Дмитрий Изосимов - Метагалактика 1993 № 4

Я тихо позвал ее:

— Орнелла.

Она открыла глаза и покосилась в мою сторону, но ее лицо не отразило удивления. Я помог ей подняться на ноги. Центавры насмешливо и презрительно глядели на меня. Рядом стояла колонна девушек. Мои роботы медленно пятились в середину площадки, а за ними, угрожающе нависая над их головами, двигался лес, но это уже был не тот мирный и мертвый лес, каким я видел его полчаса назад — в нем слышался глухой вой и рык. То и дело над стволами деревьев появлялись когтистые ветви, похожие на лапы огромных чудовищ.

Центавр, которого я сбил с ног, с ненавистью глядя на меня, крикнул:

— Они почувствовали запах крови — если не дашь им десятка два девчонок — нам не уйти отсюда!

Я глубоко вдохнул воздух и хрипло ответил:

— Молчать! — и, закинув голову назад, дико закричал. — Центавры, вперед — колонна следом — роботы по бокам и сзади — пошел!

В это время космический корабль медленно скрылся шахте, а снизу поднялась крышка и с гулким щелчком за крыла вход.

От того места долины, где мы находились — до горной дороги, что круто поднималась к замку — было не менее километра. Колонна двинулась по рыхлой, вязкой земле,

Я шел в конце нашего отряда в группе роботов, держа Орнеллу за пояс комбинезона, я боялся что она убежит лес, который между тем продолжал следовать за нами.

Наверное мне было бы трудно идти, но присутствие рядом очаровательной девушки придавали мне силы и я более чем нужно прижимал ее к себе.

Она искоса наблюдала за мной и чуть-чуть иронично улыбалась.

— Ты не центавр.

Я глубоко вздохнул и на выдохе быстро ответил:

— Я землянин — пришел спасти тебя.

Орнелла отрицательно покачала головой и улыбнулась.

— Смешной — ты когда-нибудь видел себя в зеркало?

Эта фраза меня удивила и разозлила. Я остановился и приставил кулак к ее круглой прелестной щечке.

— Если не будешь меня слушать, то я поступлю с тобой как мой дедуля с бабулей.

— А что он сделал?

— Он избил ее после свадьбы так, что она пластом лежала две недели.

— А за что избил?

— Характер показала.

— А что — у вас характер женщинам показывать нельзя?

— В деревне женщины глупые — дашь слабину — на шею сядут — семью развалят.

Она положила на мое плечо голову и с простодушно улыбкой сказала:

— Ты мне понравился.

Я скромно посмотрел себе под ноги и с удовольствием ответил:

— Да, я почему-то многим нравлюсь.

Девушка отстранилась от меня и даже попыталась вырваться, но я держал ее крепко, тогда она с досадой в голосе отрезала:

— Я пошутила, а ты шуток не понимаешь — смешной!

И она отвернулась. Я вновь обратил внимание на ее стянутые проволокой руки, в кровавых струпьях.

— Орнелла, неужели тебе не больно?

У девушки на ресницах блеснули слезы.

— Очень больно, но мы центаврийки умеем подавлять боль.

И она вновь положила голову на мое плечо, но уже через несколько секунд Орнелла отодвинулась от меня: центавры, идущие впереди колонны, часто поглядывали на нас.

Мы в это время прошли вязкое болото и начали подниматься вверх по скальной дороге. За моей спиной хрипели роботы. И только сейчас я подумал о том, что веду себя совершенно легкомысленно, а ведь я должен что-то делать, но что? Неужели Гордон не догадается за время моего отсутствия в замке, что я не центавр?

Однако присутствие рядом Орнеллы путало все мои мысли и я легонько подтолкнул ее вперед.

— Орнелла, иди в колонну — мне надо подумать.

Я оглянулся назад. Джунгли плотной стеной двигались за нами. Они сократили расстояние до двух десятков метров — я видел их толстые черные корни, которые скользили по земле и впивались в рыхлую почву, когтистые ветви тянулись к нам, из зарослей доносился протяжный вой, который усиливался с каждой минутой. Я оглядел роботов и радостно воскликнул: «Хо!» Я увидел Циркона, но конечно не старика, а крепкого молодого парня. Когда я окликнул его — он подбежал ко мне и вытянулся в струнку.

— Да, сэр.

Я положил руку на его плечо и, глядя ему в глаза, строго сказал:

— Циркон, я пришел из будущего. Центавры через десять лет проиграют войну и все роботы, которые служили им — будут уничтожены.

Туповатое лицо робота дрогнуло, его плечо под моей рукой вяло опустилось, а я уверенно продолжал:

— Если ты будешь сотрудничать со мной, то после войны станешь главным роботом Циплятус и проживешь миллиарды лет.

На глазах Циркона появились слезы, он, судорожно глотнув воздух, благодарно коснулся моей руки.

— О, сэр, я готов.

Я в сомнении осмотрел робота — как не похож был этот раболепный парень на того властного старика, каким он станет через миллиарды лет. Однако нужно было спешить и я быстро спросил:

— Куда мы ведем девушек?

— В подземелье замка.

— Зачем?

— Там есть театр…

— И что в этом театре?

— Деревья-людоеды — вот такие, — и робот указал пальцем на ревущий лес, — Девушкам дают ножи и бросают в яму к деревьям и все это снимают на видеоклип, а потом видеоклип отправляют на планеты Солнечной системы.

— И это все, чем занимаются в замке центавры?

— Нет, они что-то строят, их здесь много, но центавры никогда не ходят теми коридорами, по которым ходим мы — роботы и я не знаю сколько их.

— А тебе известно, что значит мой номер?

— Да, сэр — вы руководите доставкой и уничтожением пленниц.

— Я могу командовать нижестоящими номерами. Робот кивнул головой.

— Да, сэр, но только в пределах вашего десятка.

— А много таких десятков?

— Десять.

— Что ты знаешь о Гордоне?

— Он прибыл сегодня утром из Солнечной системы сменил прежний первый номер.

Я облегченно перевел дух — кажется все что нужно я знал, и вдруг, словно издалека, я услышал негромкий голос Циркона:

— …по имени Евгений…

Я встрепенулся и схватил робота за руку.

— Что ты сказал, повтори.

— Я сказал, что Гордон назвал имя шпиона.

Глава пятнадцатая

И в этот момент я с ужасом увидел, что наша колонна вступила в узкий коридор, который образовали джунгли, что плотно нависли над дорогой.

Мы к этому времени находились на середине пути — между поляной и замком — где ощущалось слабое движение воздуха; дыхание стало свободным, хотя дорога все более круто поднималась вверх.

Когда впереди перед центаврами упали деревья, перегораживая путь колонне, я крикнул роботам: открыть огонь!