Андрей Дворник - Голому – рубаха

Тут Мич посмотрела на него так, как будто он сказал сущую глупость, снисходительная улыбка тронула ее губы.

– Ах, вот ты о чем!

– А о чем же еще? – удивился Порнов. – Что же, нам так и сидеть здесь до морковкиного заговенья? Эта зверюга, может, тут еще сто лет собирается плавать.

– Может, и двести, – пряча улыбку, сказала Мич. – Она, в отличие от тебя, жи-и-ивучая.

– Тебе, как будто, все равно? А тебе не приходило в голову, например, что рыбина эта и сестра твоя – звенья одной цепи? А на конце цепи – гиря каторжная! – продолжал Порнов. – Сестрица твоя походя поймала нас в черпак, в мелкий бредень; а тебе все пофиг?!

Нет, ты, конечно, можешь здесь оставаться, сколько хочешь; а я из этого подводного Алькатраса намерен ноги сделать… Причем немедленно!

– И куда же ты побежишь? – стараясь еще пуще не разозлить Порнова, спросила Мич. – Даже если мы сейчас всплывем, вокруг нас на десятки миль один океан; что, так и будешь в воде пластом плавать, пока другая, менее крупная, но более зубастая рыбина не сожрет?

– Подавится, – проворчал Порнов; по большому счету, возразить ему было нечего.

– Это если всплывем, – продолжала Мич, как ни в чем не бывало, – а если же ты прямо сейчас намерен, – как это ты сказал? – ноги сделать, это вообще смешно; что-то я ни разу не слышала про побег из подводной лодки с километровой глубины; мне кажется, что твоему битому скафандру на такой глубине сразу каюк.

– Проклятый краб, – выругался Порнов и украдкой глянул на палец, – если бы не он…

– А эти дыры на груди – тоже он? – ехидно уточнила Мич.

– Да, и в штаны мои тоже он наложил, – предварительно выключив передатчик, проворчал Порнов, намекая на финальную фразу из анекдота про поручика Ржевского.

Включил передатчик и сухо сказал:

– Ты так говоришь, как будто у тебя план есть.

– У меня – нет, – сказала Мич. – Зато он, похоже, есть у моей сестры. Я тебе не хотела говорить, пока сама в этом не удостоверюсь.

– Хочешь сказать, что у тебя ментальная связь с сестрой? – недоверчиво спросил Порнов. – Километровая глубина, да и прическа у тебя – не того… Ой, что-то я сомневаюсь…

– Ты правильно сомневаешься, но ты неправильно перебиваешь, – сказала Мич. – Если и есть какая связь – то с компасом на руке; трое суток он крутился вокруг оси, как заведенный, а теперь, на тебе, – стоит, как влитой. Ну, мистер Шерлок Холмс, что вы можете на это сказать?..

– Трое суток рыбина плавала кругами, – сообразил Порнов, – а теперь прет куда-то… И что из этого?

– Вот умный ведь мужик, – проронила Мич терпеливо, – но иногда дальше носа не видишь… Лови график.

На экран перед носом Порнова выскочила картинка из одной ломаной линии; косая вниз, прямая, косая вверх.

– Содержание кислорода вокруг, – прокомментировала Мич. – Первый участок – нырнули, средний – плывем под водой, последний…

– Всплываем! – и сам понял Порнов. Посмотрел на Мич так, словно в первый раз увидел. – Ну, голова! А я-то думал, грешным делом, что ты только драться и молнии метать можешь…

– Я много чего могу, – уклончиво заметила Мич, – вот выберемся отсюда, я тебе покажу кое-что. – И она легонько качнула бедрами.

Порнов не поверил своим глазам; ничего подобного от Мич ему видеть еще не доводилось; моргнул раз, другой – и решил, что это ему показалось.

– И как же мы выберемся? – хрипло спросил он, едва к нему вернулся дар речи.

– Я так понимаю, они рассчитывают застать нас врасплох; и через час-другой пасть неожиданно распахнется, на нас навалятся и свяжут, – сказала Мич. – Покинем рыбину за минуту до этого трагического момента; а там уж мы посмотрим, кто кого!

– Делов-то, – прокашлявшись, сказал Порнов. – Осталось придумать, как оконце наружу прорубить…

– Ну, это уже твоя забота, – сказала Мич с деланным пренебрежением. – Не могу же я весь кроссворд сама решить; надо и тебе чуточку оставить.

– Так, что же мы имеем? – с воодушевлением произнес Порнов. – Глубина, скорость, масса кита…

Всю эту чушь он нес больше для проформы, чем для дела; давешний жест Мич волновал его все сильнее и сильнее; «показалось мне или нет?» – вопрос вертелся на языке; лишь богатый опыт общения с женщинами удерживал Порнова от похода в штыковую атаку.

«Подожду более удобного момента», – вконец измаявшись, решил для себя он, – «тогда и подъеду: а на что ты, дорогая, собственно, намекала?»

Порнова аж сладкая дрожь пробрала; испугавшись, что Мич застукает его за столь сладострастным занятием, он затарахтел с удвоенной энергией:

– Так, исходный импульс, вектор тяги, направление…

Стараясь смотреть независимо, он обратился к Мич:

– У тебя ракетный ранец исправный?

– Это где? – глядя на него чистым ангельским взором, невинно спросила Мич.

– Эх, женщины, женщины… – только и сказал Порнов. – У самой чуть не ракетная пушка за спиной ("Правда?!! – испугалась девушка), а она ни сном, ни духом…

Он соединился с кибером Мич и долго с ним беседовал; окончив диалог, удовлетворенно сообщил:

– Все в порядке, как только всплывем, можно смываться.

– Может быть, теперь ты будешь менее краток? – Мич была сама вежливость.

– Что тут объяснять? – удивился Порнов, – беру тебя в одну руку, мешок в другую… По газам, и – вперед.

– Какой еще мешок? – с подозрением сказала Мич. – Ты мне ничего про мешок не говорил.

– Как не говорил? – удивился Порнов. – Там выпивка, закуска…

– Закуска?

– Ну, крабы эти, – Порнов для наглядности пощелкал кистью, изображая клешню.

– Крабы?! – Мич аж подпрыгнула. – Ты с собой крабов приволок?!

– Да что ты нервничаешь? Это же не мыши… Не бойся, не укусят; они вареные. Не удержался, – больно вкусно пахли.

– Я уж испугалась, – Мич и впрямь было явно не по себе. – Если у них такие клешни, как ты сказал, они же нас на части растерзать могут. Может, уж лучше выбросить твой мешок; как это – от греха подальше?

– Вот еще! – возмутился Порнов, – мне из-за него на острове чуть всю морду не ошпарило; нет уж, должен быть когда-то и на нашей улице праздник; согласна?

– Согласна, – с неохотой протянула Мич. – Где он, твой мешок?

Я хочу сама взглянуть на этих… крабов.

Они вернулись к тому месту, где Порнов оставил мешок; однако «диванчик» оказался пустым.

– Вот, – сказала Мич настороженно, – говорю я тебе…

– Да брось ты, – перебил ее Порнов, – когда я тебя из-под языка доставал, тут такая волна прошлась; поищем и найдем, будет хоть чем по дороге развлечься.

Искали долго; Порнов стал уже нервничать и посматривать на часы; светящаяся точка на графике неуклонно приближалась к концу последнего отрезка.