Карен Симонян - Сицилианская защита

- Ну, если так, зайдем.

- В "Арагил"? - спросил я.

- В "Анаит",-сказала Седа.

- Все равно. Такси!..

Народу в кафе было мало. Мы устроились в уголке, у окна. Я заказал две порции мороженого и лимонад.

- Помнишь, какой вкусный был лимонад до войны?

- Не помню.

- Очень вкусный...

- Едва ли...- улыбнулся я.,- Все дело в том, что тот лимонад ты пила в детстве. А все связанное с блаженными воспоминаниями детства кажется нам лучше, чем это было на самом деле.

- Может, ты и прав,- сказала Седа.- Но разница всетаки есть.

- Пусть будет по-твоему, - согласился я.

- Позвольте? - спросил подошедший к нашему столику старик. Несмотря на жару, он был в коричневой клетчатой куртке, застегнутой на все пуговицы, которые, казалось, вот-вот отлетят. Брюки его с трудом сходились на поясе.

В левой руке он держал шляпу, а в правой были какие-то иностранные газеты.

- Пожалуйста,- сказал я без удовольствия.

Старик сел.

- Спасибо,- сказал он, отдуваясь. - Как вы похожи друг на друга. Брат и сестра?

- Нет,- ответил я.

- Что ж, прекрасно, дети мои. Долгой вам жизни и счастливой старости. Пристрой-ка на подоконнике мою шляпу, сынок..

Я водворил его древнюю шляпу с широченными полями на подоконник.

- Спасибо.- Старик выложил на стол пятнадцатикопеечную монетку и попросил: - Дочка, принесика мне кофе.

Седа подошла к стойке.

- Дочка, ты монету забыла!...

- Ничего, отец. Позвольте вас угостить, - сказала Седа.

- Ну, что же. Да уж принеси по чашечке и для вас.

Старик говорил на диалекте западных армян.

- Вы репатриант? - спросил я.

- Да, сынок.

- Откуда?

- Из .Франции. Из Парижа. В сорок восьмом приехал,гордо ответил он.

- Кофе двойной,- сказала Седа, поставив чашечки на стол.

- Молодец, дочка. Здесь не умеют варить кофе. Открывают кафе, а кофе никуда не годится. Будь у меня в Париже такое кафе, каким бы я вас кофе угощал.

- А кафе вам нравится? - поинтересовался я.

- Хорошее, слов нет. Но, если хотите знать, мало их еще в городе. Вот в Париже они на каждом шагу.

- В позапрошлом году, лосле окончания института, мы с ребятами ездили в Москву.- сказал я.- Остановились в гостинице "Юность". Какая гостиница!..

- Да. что далеко ходить,- прервал меня старик.- В тысяча девятьсот шестнадцатом году, когда я был в Монте-Карло, там открыли гостиницу...- он шумно чмокнул кончики своих пальцев, сложенных щепотью.-Зачаруешься!..

- Отец, а чем вы занимались за границей? - спросила Седа.

- Путешествовал.

- Не работали?

- Был директором итальянского банка, содержал гостиницу. Потом... Э-э, путешествовал, одним словом...- Он опрокинул на блюдце чашечку кверху дном.Туркча биллиорсунуз?.. ПIo-турецки, спрашиваю, понимаете?..

- Извините,- нерешительно сказал я, поднимаясь. - Мы спешим. Приятно было с .вами познакомиться, но...

- Ничего, ничего,- закивал старик.- Вы часто здесь бываете?

- Нет.

- Весьма сожалею.. Я прихожу сюда каждый день выпить чашечку кофе. Мне бы тоже хотелось как-нибудь угостить вас.

- Спасибо, отец.

- Минуточку,- сказал старик. Он стал рыться в глубоких карманах свой куртки. Наконец извлек и протянул нам две маленькие коробочки.Американские. "Чиклетс". Привез еще в сорок восьмом и до сих пор вот все тяну. "Чиклетс". Слыхали? Здесь называют жевательной резинкой. Возьмите, прошу вас.

