Владимир Дрыжак - Точка бифуркации

Получив такое утешение Сомов убыл восвояси, соображая в процессе передвижения по длинным коридорам базы, правильно ли он поступил, ввязавшись в эту историю.

В каюте, выяснилось, что кто-то оставил свой вызов. Сомов набрал номер по видеофону. В помещении, куда он попал, никого не было, однако после второй попытки к видеофону подошел некто и с интересом начал рассматривать Сомова.

- Добрый день, - сказал Сомов.

- Вечер, - поправил некто.

- Меня кто-то вызывал, я не ошибся номером?

- Нет, я действительно хотел с вами поговорить. Вы уже были в отделе кадров?

- Я был где-то, разговаривал с кем-то и подписал какие-то бумаги. Но где именно, не знаю. Хотя, о кадрах шла речь и, наверное, вы правы.

- Ага... Но вас по крайней мере уведомили, что подписав бумаги, вы становитесь членом нашего экипажа?

- Уведомили. А с кем имею честь?

- Я - инженер по ЯДУ в составе экипажа рейдера "Вавилов". Капитан попросил меня связаться с вами и выяснить, не переменились ли ваши планы.

- Ни в коем случае. Столько мытарств, и переменились... Нет уж! - заявил Сомов.

- Тогда позвольте представиться: Сомов Евгений Сергеевич.

- Да?.. То есть, Сомов - это вы? А я теперь кто? поинтересовался Сомов.

Сомов-два рассмеялся.

- Вы, как мне сказали, тоже Сомов. Но я старше, поэтому буду Сомов-старший. А вы, соответственно, Сомов-младший.

- Забавно... Интересно не находимся мы в каком-нибудь отдалением родстве? У вас имеются генеалогические данные?

- У меня есть сведения, что все люди находятся в родстве той или иной отдаленности. Так что все в порядке - мы дальние родственники.

- Очень приятно, - произнес Сомов с некоторой долей сарказма. - Мне было сказано, что теперь мой бог - капитан Асеев. Я желаю получить указания.

- Указания имеются. Вы желаете получить их лично от Асеева, или поверите на слово?

- Хм... Как я могу определить свое желание, не имея самих указаний. Давайте их сюда, а уж потом я решу.

- Указания простые. Собрать личные вещи и явиться на борт "Вавилова".

- Понял. А сколько этих самых личных вещей нужно, и какие именно?

Сомов-старший несколько растерялся.

- Что значит - сколько? Да хоть тонну. Все, что вам необходимо.

- Ясно. То есть, ограничений нет?

- Есть. Фобос с собой не берите, и Деймос оставьте... Вы первый раз летите?

- Да, в качестве члена - первый. Я, собственно, в том смысле интересуюсь, что может быть у вас там, на борту, есть какие-то вещи - зачем же мне их тащить...

- А-а, понятно. Конечно, здесь имеется все, что нужно для нормального существования нормального человека. Личные вещи - это то, что нужно лично вам. А так - хоть голым можете явиться... Да, я вас официально предупреждаю, что старт послезавтра в десять ноль-ноль по времени орбитальной базы. Какие еще имеются вопросы?

- Вопросов нет. Впрочем, есть один. Не могли бы вы мне объяснить, почему меня все-таки решили отвезти к Сатурну? И кто это решил, в конечном итоге?

- Есть ответ только на последний вопрос. Решение принял капитан Асеев. А вот почему - это тайна, покрытая мраком неизвестности. Но он рассеется, и довольно скоро. Думаю, после старта...

Сомов потратил на сборы два часа, после чего отправился на причал, где пришвартовался "Вавилов", предварительно выяснив у диспетчера, где именно он находится. На борту его встретил вахтенный, представился, сказал, что из членов экипажа он здесь пока один - остальные где-то разбежались по своим делам. После этого помог Сомову отнести вещи и разместиться в каюте.

- А сколько всего членов экипажа? - поинтересовался Сомов.

- С вами - семь человек.

- Знаете, я стал членом экипажа случайно, до этого ни разу в этом качестве не летал и ничего не знаю. Как вы сказали, ваша фамилия?

- Я китаец - у китайцев нет фамилий. В экипажах принято на "ты". Меня зовут Дэн - тебя Владимир. И давай без церемоний. Полет - дело канительное. Тут, с одной стороны, могут встретиться перпендикулярные люди, но лететь-то всем приходится в одну сторону, поэтому принцип простой: никто ни к кому не лезет в душу без встречного порыва, зато каждый проявляет максимум доброжелательности и такта, стараясь помочь в любом затруднении. Хотя, конечно, экипажи подбираются по принципу психологической совместимости. Так что, если что нужно или непонятно - спрашивай любого, всегда помогут. Мы тут уже спелись - так русские говорят?

- Так.

- Кроме Калуци все остальные тянут вместе уже третий рейс подряд. И до этого летали в разных комбинациях. Ты кто по специальности?

- Я - планетолог.

- Да? Интересно... А зачем нам понадобился планетолог?

- Я, собственно, пассажир.

- Ну, пассажир, и пассажир... По дороге разберемся.

- А ты хорошо говоришь по-русски.

- Я и по-китайски тоже неплохо говорю, - усмехнулся Дэн. - В принципе, достаточно английского... Давай, теперь я покажу тебе основные помещения, чтобы ты ненароком не залетел в реакторный отсек и не стартовал без остальных... Да, хочу предупредить, на судне нашего класса понятия "пол", "потолок" и "стены" весьма условны. То есть все зависит от режима полета, вращения и способа причаливания. Поэтому не оставляй вещи без присмотра. Ну, что, идем?

"Вавилов" представлял из себя огромный бублик, с радиальными перемычками. В центре бублика вдоль его оси располагалось нечто подобное веретену с раструбом на тупом конце. Дэн обстоятельно рассказал о том, почему выбрана именно такая конструкция - как выяснилось, он был бортинженером.

- Вообще-то "Вавилов" - ветеран Космофлота, - сказал он. - Для полета к Сатурну можно было бы подобрать и кое-что получше. Но, в принципе, машина очень надежная, реактор вот только не дублирован... Мы сейчас движемся по окружности вдоль боковой поверхности "бублика". Судно пришвартовано кормой к базе, а база вращается, так что нас прижимает к стенке... Ну, сообразил?

- Нет, - честно признался Сомов.

- Потом сообразишь. Здесь, в "бублике", каюты для экипажа, системы жизнеобеспечения и разное такое.., в центральном корпусе спереди - рубка, посередине - грузовой и топливный отсеки, сзади - реактор. Туда мы не пойдем... Спасательные средства: два гулета - оба причалены к радиальным перемычкам, в каждый из них можно попасть двумя путями...

- Знаешь что, давай не все сразу, - перебил Сомов. На кой черт мне знать, где эти гулеты!

- Вот это - главное, что ты должен знать. Слышал курсантскую поговорку: "Член экипажа должен твердо знать как минимум две вещи: как по тревоге попасть в гулет и где на судне туалет. Случись что с защитой, или, не дай Бог, с реактором...

Дэн еще два часа водил Сомова по разным помещениям и рассказывал о том, почему они расположены именно там, где расположены, а не в каком-либо ином месте, и почему, в случае необходимости, бежать (лететь) нужно туда-то и туда-то, а не в противоположных направлениях.