Борис Долинго - Другое место (Понять вечность)

– Вляпались, похоже, – сделал он глубокомысленный вывод.

– Да, потроха, дерьмом нашпигованные, это я и без тебя понимаю! – вспылил капитан. – Что можно сделать, спрашиваю?

– Я тебе, что – великий визирь? – вопросом на вопрос ответил Д'Олинго и пожал плечами. – Не знаю! Я даже не представляю, что там, в столице произошло. А пока мы не понимаем до конца всего расклада: кто, как и с чьей помощью организовал этот переворот, строить какие-то далеко идущие планы бесполезно.

– «Далеко идущие планы!» – передразнил капитан. – Мать твою дери! Нас, похоже, шлёпнуть собираются! Какие такие «далеко идущие планы», в задницу? Мы, может, и до утра не доживём!

Д'Олонго снова пожал плечами.

– Так это зависит от того, что понимать под «далеко идущими». – Он совершенно искренне вздохнул. – Я полагаю, что если у нас есть впереди часов семь-восемь, уже хорошо. Для нас это теперь почти целая жизнь, так что вот тебе и далеко идущие планы…

– М-да, – Капитан дёрнул подбородком и скривился от боли. – Ну, так и что же?

– Вот я и говорю: надо посмотреть, пока есть время. Нам даже не выдвинули никаких обвинений. Надо понять, насколько серьёзно нас воспринимают как пленников, какая тут охрана и так далее. Без этого невозможно что-то спланировать.

– Тоже верно, – согласился капитан и, встав с нар, начал ходить по комнате взад-вперёд, заложив ладонь за борт мундира.

Одна из пуговиц, которая уже, видимо, плохо держалась после рукоприкладства, оторвалась и упала на пол. Колот Винов мгновение смотрел на пуговицу, потом пнул её ботинком и продолжал ходить по камере.

Лейтенант задумчиво посмотрел на ноги капитана, а потом медленно перевёл взгляд на свои кроссовки.

– А вот это подсказывает мне, что нас не воспринимают очень серьёзно, – медленно сказал он.

– Что – «это»? – нервно спросил капитан, останавливаясь перед окном прямо напротив лейтенанта.

– Обувь! – многозначительно произнёс д'Олонго. – Если бы нас воспринимали серьёзно, то забрали бы всё, что может нам пригодиться: ботинки, ремни, даже носовые платки. Платком можно руку обмотать, чтобы врезать по морде, например, и не так больно было.

– Кому не больно? – ехидно поинтересовался капитан, чувство юмора у которого не умирало даже в самые критические моменты.

– Ясно, кому, – усмехнулся д'Олонго. – Ну, так вот, значит, они тут или лохи, или просто считают, что лохи мы. И то и другое хорошо…

– Что такое – «лохи»? – спросил капитан.

– Дураки, значит. На Земле всех дураков так называли. Вот нам и надо будет далее косить под лохов в любой ситуации: авось, и поможет.

Капитан открыл, было, рот, спросить что-то ещё, но тут во дворе раздался грохот, по тональности похожий на то, как если бы несколько маленьких громов слились в один. Капитан на мгновение замер, но тут же сориентировался.

– Ну-ка! – Он кивнул д'Олонго, показывая на окно и делая движение корпусом, как если бы хотел подпрыгнуть.

Лейтенант мгновенно сообразил, что от него требуется. Он сложил руки замком и, расставив ноги для упора, встал у окна. Капитан вскочил в сцепленные ладони приятеля как в стремя и, вытянув шею, выглянул в окно.

– Суки! – выпалил он, подтягиваясь на решётке и стараясь дальше выглянуть из окна. – Наших солдатиков положили…

– Расстреляли? – не поверил д'Олонго.

– Именно так, сволочи! Не думал, что их так вот… Они-то при чём?

Ещё несколько секунд он приглядывался.

– Слушай, а тут даже больше расстрелянных. Ещё какие-то тела лежат, явно в форме гарнизона форта. Не понимаю…

– А девки? – быстро спросил лейтенант.

– Что – «девки»? – огрызнулся капитан. – Ты что, всегда только о девках думаешь?

– Да я не в этом смысле. Если наших девок не расстреляли, то это наводит на некоторые мысли.

– Например?

– Возможно, они работали на того, кто устроил этот переворот, и именно они и сообщили о том, куда мы направляемся.

Капитан почесал затылок, одной рукой придерживаясь за решётку окна.

– Да, возможно, ты и прав, это очень даже может быть. Ведь никто не знал, что мы направляемся именно на Тухо-Бормо. Никто вообще не знал, куда мы направляемся. Приказ же поступил изменить направление следования на Ка-Клоа, а Ка-Клоа не так уж далеко от Тухо-Бормо. Ты понимаешь? Именно здесь был гарнизон, и именно сюда нас отправили.

– Ладно, слезай, а то руки устали тебя держать, – попросил Д'Олинго и, когда капитан пружинисто спрыгнул на пол камеры, спросил: – Ты уверен, что расстреляли всех солдат, которые были с нами на уапике?

– Да, вроде, все там, – кивнул капитан.

– Значит, рассчитывать нам не на кого, только на самих себя, – заключил лейтенант.

Колот Винов вопросительно посмотрел на него:

– Что, у тебя уже есть какой-то план?

– Да никакого специального, – махнул рукой д'Олонго. – Так, импровизация и наглость. Была такая поговорочка: «Наглость – второе счастье». Главное сейчас – понять, что с нами собираются делать. Если нас не расстреляли сразу, то шансы у нас есть. Я бы, честно говоря, сразу бы в расход вывел, недооценивают они нас, да…

Капитан несколько нервно хохотнул и потрогал ушибленную скулу:

– Ну, я тоже не жеманная барышня, но наглость в данном случае разве поможет?

– Ну, не только наглость, конечно, – в тон ему ответил лейтенант. – Хитрость ещё необходима, а она у тебя вроде как есть, если уже на двадцать шестой уровень вышел… семнадцатый уровень вышел… – Он осёкся и как-то странно посмотрел на капитана; тот тоже уставился на д'Олонго.

– Не понял, – спросил Колот Винов, – при чём тут какой-то уровень?

Д'Олинго несколько рассеяно поморгал:

– Да оговорился я: хотел сказать, что ты, да и я тоже уже достаточно бывали в переделках. Сам не понимаю, что это у меня про какой-то уровень вырвалось.

– Ладно, с кем не бывает, – согласился капитан. – Но, всё-таки, у тебя есть какие-то задумки, как нам действовать?

– Дождёмся, пока хоть кто-то к нам явится. – Лейтенант подошёл к двери и пнул её. – Мы же уже несколько часов сидим в полном неведении.

– Мне показалось, что солдат в форте не так уж много, – сказал капитан.

– Мне тоже, – кивнул лейтенант. – И это говорит о том, что нас, возможно, недооценивают.

– Скорее всего, Быкошвилли успел поставить здесь исключительно своих людей, – предположил капитан. – Быстро сработано, даже слишком, но этого исключать нельзя. Иначе как объяснить, что тут так мало солдат?

– Ну, если всё именно так, то всё равно, нам это на руку, – согласился д'Олонго.

– Только непонятно, на какую!

– Да на обе! – хохотнул лейтенант.

В этот момент за дверью раздалось цоканье форменных ботинок по каменным плитам коридора. Дверь распахнулась, и в камеру ввалился давешний мордатый сержант в сопровождении ещё трёх солдат с довольно противными физиономиями.