Window Dark - Я - оборотень

Положение оставалось скользким. Пока преследователь один, мне бояться нечего — ему не найти меня в одиночку. Но шло время, сюда, вероятно, уже прибыло подкрепление. Скоро они могут взять район в плотное кольцо, из которого будет очень затруднительно вырваться.

Время летело в раздумьях, но ничего подходящего в голову не приходило. Подозрительных личностей вокруг не наблюдалось, но как знать, может они следили за мной из окна ближайшей пятиэтажки. Я взглянул на часы. Семь вечера с копейками, почти восемь. То и дело кто-нибудь поднимался или спускался по лестнице, подозрительно косясь на меня. Поэтому я перебрался на скамейку во дворе, где решил отдохнуть еще минут десять.

До вечера мне все же удалось продержаться. Скоро ночь. Где-то вдали пела Пугачева. В просвете за домами небо еще алело; вероятно, багровый, теперь уже невидимый мне шар солнца низко висел над горизонтом. А над моей головой уже разлилась темная-темная синева. Зажигались звезды и окна в домах. Луна напрочь отсутствовала, что показывало не лучшее для меня время действий. День промелькнул как час и оказался довольно нескучным. Но и теперь не следовало расслабляться.

Я встал на ноги. Они устало гудели, но надо было идти. Скорее всего, мафия поджидала меня на выходе из района, в том месте, где располагалась автобусная остановка и пролегали трамвайные пути. Но я решил обмануть их надежды и двинуться в противоположную сторону, чтобы пробраться в соседний микрорайон окольным путем. В принципе я мог заночевать и здесь, в одном из подъездов, но мне хотелось обезопасить себя стопроцентно.

На границе микрорайона высились девятиэтажки, расписанные рукой какого-то абстракциониста (это умное слово нам зачитали на этике и психологии семейной жизни). Здесь тоже проходил автобусный маршрут. Полчаса прождав нужный автобус, я забеспокоился. Прочесывая район, федины парни вполне могли напороться на меня. Поэтому пришлось залезать в первый же автобус, который хотя бы на несколько остановок приближал меня к желанной цели.

Выйдя из автобуса, я оказался в районе новостроек. Повсюду стояли краны. Стройными рядами тянулись темные окна в незаселенных еще девяти- и двенадцатиэтажных домах. Поодаль высился даже шестнадцатиэтажный великан (вот где бы мне никто не помешал провести ночку! Но в тот момент я почему-то не догадался осуществить такой план; наверное, сильно хотелось вырваться и оказаться подальше от настойчивых ребят крутого положения).

По другую сторону дороги дома уже были по настоящему жилыми: в их окнах горел свет, туда спешили люди. Казалось, дома эти излучали тепло жизни, а не мрачную пустоту, как оставшиеся за моей спиной. Перейдя дорогу, я оказался в толпе, ждущей автобус того же маршрута, что требовался мне. Наименее стойкие ловили проходящие тачки; следовательно, по народным приметам автобуса не предвиделось. И тут я принял решение: пройтись пешком, несмотря на усталые ноги. Сказано — сделано, и вот я уже шаг за шагом удаляюсь от остановки.

Шагать стало довольно трудно — везде была грязь. Поэтому путь мой лежал по краю проезжей части, от которой то и дело приходилось шарахаться, чтобы не зацепила какая-нибудь легковушка или грузовик. Постепенно мои глаза нащупали на обочине тропинку, и я перебрался на нее. Хотя был большой риск оказаться в скрытой тьмой грязевой луже, но это все-таки твердая почва под ногами. Слева от меня тянулись одноэтажные домишки, предназначенные для сноса. Однако кое-где светились окна, значит жизнь не покинула еще эти места.

Когда-то здесь обосновался довольно уютненький район. Везде росли невысокие деревья, ветви которых то и дело цеплялись за мою куртку. Но прогресс неумолимо двигался вперед, сурово подминая под себя все несовременное и неугодное ему. Пришло время высотных домов, и одноэтажные деревянные домики должны были уступить свое место им.

Впрочем, так и произошло. Через дорогу, справа от меня, где-то в полукилометре уже вовсю хозяйничали новые громадины, а на пустых пока местах чернели ямы котлованов, из которых торчали столбы свай. А ведь и здесь, наверняка, раньше располагались маленькие домишки с уютными садиками вокруг.

Вместо размытой тропинки ноги ощутили под собой крепкий асфальт. Я оказался на мосту. Внизу протекала крохотная речушка, склоны оврага сплошь занимали ступеньки садовых участков, неясно проступавшие в темноте, а надо мной пролегла темно-темно-синяя поляна с мерцающими серебристыми цветами звезд. Поблизости не было домов, и поэтому небо выглядело почти как дома. Как давно я не видел такого неба. Да, в панораме вечернего города есть свое очарование. Огоньки звезд переливаются вокруг, а внизу светятся квадратики окон. И среди них тоже нет двух одинаковых. Разноцветные абажуры и закрытые занавески создают свои, неповторимые оттенки. Руки мои сжались, ноги перешли на осторожную раскачивающуюся походку, а глаза жадно впитывали эту прекрасную картину. Пусть вокруг расстилалась грязь. Пусть мне некуда было идти. Все проблемы отошли далеко-далеко. Бывают в жизни прекрасные минуты, и теперь я догнал одну из них.

Мост закончился и дорога пошла на подъем. Слева от меня теперь раскинулось поле, за которым виднелась ограда небольшого стадиончика, справа уходили в темноту ряды гаражей. Все ближе и ближе я подходил к домам. Вот-вот покажется какой-нибудь случайный прохожий. Я вновь должен был окунуться в городскую жизнь, и стало отчего-то немного грустно. Что ни говори, а даже одиночество бывает иногда довольно приятной штукой.

Навстречу мне двигалась шеренга из пяти силуэтов — то ли компаха на гулянке, то ли местная мафия на охоте. Я инстинктивно прижался к краю дороги, чтобы пропустить их, но они свернули в эту же сторону. Вот так всегда, только расслабишься, позабудешь обо всем — глянь, неприятности уже сами отыскали тебя. Я кинул отчаянный взгляд на другую сторону дороги, но и там виднелась парочка подозрительных личностей.

Тогда я смело зашагал прямо на тех пятерых и взглянул в лицо идущего в середине. Это был… Федя. Он глядел на меня сурово и вызывающе. Я мог развернуться и побежать, но у меня не было ни малейшего желания сделать это. Ноги несли меня вперед почти автоматически. Глаза неярко вспыхнули, язык облизал высохшие клыки.

— Пора! — услышал я приказ Феди.

Силуэт левого крайнего взорвался огненными вспышками. «Автомат», успел подумать я. Очередь пронзила мою грудь.

По всему пережитому я был стопроцентно уверен, что пули пробьют меня насквозь и не причинят никакого вреда за исключением боли. Но они вдруг застряли где-то там, внутри. Жгучая боль прокатилась по мне, заполнила, стала совершенно непереносимой. Ноги мои подогнулись, не в силах сдержать выросшую тысячекратно тяжесть тела, и я полетел вниз, с ужасом глядя сквозь кровавую пелену, застилающую глаза, на приближающийся асфальт…