Дмитрий Шубин - Пять дней мимикрии

– Ничего не могу придумать, – произнес Орлов.

– Ты что-то сказал? – встрепенулся двойник.

– Я говорю, что совсем не знаю, как нам дальше поступить. Логически, нам надо побыстрее мотать из этого города. Но, в то же время, так же будет рассуждать и Чегеван, конечно, когда его найдут. Некоторое время нам даст то, что пилот и партизан будут в отключке и не скоро придут в себя. А это значит, что остальные и без умозаключений партизана начнут искать нас в первую очередь именно здесь, в городе. Хотя, наверное, чернобородого уже нашли и откачали. Получается, что у нас безвыходное положение. Без транспорта мы далеко не уедем и в то же время оставаться здесь тоже опасно. Значит, нам надо достать средство передвижения и убираться отсюда подальше, тем более, что раньше такое уже срабатывало. Будем искать колеса.

Трамвай проследовал мимо широкого переулка. Пока тот находился в поле зрения Орлова, парень заметил, что темноту этого небольшого пространства рассеивают лучи сверкающих разноцветных огней.

– О, это то, что нам надо. Пора на выход. – Григорий поднялся с сиденья.

– Что там такое? – живо спросил двойник, тоже вставая с места.

– Там кабак какой-то и масса машин возле него. – Сэмплер наклонился к уху Винпулькера и тихо добавил: – Автомобиль по такой погоде лучшее транспортное средство. И тепло, и сухо.

Орлов протиснулся мимо «близнеца» и, громко произнося: – Вы на следующей не выходите? Не выходите на следующей? Вы на следующей не выходите? – стал пробираться к выходу.

Они сошли на остановке, которая располагалась довольно далеко от места, куда решил направиться Григорий. Водитель остановил вагон именно так, что передняя дверь оказалась напротив большой лужи с грязью, и «близнецы», преодолев это месиво, пережидали у проезжей части дороги, чтоб пропустить быстро едущий автомобиль. Тот, не сбавляя скорости, промчался мимо, окатив их темной водой.

– Вот, черт! – выругался Орлов. – Я еще понимаю – ботинки бы мы испачкали, они и так были грязными от блуждания по лесу. Но теперь мы еще и в грязной и мокрой одежде, словно барыги какие-то.

– Надо подождать, чтобы грязь высохла, – сказал задумчиво Винпулькер. – А потом можно будет ее просто рукой стряхнуть. У нас на планете грязь – самое распространенное вещество. Неплохой строительный материал.

– Тоже мне умник нашелся. Еще сказал бы, что через неделю она сама отпадет. Пошли давай, в баре почистимся. Надеюсь, туалет там у них имеется.

«Мавзолей. Кафе по интересам», именно так называлось заведение, к которому подошли «близнецы». Отдельная вывеска рекламировала компьютерный зал и бильярдный салон. Широкое, огороженное переносными турникетами место перед заведением было занять десятком машин. В основном это были иномарки либо устаревших моделей, либо достаточно старые, отечественные. Два черных автомобиля производства Горьковского автомобильного завода стояли отдельно от остальных. Видимо на них приехали какие-то важные гости, или даже хозяева этого кафе. Два слепящих прожектора освещали стоянку, и Григорий сразу смекнул, что за этим местом постоянно наблюдает невидимая охрана. Угнать машину будет достаточно сложно.

– Ну ладно, зайдем хотя бы, чтобы почиститься. Неплохо было бы еще и перекусить чего-нибудь. Жаль только, денег мало. Сильно не расшикуешься. Хотя в этом баре есть компьютерный зал. Возможно, мне удастся связаться с Файлом, и он перешлет мне на мою поддельную кредитку хотя бы пару тысчонок. Как он, интересно, там? Сумел ли отделаться от ментов и жулья?

За двумя парами входных дверей их встретили двое охранников. Туповатые морды, подстриженные под полубокс волосы, строгие серые однобортные костюмы и красные повязки на рукавах с надписью «Дружинник». У каждого в руке по магнитному сканеру для обследования посетителей на предмет оружия или больших металлических предметов.

– Что-то вы, товарищи, в неподобающем для нашего клуба виде, – произнес один из них.

– Грязные какие-то. Да и одежда такая не принята у людей нашего круга, – сказал второй.

– Да, фигня пацаны, козел какой-то на машине обрызгал, – попытался отшутиться Орлов.

– Да и разговор у вас, молодой человек, какой-то не наш, – снова произнес первый охранник.

Григорий огляделся по сторонам. Фойе, в котором они стояли, полностью, кроме потолка, покрывали плиты из красного мрамора. В правом дальнем углу в подставке стоял алый стяг с изображением золотистого герба давно несуществующего Союза Советских Социалистических Республик. На стене, с двух сторон от двери, ведущей в обеденный зал кафе, висели четыре огромных полотна с изображениями Ленина, Маркса, Сталина и Брежнева. Орлов, увидев это, сразу же сообразил, что в данном заведении у посетителей кумиры коммунистического прошлого.

– Я хотел сказать, какой-то тунеядец, спекулянт скорее всего, обрызгал нас, честных тружеников, грязью. При этом он передвигался явно на машине, заработанной нетрудовыми доходами. – Григорий заранее понимал, что после подобной шутки их просто выкинут на улицу. Однако лица охранников ничуть не изменились, и один из них произнес:

– Зайдите в туалет, почиститесь, некультурно как-то ужинать в таком виде.

Справа виднелась дверь с прибитой на нее единственной металлической буквой "М", находящаяся рядом такая же дверь никаких букв не имела. С левой стороны помещения – гардероб. Сидевший там пожилой седовласый мужчина читал газету прямо за стойкой.

– Обязательно почистимся, товарищи.

Охрана обследовала «близнецов» металоискателями и после выяснения того, что эти аппараты дают сигнал на слишком большие пряжки ремней, пропустила их.

В туалете одну сторону занимали кабинки, другую – писсуары и две раковины с блестящими смесителями над ними. Дальняя стена – сплошное зеркало. Стены покрыты дымчатым мрамором. Орлов подошел к стене и постучал по ней согнутым указательным пальцем.

– Так и знал, подделка, – произнес он.

– Что – подделка? – спросил Винпулькер.

– Облицовка стен. Я думал, это мрамор. Есть такой камень. А это пластмасса. Но сделано качественно. Пока не попробовал на ощупь, терзали сомнения.

Григорий подошел к умывальнику и, включив воду, стал набирать ее в ладошки и плескать на одежду. Двойник стал повторять его действия. Обильно намочив одежду, Сэмплер поднял ногу и, сунув ботинок в раковину, стал чистить его под сильной струей. Очистив ботинки, Орлов, снял со стены рулон с бумажными полотенцами и, размотав несколько метров мягкого материала, скомкал его и стал вытирать с куртки и брюк воду. Удостоверившись, что внешний вид его устраивает, Григорий посмотрел на хаос, созданный им и Винпулькером, повторяющим все за ним.