Конечно.

Они спустились по лестнице, вышли во двор. Дом тихо спал, не светилось ни одного окна. Только на последнем этаже кто-то смотрел телевизор, и из-за занавесок вспыхивал то мертвенно-синий, то теплый желтый свет.

— Кто ее вызывать-то будет, эту милицию? — спросила Танька, оглядывая окна.

— Да найдется кто-нибудь.

Они зашли в дом напротив, поднялись на пару этажей. С площадки между этажами был прекрасно виден двор. Не прошло и пяти минут, как действительно подъехала, блистая мигалкой, милицейская машина. Оттуда вышли двое в бронежилетах, с автоматами наперевес, и направились в подъезд. В соседний, как с интересом заметила Танька.

— Молодцы… — тихо засмеялся Саша. — Моя милиция меня бережет — другие ловят, а она не стережет. Ладно, пусть не стережет. Нам же лучше…

Танька улыбнулась новой трактовке расхожей фразы. Но через минуту улыбка с ее лица испарилась.

— Саш, а как они нас нашли? За тобой следили?

— Нет. Нас сдал Николаич.

— Николаич? — недоуменно переспросила Танька.

— Ну, директор агентства. Больше некому. А это очень плохо. Теперь вместе с этой мы лишились еще двух запасных квартир и дачи. Плюс у них есть наши описания, данные обо мне. Вот блядство!

— А его как нашли?

— Проследили тебя. И наехали на Николаича. Видимо, серьезно наехали — он мужик непростой, его шпаной не испугаешь. Афганец, и в этом бизнесе — лет десять.

— Поздравляю, прилетели… Вот же привязалось! — сплюнула Танька. — Что делать будем?

— Ну, квартиры и даже машина — не проблема. Деньги есть, и паспортов у меня еще пара есть. Но искать нас будут плотно. Тут уже — кто раньше успеет. И у них шансов больше, потому что их самих больше.

— Саш. Что-то все это как-то…

— Как?

— Странно. Вот так взяли и проследили, взяли и раскололи… взяли и пришли. Там что, половина из спецназа ГРУ, а половина — из ближайшего дурдома? У тебя все это в единую картину укладывается? У меня — нет. — Танька хмурила брови так, что между ними образовывалась твердая складка — это помогало думать.

Саша потер затылок обоими ладонями, помолчал. Танька с вялым интересом смотрела, как двое товарищей с автоматами выходят из «неправильного» подъезда и гадала, пойдут они в соседний или нет. По логике — должны были бы. По факту — оказалось, что не пошли. Танька даже не сильно удивилась. Два мента сели в машину и принялись совещаться с третьим.