Алекс Карр - 12-я книга. Храм Великой Матери Льдов

Возможно, что со временем всё встало бы на свои места и Малакай перестал бы бунтовать против Рамена, хамить ему и шпынять его сыновей, которые стали любимцами матери, но в это время в их школе появился новый учитель, которого назначили их классным наставником. Карол Ралдир сразу сделался его кумиром потому, что он был немногословен, строг и педантичен, как и его отец. В отличие от их прежнего наставника он никогда не рассказывал им никаких историй, явно, выдуманных, но рассказывал им о подвигах реальных героев и читал вслух баллады.

Рассказы его были скупы на пустые подробности и всегда сообщали главное, что было сделано тем или иным человеком для сограждан. Да, и героями Карола чаще всего были простые граждане, выдающиеся ремесленники, мелкопоместные дворяне и просто горожане. Хотя одноклассникам Малакая они казались скучными и неинтересными, ему самому очень нравилось то, что несколькими точными фразами их наставник рисовал портрет какого-нибудь кузнеца, изготовившего плуг новой конструкции, и потом описывал его преимущества перед теми плугами, которыми галанцы пользовались тысячелетиями ничего в них не меняя.

Новизна и стремление к переменам, вот что было для Малакая главным. Их наставник одевался в очень простые, но на редкость красивые и элегантные наряды, которые портной шил по его эскизам. Больше никто из учителей не мог так завязать шейный платок, как делал это он и никто не был таким остроумным. К тому же Карол знал ответ на любой вопрос и всегда говорил коротко и очень понятно. Но самое главное он был очень добр к Малакаю и, как и его отец, знал в лесу каждую травинку. Порой, во время прогулок в лес всем классом, все остальные ученики были вынуждены пристыжено молчать, когда Карол поручал ему рассказать о тайнах леса. А ещё ему очень льстило то, что их классный наставник считал смерть его отца героической, а его поступок настоящим подвигом и частенько говорил о том, что вся его жизнь, день за днем, все его труды по охране леса, были подвигом и что только такие люди достойны уважения.

Учитель и его ученик вскоре стали друзьями. Это подвигло Малакая к тому, что он начал уже не просто грубить Рамену, а принялся высмеивать его за ужином и обзывать убийцей леса. Однажды он, явно, перегнул палку, терпение Рамена лопнуло и он, крепко ухватив пасынка за ухо, вывел его из-за стола, отвел в детскую и там строго, по-мужски, высказал всё, что он думает о его поведении. На следующий день Малакай пришел в школу с опухшим ухом и красными от слёз глазами. Карол Ралдир был мужчиной невысокого роста, стройным и гибким, а Рамен громадным, кряжистым великаном с огромными кулаками. После уроков классный наставник Малакая нанял экипаж и вместе с ним поехал на лесной склад, в контору его отчима. Оставив его в экипаже, он вошел внутрь и немедленно потребовал от Рамена объяснений. Судя по тому, как громко бранился отчим, ему не понравилось, что какой-то мозгляк смеет говорить ему о том, как он должен воспитывать пасынка.

Потом голоса стихли и вскоре Карол вышел из конторы, как ни в чем не бывало, правда, глаза его горели от гнева. Он велел вознице снова ехать в школу, где отвел Малакая в свой маленький кабинет и добрых два часа распекал его на все лады, называя глупым, истеричным мальчишкой, недостойным даже имени своего великого отца. О Рамене он отозвался, как о мужчине высоких нравственных достоинств, вся деятельность которого направлена на то, чтобы творить добро. Разговор закончился тем, что Карол строго сказал ему:

– Молодой человек, вы не обязаны любить своего отчима, так как такое чувство должно в вас родиться само, но вы обязаны уважать его и быть с ним вежливым. Если вы хотите сохранить дружбу со мной, то вы сегодня же попросите прощения у господина Вормерта, впредь не будете досаждать ему своими дурацкими капризами и станете заботливо и нежно относиться к его сыновьям. В противном случае я вам более не друг.

Малакай вернулся домой чуть ли не в слезах, но не бросился к матери, как ему того хотелось, а лёг на кровать в своей комнате и долго думал над тем, что же ему теперь делать. В одном он был полностью согласен с Каролом, который сказал ему, что дружба с ним дарит ему огромную радость, ему тоже было с ним очень хорошо. Вечером Рамен вернулся из своей конторы с распухшим ухом и Малакай в присутствии матери и своих сестёр попросил у него прощения. Тот улыбнулся в ответ и молча погладил его по голове и на этот раз он стерпел это без прежнего раздражения. С того вечера в их доме воцарился мир, но настоящей дружбы между ним и отчимом так никогда и не возникло, хотя они часто общались друг с другом и, порой, Малакай помогал ему в конторе. Торговля лесом его мало интересовала, зато он стал прекрасно разбираться в древесине и способах её обработки.

С того времени Карол стал его кумиром и они проводили вместе очень много времени. Под его влиянием Малакай стал не только лучшим учеником школы, но и сделался спокойным, уверенным в себе и немногословным. Школу он закончил с отличием и сразу же поступил в имперский колледж административного управления Харниста, в котором, помимо всего, Карол два раза в неделю читал лекции по истории. Поскольку колледж был на другом конце города, а стипендия и имперский пенсион ему это вполне позволяли, он снял себе квартиру неподалеку от колледжа. Было тогда Малакаю всего шестнадцать стандартных лет, но он уже имел рост под три метра и отличался таким могучим телосложением, что даже взрослые мужчины смотрели на него уважительно. Мало кто из них знал, что этот юноша с насмешливой улыбкой является не только отличным мастером борьбы райд-фанг, но и знает множество других приемов боевых единоборств.

Умение одним единственным, неуловимо быстрым движением повергнуть наземь любого противника, которое он обрел благодаря своему другу, сделало его характер спокойным и невозмутимым, а движения мягкими и пружинистыми. Огромный рост не только нисколько не угнетал Малакая, но и сделал его, благодаря отличной фигуре и красивому лицу, привлекательным в глазах женщин. Он познал любовь ещё будучи школьником во время пикника в лесу, когда ему отдалась молодая, бойкая учительница словесности, проходившая стажировку в их школе. Может быть именно то, что он тайно встречался с ней на протяжении полугода, сделало его любителем поэзии. Правда, в конце концов Карол посоветовал ему самому прервать эту связь, если он не хочет принести неприятности Мейрион. Законы империи строго карали взрослых за совращение малолетних, ведь ему в то время ещё не исполнилось и пятнадцати стандартных лет.

Став студентом имперского колледжа Малакай уже открыто ухаживал за дамами и делал это столь изящно, что число его любовниц постоянно росло. И снова Карол, который тоже имел успех у женщин, способствовал тому, что секс стал для него всего лишь средством обретения душевного равновесия, а любовь чем-то таким, чем мужчина мог пожертвовать ради великой цели. Именно целеустремленность, учил он его, является главным достоянием настоящего мужчины. Такого, каким был его отец. В это время Карол стал разговаривать с ним не только откровенно и по-мужски, но и стал к, его полному удивлению, высмеивать порядки, царившие в империи, жестко критиковать власти предержащие за то, что они так цепко держались за глупые патриархальные порядки и не давали ходу ничего новому, тормозили развитие науки и промышленности под надуманным предлогом заботы о природе.