Айзек Азимов - Приход ночи

– А ведь одно время она была к тебе неравнодушна, – сказал Биней. – Я даже думал, что вы с ней…

– Нет, – усмехнулся Теремон. – Не совсем. А теперь уж и подавно ничего не выйдет. Но мы были хорошими друзьями. Очаровательная женщина, просто очаровательная. Как насчет ее доисторических циклов? Есть в этой теории смысл или нет?

– Если послушать ее коллег по факультету, то никакого, – сказал Ширин. – Они полны презрения. Их устраивает освященная законом формулировка, согласно которой Беклимот считается первым городом на Калгаше и за две тысячи лет до него никакой цивилизации еще не существовало – только дикари бегали по лесам.

– Но как они объясняют серию катастроф на холме Томбо?

– Ученые, которые считают, что правы они, объяснят вам что угодно – любое, что даже противоречит их верованиям, – сказал Ширин. – Поскребите маститого ученого мужа, и обнаружите внизу нечто вроде Апостола. Они только одеваются по-разному. – Он взял у Теремона бутылку и отпил из нее. – Пропади они совсем. Даже такому профану, как я, понятно, что открытия Сиферры на Томбо переворачивают все наши представления о доисторическом мире. Вопрос не в том, действительно ли там на протяжении тысячелетий периодически случались пожары, а в том, почему они случались.

– В ответах, более или менее фантастических, недостатка нет, – заметил Теремон. – Некто из университета Китро доказывает, что в конце каждого цикла там выпадал огненный дождь. А нам в редакцию написал один астроном-любитель, который утверждает, что Калгаш время от времени проходит через одно из солнц. Думаю, что существуют версии и почище этих.

– Но смысл имеет только одна, – спокойно сказал Биней. – Вспомните принцип меча Тарголы. Не следует принимать во внимание гипотезу, которая требует дополнительных объяснений, чтобы стать правдивой. Причина выпадения огненных дождей нам непонятна, а уж проход сквозь солнце – полная чепуха. Теория же затмения подтверждается математическими расчетами орбиты Калгаша и теорией всемирного тяготения.

– Да, теория затмения вполне правдоподобна. Скоро мы ее проверим, ведь так? Но примени меч Тарголы и к ней. Разве в теории затмения есть что-нибудь, объясняющее возникновение массовых пожаров?

– Нет, – сказал Ширин. – В теории затмения об этом ничего не сказано, но пожары можно объяснить с помощью простого здравого смысла. Затмение вызовет Тьму, Тьма принесет безумие – а безумие вызовет Пламя. И еще два тысячелетия упорной борьбы пойдут насмарку. Назавтра на Калгаше не останется ни одного целого города.

– Вы говорите, точно Апостол, – рассердился Теремон. – То же самое я слышал от Фолимуна 66-го много месяцев тому назад. По-моему, даже рассказывал вам об этом в «Клубе Шести солнц». – Он выглянул в окно, где под лесистой Обсерваторной Горой далеко на горизонте кроваво светились шпили Саро. Журналист чувствовал себя все более неуверенно при каждом взгляде на Довим, зловещим карликом сиявший в зените. – Я не могу согласиться с вашей логикой, – упрямо продолжил он. – Почему я должен непременно спятить только оттого, что на небе нет солнца? И даже если я свихнусь – я не забыл про тех бедолаг из Таинственного Туннеля – даже если свихнусь, какой от этого вред городу? Что мы, взорвем его, что ли?

– Сначала я говорил то же самое, – ответил Биней. – Пока не поразмыслил как следует. Если ты очутишься во Тьме, чего тебе захочется больше всего – чего будет требовать все твое существо?

– Света, надо полагать.

– Да! – воскликнул Ширин. – Именно света!

– Ну и что?

– А откуда ты его возьмешь?

– Включу, – показал Теремон на стену.

– Правильно, – насмешливо подхватил Ширин. – И боги в благости своей ниспошлют вам электричество. Поскольку от электростанции этого ждать не приходится. Все генераторы остановятся – ведь обслуживающий их персонал будет с воплями метаться в темноте, как и операторы линий электропередачи. Улавливаете?

Теремон молча кивнул.

– Откуда же возьмется свет, если генераторы остановятся? Есть, правда, лампадки – они на батарейках. Однако лампадки может и не быть под рукой. Вдруг вы окажетесь на улице, а ваша лампадка останется дома, рядом с кроватью. Вам понадобится свет. Тогда вы подожжете что-нибудь, верно, господин Теремон? Вы видели, как горит дерево? Выезжали на природу, стряпали на костре? Горящие дрова дают не только тепло, но и свет, о чем всем отлично известно. Когда станет темно, все захотят света – и получат его.

– Ну, и зажгут костры, – не слишком убежденно сказал Теремон.

– Зажгут все, что подвернется под руку. Людям будет нужен свет. А если дров на городских улицах не найдется? Подожгут то, что есть. Пачки газет? А что? «Хроника Саро» будет неплохо светить какое-то время. Киоски, где газеты сложены на продажу? Их тоже поджечь! И тряпки. И книги. И кровельную дранку. Все, что попало. Люди получат свой свет – но все города и села запылают. Вот вам и пожар, господин газетчик. Вот вам и конец привычного мира.

– Это в том случае, если затмение состоится, – не сдавался Теремон.

– Да, если оно состоится. Я не астроном. И не Апостол. Но я ставлю на затмение. – Ширин посмотрел в глаза Теремону, и оба долго не отводили взгляда, словно сейчас главное заключалось в том, чья воля сильнее. Потом Теремон молча сдался. Дыхание его стало хриплым и прерывистым, и он стиснул руками лоб.

Из соседней комнаты донесся гул голосов.

– Я, кажется, слышу голос Йимота, – сказал Биней. – Выходит, они с Фаро наконец-то пожаловали, пойдемте послушаем, что их задержало.

– Пошли! – буркнул Теремон. Он сделал глубокий вдох и преодолел свою тревогу – на время.

Глава 24

В главном зале стоял гвалт. Все толпились вокруг Йимота и Фаро, которые, снимая верхнюю одежду, еле успевали отбиваться от вопросов. Атор растолкал толпу и сердито спросил новоприбывших:

– Вы знаете, что контрольное время почти уже наступило? Где вы пропадали?

Фаро 24-й сел и потер руки. Круглые его щеки зарумянились от холода, он как-то странно ухмылялся и был преувеличенно спокоен, будто под действием наркотика.

– Никогда его таким не видел, – шепнул Биней Ширину. – Он всегда такой услужливый – скромный молодой астроном, исполненный почтения к окружающим его величинам. Даже и ко мне. А теперь…

– Ш-ш. Слушай.

– Мы с Йимотом только что закончили один сумасшедший эксперимент, – говорил Фаро. – Мы попытались создать имитацию Тьмы и Звезд и посмотреть, как это будет выглядеть.

Все вокруг загудели.

– Звезды? – сказал Теремон. – Вы знаете, что такое Звезды? Но откуда?

– Из Книги Откровений, – снова осклабился Фаро. – Там ясно сказано, что Звезды – это нечто столь же яркое, как солнца, только меньше размером, и что они появятся на небе, когда Калгаш войдет в Пещеру Тьмы.