Игорь Росоховатский - Прописные истины (сборник)

— Осьминоги не могут разговаривать. У них нет органов для этого.

«Неправильно. У меня есть воронка».

Именно необычная ситуация вернула Славе самообладание, и он наконец-то сообразил, что надо обязательно найти лабораторный журнал — там должны быть записи об осьминоге. Он рылся в ящиках, думая: «Выходит, Валерий был все-таки прав. Но как же осьминог производит звуки? И чем он слышит? Кожей? Может быть, она преобразует звуки в иные колебания? Невероятно. Но это ведь неизвестный нам вид октопуса…» Он перебирал содержимое ящиков, не находя того, что искал. «С такими мыслями прямая дорога в психиатричку. Надо стать примитивным, как дикарь. Что случилось, то случилось. Если невероятное произошло, остается поверить в него. А там видно будет». Он спросил у октопуса:

— У тебя есть имя?

«Люди назвали меня Мудрецом».

— А где они сейчас?

«Ушли».

— Куда?

«Не знаю».

— Придется ждать, — сказал Слава Жербицкому. — По крайней мече, теперь можно предположить, что это их обычный рабочий выход. Вот только журнала почему-то нет…

Они услышали вопрос осьминога:

«Вы хотите ждать, пока двое вернутся? Зачем?»

— Они пойдут с нами.

«Я могу поехать с вами».

— Ну что ж, мы согласны взять и тебя.

«Чего же вы ждете?»

— Я сказал: наших товарищей.

«Зачем они были здесь?»

— Изучали море.

«Я знаю то, что они изучали, лучше их».

— Ого, да ты, оказывается, хвастун, — сказал Слава. — Но я верю тебе.

«Чего же вы ждете?»

— В этом месте пластинка заела, — подмигнул Слава Олегу, но тот не отреагировал на шутку. Он прислушивался к болезненному давлению, распространявшемуся от затылка к вискам. Оно мешало думать. «Неужели облучился? Что угодно, только не это!» Он однажды видел, как умирал человек от лучевой болезни…

— Нам пора в лодку, — сказал Жербицкий дрогнувшим голосом.

Слава посмотрел на него и вдруг подумал: «А ведь осьминоги могут оказаться для нас важнее, чем дельфины, полезнее». Он удивился этой своей мысли. Почему он так подумал? Голова кружилась, мысли ворочались с трудом. А эта появилась легко. И при чем здесь дельфины и осьминоги? «Надо поскорее доставить октопуса наверх. Это сейчас важнее всего. Наконец-то мы нашли бесценного помощника, разведчика, пастуха рыбьих стад…»

«Осьминоги — вот лучшие союзники на море!» — подумал Олег, забыв об опасности облучения. Он начал представлять себе различные варианты использования осьминогов, и ему стало очень приятно, будто кто-то включил центр удовольствия в его мозгу. Не хотелось ничего делать, только бесконечно перебирать варианты. Голова больше не болела, давление исчезло. Но какой-то сторожевой пункт его сознания еще сопротивлялся, как фанатик-часовой, когда крепость уже взята противником. И Олег все Же вспомнил о подлодке, которая их ожидала. Снова в затылке, в висках зажужжали буравчики. Олег знал, что стоит вернуться к прежней теме раздумий — и буравчики заглохнут, будет очень приятно, словно лежишь на пляже у моря под ласковым солнцем. Но он собрал волю, отбросил остатки сладкой дремы. Взглянул в затуманенные глаза товарища и позвал:

— Слава!

Тот вздрогнул, будто очнулся от сна.

— Пора в подлодку. Там подождем.

— Правильно! И немедленно всплывать! Надо поскорее доставить осьминога наверх. Наконец-то мы нашли бесценного помощника…

— А ребята? Ты предлагаешь вернуться за ними потом?

«Как же я мог забыть? Откуда пришло это забытье? Похоже на гипноз… Да, на гипноз. Нельзя расслабляться!» Слава словно разорвал какие-то липкие нити, его мысль вдруг обрела свободу. Послышался вопрос осьминога:

«Я останусь здесь?»

На этот раз вопрос звучал не так, как прежде, без вкрадчивости и назойливости.

— Да, пока останешься, — ответил Слава. — Ведь на подводной лодке нет аквариума для тебя. Если придется ждать пару часов там, тебе будет нелегко. А когда пойдем наверх, захватим и тебя.

XX

В бортовом журнале подводной лодки осталась запись: «18.00. Прождали пять часов. Больше ждать бессмысленно. Начинаем всплытие. На борту — руководитель научной экспедиции гидробиологов. Во временной загородке грузового отсека находится дрессированный осьминог по кличке Мудрец…»

Два водолаза в специальных тяжелых скафандрах с защитными прокладками по распоряжению командира подлодки остались в «колоколе». Слава тоже хотел остаться с ними, но Жербицкий уговорил его, что руководителю экспедиции лучше находиться на своем судне и оттуда организовать поиски.

Сразу же по прибытии на борт «Академика Карчинского» Слава связался с Владивостоком и вызвал отряд водолазов. Позвонил в президиум Академии наук и еще в несколько мест, откуда могла прийти помощь.

Тем временем Тукало переоборудовал бассейн и поместил в него осьминога. От добровольных помощников у Никифора Арсентьевича отбоя не было, каждому хотелось поговорить с Мудрецом. Славе пришлось протискиваться сквозь толпу. Сначала он пытался разогнать ее, но все попытки оказались тщетными. Не помогали ни приказы, ни уговоры, ни объяснения. Да и времени у него было слишком мало. Пришлось разговаривать с осьминогом в присутствии всей толпы. Если это обстоятельство смущало Славу, то осьминогу, наоборот, такое внимание к его персоне явно пришлось по душе. А может быть, здесь действовали иные пружины, о которых спрут предпочитал помалкивать.

У Славы была слабая надежда, что в этот раз осьминог подскажет ему, где искать Валерия и Косинчука. Не следовало упускать эту возможность, тем более, что подводная лодка еще не была готова ко вторичному погружению.

Слава начал допрос спрута:

— Мудрец, от твоих ответов зависит жизнь твоих учителей. Понимаешь?

«Да».

— Попытайся вспомнить, что они говорили перед тем, как уйти из «колокола». Они упоминали о том, куда идут?

«Нет».

— А о том, что будут делать? Может быть, один из них сказал: «Нужно осмотреть ущелье»…

«Нет».

— Или так: «Отснимем рыб, крабов…»

«Нет».

– «Заснимем участок дна»?

«Нет».

— О чем же они говорили?

«Об освоении мира».

— Мира или моря?

«Вы называете это морем, я — миром. Они говорили об освоении мира и о том, что осьминоги могут помочь людям».

— В чем?

«Разводить плантации водорослей и стеречь стада рыб. Строить для людей большие «колоколы» на дне. Охранять людей…»

— А ты хочешь помогать людям?

«Да, да, да! Быть разведчиком и пастухом. Носить приборы. Находить что-то и говорить с людьми. Знать, чего они хотят. Делать то, что они хотят. Выполнять то, что прикажут».