Андрей Бельтюков - Обратный отсчет

— Все правда, — жестко сказала Леа.

— Мне трудно в это поверить.

— Придется. Мне все надоело. Меня тошнит от затеи с Пантеоном! Как можно всерьез надеяться, что кучка ублюдков, которую вы вывели в любимом курятнике, перевернет мир! Спасет страну! Да они не сумеют спасти даже собственные штаны! Одним словом, дело обречено. Я выбываю, но при этом хочу унести свою долю. Я слишком много сделала для Бюро, чтобы уйти ни с чем.

— Ну хорошо, — Меткович шумно вздохнул на другом конце. — Ты все решила. Я не стану тебя убеждать. Скажи только, ты не боишься?

— Бояться? Я привыкла рисковать. То была моя работа — вам ли это не помнить.

— Кое-что, кое-что… но я имею в виду другое. Раньше ты участвовала в большой драке за одну из сторон. А теперь собираешься сражаться на два фронта. Думаю, это не по силам даже тебе, девочка.

— Оставим это. — Слова Метковича произвели на Леа впечатление, но она не подала виду. — Вы намерены заплатить?

— Гм… Да. Ты доверяешь получить деньги своему другу?

— Он действует от моего имени. — Батур говорила все уверенней. Вручите ему кейс со всей суммой, наличными. После этого я привезу вам Нину. И Ридана, если хотите. — Она сообразила, что с бегством Ридана и Орт еще ничего не потеряно. То был блеф, в котором следовало стоять до конца.

— Я хочу, чтобы ты сперва показала мне их. Прежде чем я отдам деньги.

— Нет. Таковы мои условия. — Батур говорила отрывисто, словно лаяла в трубку. — Иначе сделка не состоится. Я не получу купюры, но и вы не получите Орт. И того, кто в ней зреет.

Меткович издал булькающий горловой звук.

— Хорошо, девочка. Будь по-твоему. — Он замолчал.

Леа одной рукой достала сигарету и прикурила.

— Эй! — раздался в трубке голос Рича. — Ты еще здесь? Грузи ребят и выезжай. Встретимся, где условились. Мне надо заскочить в отряд ненадолго. — Он снова понизил голос.

— Это еще зачем?

— Надо, — сказал Рич уклончиво. — Аты не боишься, что я мотану с деньгами?

— Никуда не денешься, — устало проговорила Батур. — Вряд ли ты позабыл о своих сернистых ваннах. Насколько я понимаю, ты покинул их раньше срока, не так ли?

— О чем это?.. — У Александра слегка изменился голос. — Ладно, я пошутил. Не обращай внимания. — Он повесил трубку.

Леа откинулась в кресле. Мимолетная угроза Рича не взволновала ее. Беглый заключенный не сможет действовать в одиночку. Кроме того, она была уверена, что Рич и так никуда бы от нее не делся.

Подключив местное полицейское управление и таким образом обставив Серверу, Батур на какое-то время позабыла о нем. И это было ошибкой.

Потому что сбросить со счета такого человека можно, лишь познакомив его с гильотиной. Да и то предварительно проверив корзину.

Сервера не имел сомнений в оценке. Того, кто навел полицейских, мог толкнуть на этот шаг только страх.

Страх, что в противном случае Ридан и Нина попадут в его руки. Кто мог знать, что он направляется к пляжу?

Да никто, потому что даже Делф не был посвящен в детали. Значит, за ними велось наблюдение.

Проклятье! Непростительная беспечность.

Все так, но профессионал сумеет исправить ошибку.

Он припомнил: холодный вечер, шоссе пустынно.

Пляж, домик. Когда Ридан скрылся за дверью, он отложил бинокль и запустил мотор. Все? Да, все. Хотя нет — в этот момент его обогнала машина.

Сервера прикрыл глаза. Прислуга только что принесла ужин в номер. Он отхлебнул коньяку.

Да, то был спортивный автомобиль бежевого цвета с откидным верхом. Бежевый автомобильчик! Однажды он видел его. Под окнами на улице Крестера. Сервера не верил в совпадения. Зато он вполне полагался на память. Номер он не помнил, но готов был поручиться за две первые буквы.

Прямо из номера Сервера связался со своими людьми. В течение часа он узнал, на кого зарегистрирован бежевый спортивный «ромео». Это оказалось любопытным. Имя «Леа» говорило немало.

Батур в Ганьо. Значит, у Бюро здесь свой интерес.

Пожалуй, стоит навестить экс-журналистку.

Он вызвал Делфа. Сервера знал, что во многих городах для своих сотрудников Бюро содержало одну-две постоянные квартиры. Шефу охраны были известны их адреса.

Они подъехали к дому, стоявшему недалеко от центральной площади Ганьо, через пятнадцать минут. Подняв воротник, Сервера вышел на тротуар. Он не был тут раньше, но именно в этом здании располагалась одна из специальных квартир Бюро.

Он объяснил, что надо делать. Делф направился к подъезду. Глядя на его спину и руки почти до колен, Сервера в очередной раз подумал, что в драке этот парень стоит пятерых.

Делф вышел раньше, чем он ожидал. Квартира оказалась пустая. Строить догадки не было любимым занятием Серверы. В деле замешано Бюро. Все нити тянулись в отряд. Теперь время переговорить с доктором. В Ганьо больше делать было нечего.

Они выехали затемно и прибыли в столицу под утро.

Дождь не прекращался. Делф ровно, словно заведенный механизм, вел машину. Сервера расположился на заднем сиденье. Он прихлебывал из термоса кофе и искоса поглядывал в окно на мрачные блеклые строения. У горожан это вызывало тоску, но ему было безразлично.

Автомобиль промчался по улице Крестера и затормозил у знакомых ворот. Охранник возле турникета приветствовал шефа, без особого, впрочем, старания.

Сервера отметил это. Даже короткая его отлучка сказалась на общем настрое. Изменения произошли не только в отряде — что-то неуловимо нарушилось в городе.

Тут, конечно, отсутствие Серверы было ни при чем.

Атмосфера сгущалась, и он чувствовал это, как никто.

Пройдя обезлюдевшими коридорами, Сервера вышел к медчасти. Дверь была заперта; он немного провозился с ней. Внутри стоял пыльный нежилой запах.

Выключатель на стене оказался расколот. Сервера двигался наугад, пока не нащупал настольную лампу. При ее тусклом свете он оглядел приемную.

На стульях, подоконнике и столе валялись кипы бумаг и обрывки бинтов, клочья ваты. Кое-где виднелись засохшие бурые пятна. Не обнаружив ничего интересного, Сервера перешел в операционную. Здесь было почище, но следы запустения виднелись и тут. Похоже, последнее время доктор имел иные увлечения.

Подойдя ко второй, заколоченной, выходящей в коридор двери, Сервера осмотрел ее петли. Осторожно провел пальцем, на нем остались черные крошки графитовой смазки. Замок был иной конструкции, и он потрудился над ним дольше. Механизм щелкнул, и дверь приоткрылась.

Сервера криво усмехнулся: от гвоздей остались лишь шляпки. Далее они были сточены вровень с дверной поверхностью. Этот жалкий камуфляж говорил сам за себя.