Андрей Дашков - Стервятник

- В гавани Блиндар нас ожидает корабль. Мы отправляемся на юг, сын мой! Кажется, ты хотел именно этого?..

- Что ты будешь там делать? - тоскливо спросил Стервятник, до которого дошло, что он должен быть полюбезнее со своим неожиданным спасителем.

Кравиус громко расхохотался, словно столкнулся с обезоруживающей наивностью.

- Искать вместе с тобой Звезду Ада! До тебя еще не дошло?.. Я предлагаю тебе свободу и союз.

Люгера едва не стошнило от мысли о подобном союзнике, однако он целиком был в руках аббата.

- Ты не веришь мне, сын мой?

Слоту оставалось только криво улыбнуться, - вопрос действительно был смешным.

Тогда Кравиус оттянул пальцами свое левое веко так, что взгляду Люгера открылась искаженная татуировка.

- Это сделали южные варвары, - сказал аббат изменившимся голосом. Когда-то я побывал в землях, лежащих к югу от Круах-Ан-Сиура. Сомневаюсь, чтобы хоть один человек из западных королевств видел те места со времен самой Катастрофы, а тем более, - вернулся оттуда живым. Мне очень сильно повезло. Я не из пугливых, но это очень, очень странный мир. Я назвал тех, кто живет там, варварами, но это не совсем так, хотя у них нет городов и нет ничего, похожего на церковь. До сих пор не знаю, почему они оставили меня в живых. Может быть, из-за этого.

Он наклонил голову и раздвинул волосы на темени. Люгер увидел треугольную металлическую пластинку, прикрывавшую отверстие в черепе Кравиуса.

- Что-то чужое находится здесь, - продолжал аббат, коснувшись пальцами пластинки. - Иногда мне снятся очень странные сны, не похожие на человеческие. Совсем другое существование и абсолютно чужой мир... В этих снах я видел Небесного Дракона. Еще я видел тебя. Ну что, теперь ты будешь слушать?

- Это всего лишь сны, - презрительно сказал Стервятник, хотя отнесся к словам аббата предельно серьезно.

- Это не "всего лишь сны"! - зашипел Кравиус. - Не будь идиотом! Нечто чужеродное управляет мною и моими поступками и я хочу знать, что это. Я могу привести тебя к Небесному Дракону! Дальше все становится непредсказуемым. Но это единственный шанс...

- Развяжи мне руки, - хмуро попросил Стервятник. Он не верил ни единому слову грязного интригана, потому что сам был таким же. Однако тот предлагал свободу и корабль... Люгер был не из тех, кто отказывается принимать подарки судьбы. В конце концов, у него оставалась возможность в любое время избавиться от аббата и Слот не видел большого вреда даже в таком малоприятном спутнике, как Кравиус.

- Только не делай глупостей, - ухмыльнулся тот, развязывая его. - И может быть, судьба пощадит нас...

Стервятник с мучительным удовольствием ощутил, что его руки снова обрели подвижность. Он долго растирал их, сжимал и разжимал пальцы, не спуская глаз с кинжала в пухлой руке аббата.

- Ты кто угодно, только не глупец, - сказал Люгер после паузы. - На что ты рассчитываешь? Что помешает мне убить тебя?

Кравиус снова пустил в ход свою скользкую улыбку, которую Люгер уже успел возненавидеть.

- Ты никогда не сделаешь этого. Я знаю, потому что видел сон о нас... Без меня ты никогда не найдешь Небесного Дракона, даже если будешь искать сотню лет... Только я могу провести тебя по землям южных варваров.

- По-моему, ты можешь провести прямиком в Ад!

- Ты собираешься отдать Звезду оборотням?! - Кравиус почти кричал.

- Именно так я и собираюсь поступить.

- Заклинаю тебя, несчастный, не делай этого! Небесный Дракон может изменить все...

Люгер смотрел на аббата и впервые увидел в его глазах нечто, похожее на испуг, хотя все козыри были в его руках. Стервятник оставался всего лишь пленником, тем не менее, Кравиус почти навязывал ему свободу и свое общество. Это было, по меньшей мере, странно, но Слот был не из тех, кто пренебрегает выигрышной ситуацией. Поэтому он улыбнулся Кравиусу, как улыбаются союзнику, от которого в любую секунду ожидают удара в спину.

- Ну, раз уж ты все видел, то о чем мы спорим? - сказал он с иронией. - По-моему, нам нужно избавиться от этих двоих... И освободи моих Ястребов.

Под двумя мертвецами, лежавшими на полу кареты, образовалась внушительная лужа крови. Кравиус открыл окошко и что-то крикнул кучеру. Карета остановилась и Люгер вышел из нее, стараясь не прикасаться к трупам.

Сладостное ощущение освобождения слилось с дыханием свежего ветра, дувшего с океана. В это мгновение он принял жизнь, как подарок Богов, чересчур снисходительных к его вопиющим безрассудствам. До сих пор ему слишком уж везло...

К исходу ночи погода быстро портилась. Исчезли звезды и тучи заволокли небо. Опасная дорога протянулась вдоль обрывистого берега и в нескольких шагах от экипажа уже опадала серая пена. Тюремная карета, следовавшая за каретой аббата, остановилась рядом. Слот увидел, как освобождают его Ястребов. Те оставались совершенно безучастными и после этой неожиданной перемены. Казалось, ничто не может поколебать холодного безразличия этих загадочных созданий к собственной судьбе.

Люди Кравиуса вытащили трупы из кареты и сбросили их в океан. Темнота и волны бесследно поглотили тела. Никто не произнес ни слова. Слуги выполнили свою работу и аббат отправил их в неизвестном Люгеру направлении. До гавани Блиндар оставалось полчаса езды.

Когда Стервятник снова занял место в экипаже, там вполне ощутимо пахло кровью.

Кравиус не обманывал его. Небольшая и хорошо защищенная от бури гавань в глубине залива действительно приютила двухмачтовый корабль. Несмотря на поздний час, команда из десятка человек была готова к отплытию. Селение Блиндар, лежавшее неподалеку, было погружено во тьму.

Для Люгера осталось тайной, кому принадлежали гавань и корабль. Во всяком случае, было очевидно, что команда предана аббату безраздельно. Неизвестно, чем удерживал Кравиус в повиновении этих мрачных и нелюбопытных людей - большими деньгами, шантажом или страхом перед адским пламенем. Никто из них не заинтересовался Люгером, Ястребами или хотя бы целью таинственного плавания.

Корабль отчалил тотчас же после того, как аббат и его спутники поднялись на борт. На выходе из залива паруса поймали усиливающийся ветер и тот тоскливо запел в натянувшихся снастях. Деревянный корабль скрипел и стонал, как старик, которого против его воли гнали в дальний опасный путь, в то время, как он мечтал лишь о покое.

Огромный черно-рыжий кабан, неизвестно как очутившийся на безлесном каменном берегу, вдали от своих собратьев, стоял неподвижно, обратив к океану клыкастую морду, словно хотел рассмотреть что-то в серой пелене, стелившейся над волнами. Его бока тяжело вздымались после долгого бега, оказавшегося бесцельным. Ледяные соленые брызги летели в него, но зверь не замечал их. В нем ощущалась тупая уродливая сила. Маленькие желтые глазки были мутными, как луна, отраженная в грязной луже. Длинный свежий шрам, начинавшийся от ключицы, пересекал его горло. Эту рану, нанесенную мечом, не могла скрыть даже густая жесткая щетина.