- Спасибо, отец. До свидания.

Когда мы вышли из кафе, я сказал: - Идем, провожу тебя домой.

Седа только кивнула в ответ.

- Ты, видно, очень устала? На тебе лица ист.

- Я не устала. Помолчи, пожалуйста, Левой... Не надо было мне пить этот кофе. Как-то не по себе...

- Тебя мутит?.. Отвратительный кофе!..

- Нет, кофе был хороший. Но знаешь... Я...

Я взял Седу под руку.

- Тебе непременно надо взять отпуск.

- Конечно,- согласилась Седа.- И мы, очевидно, несколько месяцев не будем вместе работать...

- Почему?

- Ну, я же пойду в отпуск.

- На несколько месяцев?..

- Ну и умник же ты! Не знаешь разве, что женщинам в определенных случаях полагается очень длинный отпуск?..

- Седа!..

- Возьми такси, Левой. Голова кружится. Упаду...

Домой я вернулся на том же такси. И всю дорогу досадовал, что шофер ведет машину черепашьим ходом. Мне бы мчаться сейчас очертя голову.

Одним духом я оказался у наших дверей и долго не отпускал кнопку звонка. Потом забарабанил кулаками в дверь.

- Иду, иду! - донесся из коридора голос Вагана.- Спятил, что ли?

- Привет, Ваган! Хочешь, я тебя расцелую?

- Не хочу, отстань,- Ваган был мрачен.- Ты пьянствуешь, а в дом воры забрались.

- Что?.. Воры?!

- Отрезвел? Так вот, натуральные воры.

- Я вовсе не пьян. А в милицию ты звонил? Что украли? - Я бросился к себе в комнату, но не обнаружил никаких следов воровства. У Вагана тоже.

- Арус целый день была дома. Только на пять минут отлучилась. К соседке пошла за утюгом - наш, как назло, испортился.

- Можешь толком объяснить, что украли-то?

- Пылесос. Пришел с работы домой, думаю, давай дело сделаю, помогу Арус...

Я уже не мог удержаться от хохота.

- Хороший был лылесос, - вздохнул Ваган.

Я влетел к себе, выволок пылесос из-под кровати и вынес его соседу.

- Узнаешь свой товар?

- Неужели был в коридоре? - растерялся Ваган.

- Нет,- сказал я.- Как-то ночью он мне понадобился. Потом забыл на место поставить.

- Ночью пылесосил? - удивился Ваган.

- Нет, - сказал я. - Ты думаешь, пылесос только пыль глотает?

- А что же еще?

- Сейчас увидишь.

Я нажал на рычаги и приподнял крышку. В тот же миг целый рой мух с жужжанием вылетел из пылесоса.

- Ну и ну?!

Я пробовал закрыть крышку. Но это мне не удавалось.

Проклятые мухи в несколько секунд набились в комнату и снова преспокойно устроились на потолке.

- Не по-соседски это. Да разве так поступают? - с горечью сказал, Ваган.- Как я теперь с этими мухами справлюсь? Они ведь съедят ребенка.

- Не съедят, - успокоил я соседа. - Включи пылесос и знай себе собирай мух. Только щетку сними. Это новый метод. А выпустим их потом на улице или, чего лучше, сначала похлорофосим через отверстие, они все передохнут, вот тогда высыпем. Как видишь, изобретен новый способ ловли мух.

- Ну и ну!..

И Ваган рассмеялся.

ГЛАВА СОР0К СЕДЬМАЯ

Я приподнял воротник куртки и ускорил шаги. "Жаль, что Араик так недолго пробыл у меня,- подумал я.- Буду теперь опять сидеть один в четырех стенах".

- Смотри-ка, вот уж не думал, что встречу тебя!..

Я поднял глаза и в нескольких шагах от себя увидел отца Асмик. На нем был потертый пиджак, натянутый как на барабане. Старик, видать, еще шалью обмотался, чтобы не простыть.

- Здравствуй.

Я хотел спросить, что он делает в этих краях, по пути на завод, но он опередил меня.