Вадим Кирпичев - Искатель. 2009. Выпуск №08

«Леспромхоз «Советский» Сафарова принимать не спешил. Сначала ему сказали немного, минут пять, подождать, но когда узнали, какую фирму он представляет, обстоятельства резко изменились: директор сейчас уезжает, и теперь принять его смогут только на неделе, и то, точно не известно.

Секретарша сообщила, что шефу нужно срочно ехать на лесозаготовки. Сафаров постарался объяснить, что это исключительно в интересах леспромхоза, попросил, чтобы его приняли всего на одну минуту. Наконец директор леспромхоза, Виктор Афанасьевич Стерлядин, согласился выслушать. Взяли верх осторожность и природное любопытство.

Рафаэль не стал тянуть кота за хвост:

— Виктор Афанасьевич, я понимаю все проблемы, стоящие перед вами. Может быть, даже в чем-то гораздо лучше вас. Вы уж поверьте мне. Понимаю ваши страхи. Но имейте в виду, что эта проблема не так страшна и не так реальна, как те проблемы, которые появятся, если вы откажетесь с нами сотрудничать. Мы являемся представителями бизнеса, который поддерживает власть. Реальная власть, которая приходит на смену вашим бандитам. Уверяю вас, мы сможем вас от них защитить.

— Ну, знаете! Я за свой век столько болтовни наслушался!

— Это не болтовня. Я повторяю. Цели у нас самые решительные, и мы их достигнем, хотя бы и не всегда методами, которые всем нравятся. Это я докажу вам прямо сейчас.

Стерлядин даже слегка приоткрыл рот от изумления:

— Каким же это образом?

— Мы проведем сейчас демонстрационную акцию, которая — цветочки по сравнению с нашими возможностями… Кстати, предупреждаю вас заранее, чтобы ко мне лично никакие силовые меры со стороны правоохранительных органов не применялись. Перед законом я чист… Вот, например, у меня есть пистолет, — Сафаров извлек из внутреннего кармана «Макарова», повертел его на указательном пальце перед носом Стерлядина, вынул магазин, проверил наличие патронов, защекнул на место, пистолет сунул опять в карман. Точнее, в нательную кобуру.

Достал из кармана какие-то документы:

— А вот разрешение на ношение и применение оружие… Так, применять на поражение в случае явной попытки забрать охраняемый объект. Вот, а охраняемый объект — тут как тут! Здесь он вписан, видите? А вот он реально существующий!

Сафаров самодовольно продемонстрировал цепочку, которая висела у него на шее. Хорошая цепочка, золотая, а в крестике — брюлики. Дорогая. Еще бы не получить разрешение на охрану такой. Это Дима Перевозкин посоветовал предпринять такой юридический ход, чтобы при ношении оружия вписаться в существующие законы. А уж психологический прием «бряцания оружием» широко известен и используется всеми, кому не лень, даже государством. Почему хорошее не перенять?

— Здесь все по закону. Работали юристы. Но это так, лирическое отступление. Вернемся к нашим баранам. Я имею в виду не вас, а демонстрационную акцию. К сожалению, меня берут сильные сомнения, что вы понимаете обычные слова. Даже если и понимаете, надо заставить вас поверить в них. А перевербовать вас — это целое искусство, на которое нужно потратить слишком много времени. Его сейчас ни у нас, ни у вас нет. Будем действовать только с позиции силы, надеюсь, вас это убедит. Если да, вернемся к переговорам. Нет — найдем другие способы. Извините, мы из тех, для кого цель оправдывает средства… Подойдите, пожалуйста, к окну, — Сафаров помог завороженно слушающему Стерлядину подняться из кресла, как с больничной койки, под ручку подвел к окну, открыл его. — Видите, ваш джип стоит? Классная тачка! Жалко уничтожать, но надо. В ваших же интересах… Люди такие недоверчивые! Как вы предпочитаете, чтобы она взорвалась? Прямо сейчас или когда вы к ней подходить будете? Думаю, лучше, если прямо сейчас. Не так эффектно, зато для вас безопаснее.

Рафаэль поднял руку и махнул. Раздался оглушительный взрыв. По всей стороне в здании повылетали стекла, кроме директорского кабинета, где Сафаров предварительно открыл окно. Джип сильно подпрыгнул и слегка деформировался. Не перевернулся. «Вот чудак, заряда пожалел, граммов двести заложил, не больше. Для красивого взрыва нужно минимум триста, чтобы тачка перевернулась», — досадливо подумал Сафаров о Димке.

Директор леспромхоза, несмотря на отсутствие и признаков жары, покрылся крупной испариной.

Сафаров спокойно и назидательно, как будто только что выпил чашечку кофе, продолжал монолог:

— Вы поймите, Виктор Афанасьевич, если будем действовать чисто законными методами, мы с вами просто потерпим крах. Кто от этого выиграет? Вы? Не думаю. Россия? Многострадальная, она и сейчас ждет не дождется освобождения от всякой нечисти. — Сафаров даже чуть переигрывал, как-то уж чересчур патетически получается! — Кстати, надеюсь, у вас хватит здравого смысла не заявлять на меня?

— Оно и видно, что на смену бандитам приходит настоящая честная власть… Что же вы от меня хотите? — наконец обозначил способность не только к речи, но и к иронии Стерлядин.

— Немногого, — просто ответил Рафаэль. — Контракт с «Эвансом плюс» на поставку древесины и информацию о вашей крыше — контакты и прочее, чтобы мы сами могли с ними потолковать.

— А если я откажусь? — почти безвольно промямлил Стерлядин, хотя по виду сразу нельзя было сказать, что похож на слабака. Кажется, «психологическая атака» своей цели достигла. Судя по обескураженному виду директора, он сам и не рассчитывал уйти от вопроса, который таким нестандартным образом ребром поставил перед ним Сафаров.

— Это неблагоразумно. В Этом случае нам придется принимать другие экстраординарные решения. Следить за вами и ждать, пока вы выйдете на контакт, пусть и финансовый, с бандитами, повторяю, у нас нет времени. Наши методы, чтобы быть конкурентоспособными, как видите, не всегда согласуются с буквой закона. Будем действовать решительно.

— Хорошо. Я согласен. Условия контракта те самые, которые предлагала ваша… как ее, Семкина, кажется?

— Да, у вас хорошая память. А условия — абсолютно такие же.

— Давайте бумаги, если вы, конечно, уполномочены.

— Как видите, даже более чем. — Сафаров выложил два экземпляра контракта и доверенность.

Директор внимательно прочитал, хотя в свое время он его уже изучал, деловито подписал, заверил печатью. Оставил себе экземпляр, уже пропечатанный печатью «Эванса плюс». Контракт был выгодный, и Стерлядин, помнится, после отъезда Семкиной даже ночь не спал от волнения. Думал даже плюнуть на категорический запрет местных бандитов и подписать контракт, но не решился. А теперь выхода не было — нужно было просто плыть по течению. Что ни делается, то к лучшему!