Чери Прист - Костотряс

Он издал нечто похожее на смешок:

— К полу хочу придавить. Чем больше барьеров между верхними уровнями и нижними, тем чище воздух. А когда мехи работают на полную мощность, занавески срывает и раскидывает куда попало.

Она с неподдельным интересом наблюдала за его действиями. Вся эта мудреная механика завораживала ее — фильтры, уплотнители, мехи… Прежде Сиэтл был скромным торговым городком, жиревшим потихоньку на северном золоте, а потом обратился вдруг в кошмар, переполненный ядовитыми газами и живыми мертвецами. И все-таки люди остались здесь. Люди вернулись. И приспособились.

— Моя помощь требуется?

— Просто держите фонарь. Ну вот, все. — Утяжелив занавеску, Свакхаммер вставил один из концов прута в отверстие у дверного косяка. — Этого должно хватить. Теперь пойдемте. Фонарь можете не отдавать. Сейчас ступайте прямо, а на развилке, пожалуйста, поверните направо.

Она побрела по отсыревшему, поросшему мхом коридору. Со всех сторон ее нескончаемым эхом обволакивал звук падающих капель. Временами откуда-то сверху доносился глухой стук, а то и лязг, однако здоровяк не обращал на них никакого внимания, так что и Брайар сочла за благо их не замечать.

— Итак, мистер Свакхаммер. Что вы имели в виду, когда говорили о… гнездышке моего отца?

Она бросила взгляд через плечо. В пляшущем свете фонаря лицо мужчины казалось измученным и осунувшимся.

— Нам нужно попасть в кабачок «Мейнард». Когда-то на площади располагался трактир. Нынче там то же, что и везде, упадок да разруха. Зато в подвале засела кучка ребят, они-то и ведут все дела. Так вот, для начала заглянем туда. Потому что, во-первых, вам нужно заменить фильтры или даже подобрать маску получше. А во-вторых, если ваш сынишка не скрывал, что он внук Мейнарда, то есть большая вероятность, что кто-нибудь догадался его туда отвести.

— Вы и вправду так думаете? Но искал-то он не кабачок, а дом Леви…

Тут коридор разделился на три прохода.

— Нам в средний, — объявил Свакхаммер. — Тут важнее другое: знает ли мальчишка, где находится дом?

— Надеюсь, но я могу и ошибаться. Если не знает, то я даже не представляю, откуда он начнет поиски.

— Да с «Мейнарда», — с уверенностью сказал гигант. — Безопаснее здесь места не найти. И забрести туда — дело нехитрое.

Задавая следующий вопрос — то ли спутнику, то ли себе самой, — Брайар надеялась, что предательски подрагивающий фонарь не выдаст ее волнения.

— А что, если его там нет?

Вместо ответа, мужчина скользнул к ней, деликатно забрал у нее светильник и поднял повыше, явно что-то высматривая.

— Ага, — крякнул он наконец, и Брайар разглядела на стене название улицы и стрелку. — Извините. Мне почему-то показалось, что мы пошли по кругу. Я тут редко бываю. В основном держусь поближе к площади.

— Ясно.

— Слушайте, насчет вашего мальчугана… Если он не в кабачке… что ж, тогда не в кабачке. Можете поспрашивать людей — вдруг кто-то его видел или слышал о нем. Если даже и никто, то сразу пойдут слухи, а нам это только на руку. Когда в «Мейнарде» узнают, что по городу разгуливает плоть от плоти старого законника, они пройдут через огонь, воду и Гниль, лишь бы можно было потом сказать, что видели его живьем.

— Вы говорите так, чтобы меня успокоить?

— А какая мне с того радость?

Над ними рухнуло что-то тяжелое, и трубы, тянувшиеся вдоль стен коридора, подпрыгнули на опорах.

— Что это было? — спросила Брайар, поравнявшись со Свакхаммером и едва удерживаясь, чтобы не вскинуть винтовку.

— Трухляки, кто-нибудь из наших, Миннерихт испытывает новую игрушку… Так и не скажешь.

— Миннерихт, — повторила она. Это имя она слышала уже не в первый раз. — Тот человек, который смастерил вашу… Глушилку?

— Он самый.

— Так он ученый? Изобретатель?

— Вроде того.

Брайар нахмурилась:

— И как вас прикажете понимать?

— У него полным-полно всяких игрушек, и он все время достает откуда-то новые. Почти все они опасны, и это еще слабо сказано. Хотя есть вполне себе забавные. Еще он делает всякую мелочевку по механической части. Странный тип и не всегда дружелюбный. Можете вслух сказать, если хотите.

— Что сказать? — Она уставилась куда-то в промозглую, даже здесь ядовитую даль.

— То, о чем вы сейчас подумали. Не вы первая заметили, как сильно Миннерихт напоминает вашего мужа.

— Моего бывшего мужа. И ничего такого я не думала, — солгала она.

— Тогда вы полная дура. Потому что во всем подполье не найти человека, которого не посещали бы такие мысли.

— Не понимаю, к чему вы клоните, — фыркнула Брайар. На самом-то деле она все понимала, и это пугало ее до смерти. — Сиэтл был не такой уж большой город, но мало ли тут жило ученых? И вообще, Миннерихт мог прийти сюда из других мест.

— Или же это старик Леви — переодетый и под новым именем.

— Ничего подобного, — тут же вставила она. Вставила так поспешно, что это не могло не показаться подозрительным. — Мой муж давно мертв. Знать не знаю, кто такой этот Миннерихт, но он не Леви, поверьте моему слову.

— Теперь вниз. — Свакхаммер подвел ее к темному проходу, в конце которого их поджидала лестница. Внизу простирался очередной туннель, выложенный кирпичом. — Пойдете первой или меня пропустите?

— Лезьте лучше вы.

— Хорошо. — Взяв проволочную ручку фонаря в зубы, он склонил голову и начал спуск, умудрившись как-то не опалить куртку. — И откуда же? — донесся снизу его голос.

— О чем вы?

— Откуда вы знаете, что Миннерихт — не Левитикус? Вы говорите с такой уверенностью, вдова Блю…

— Еще раз меня так назовете, и я вас пристрелю! — пригрозила она, потом встала на первую ступеньку и полезла за ним.

— Буду иметь в виду. И все-таки вы ответьте на мой вопрос: ну откуда вам знать, что это не он? Насколько мне известно, тела Блю так и не нашли. А если кто-то и нашел, то не распространялся об этом.

Соскочив с последней ступеньки, Брайар выпрямилась во весь рост. Даже так она еле-еле доставала ему до плеча.

— Его не нашли, потому что в городе в тот день погибло немерено людей, и он был одним из них. Возвращаться и проверять желающих не нашлось. Скорее всего, его труп достался трухлякам. Или просто истлел и рассыпался в прах. Вы уж поверьте мне, он сейчас мертвее мертвого и не прячется в этих лабиринтах, которые тут появились по его вине. Я вообще не представляю, откуда у вас такие мысли.

— Да ну? Так уж и не представляете? — Он ухмыльнулся и покачал головой. — Ну-ну, как же такое представишь… безумный ученый придумывает безумную машину и стирает в порошок целый город. А как только оседает пыль, у нас тут объявляется другой такой же безумец.