Виталий Забирко - Пришествие цивилизации (сборник)

— Что ты хотел?

Энтони посмотрел на одного, на другого и покачал головой.

— Именно ссоры нам сейчас и не хватало, — вздохнул он. И, уже обращаясь непосредственно кЛьошу, сказал: — Смержи в лагерь новеньких привезли. Микчу видел.

Микчу снова пододвинулся к ним.

— Ага, — горячо выдохнул он. — Зеленавы таки, главы треуглавы…

— Я их тоже видел, — кивнул Льош. — Теперь, если верить пинам, нам предоставляется целый день отдыха. Ты меня для этого звал?

— Ну? — оживился Кирилл. — Так нас сегодня в Головомойку не повезут?

— По идее… — выдохнул Энтони и принялся нервно растирать руки, словно они у него замерзли.

— Так ты все знаешь? — спросил он Льоша. Льош кивнул головой.

— Ну и?..

Льош хмыкнул и пожал плечами.

— Вот именно, что сейчас все дело в «ну и…».

Он приподнялся и, повернувшись к пинам, позвал:

— Василек!

… Крайний из пинов повернул голову.

— Иди сюда, Василек.

Пин привскочил на лапках и быстро засеменил к ним, переваливаясь с боку на бок, совсем как настоящий антарктический пингвин, только рыжий и непомерно волосатый.

— Здравствуйте, — вежливо поздоровался пин патефонным голоском и плюхнулся на землю рядом с ними. Словно ноги его не держали.

— Послушай, Василек, — начал Льош, — ты мне говорил, что когда в лагерь прибыла первая партия людей, то пинов не возили в Головомойку. Так?

Длинные губы пина, свернутые в трубочку, казалось, вытянулись еще больше.

— Да.

— И что вы делали весь день?

— Мы? — Василек растерянно зашевелил ушами. — Ну… дили… подсматривали, что смержи делают с людьми…

— То есть были предоставлены сами себе?

— Как это?

— Вас не заставляли ничего делать?

Пин отрицательно замотал головой.

— Хорошо… Это хорошо. Спасибо, Василек, — кивнул Льош.

— Хорошо? Да это просто здорово, черт побери! — заорал Портиш и захлопал себя по ляжкам. Он дернул себя за бороду, привычно охнул и, вскочив на ноги, принялся отплясывать среди груды лежащих и сидящих тел какую-то немыслимую джигу.

— Нас сегодня не повезут в Головомойку! — орал он. Из-под ног у него вспугнутым зайцем выскочил Пыхчик и стремглав скрылся между бараками. Все встревоженно зашумели, испуганно подтягивали ноги, вскакивали — боясь, что Портиш отплясывает «пляску святого Витта».

Льош спокойно проводил его взглядом, затем спросил:

— Кто-нибудь умеет водить драйгер?

Кирилл оторвался от зрелища — Портиш произвел почти полное опустошение между бараками — и хмыкнул.

— Смержи умеют, — бросил он.

— А из нас?

— Что, опять какая-то авантюра? Ну, я. Водить, правда, не водил, права здесь не выдают, — Кирилл не удержался, чтобы не съязвить, — но месяца три присматривался, как это делается.

Он хотел добавить: «Когда был таким же деятельным, как ты» — но потом решил, что не стоит.

— Значит, ты сможешь завести драйгер и управлять им? — все тем же спокойным голосом спросил Льош.

— Все-таки авантюра… — устало выдохнул Кирилл и, откинувшись назад, снова прислонился спиной к бараку.

— Возможно, — согласился Льош. — Но любой представившийся шанс я упускать не собираюсь.

— Давай, давай…

— Что ты предлагаешь? — хриплым голосом спросил Энтони и прокашлялся. — Если это действительно шанс, то я за Кирилла ручаюсь. Он сделает все, что нужно. Сдохнет, но сделает.

Льош посмотрел на Энтони, на Кирилла.

— Что, убеждаешься, на самом ли деле сдохну? — съязвил Кирилл.

Льош покачал головой.

— С тобой не соскучишься, — усмехнулся он. — Но, может быть, это и к лучшему…

Он подтянул под себя ноги и сел по-турецки.

— Здесь, за бараком, — сказал он, — возле усатой ограды стоит драйгер. На платформе лежит партия василисков — утром привезли, очевидно, подзаряжали в Головомойке. Смержи еще не успели разобрать…

— Так прямо подходи и бери, — снова съязвил Кирилл.

— Помолчи! — оборвал его Энтони. — Пусть говорит.

— Все смержи сейчас, — продолжал Льош, — в другом конце лагеря возятся с новенькими…

— Ага! — радостно подтвердил Микчу. — Кругом стали, а зеленавы посеред, и все усами бегайут, лапами сучают!

— …А у драйгера остался только один смерж.

— Только один? — переспросил Кирилл.

— Да, один.

— В таком случае жедаю удачи. Хотя, впрочем, я тоже с тобой пойду. Постою в сторонке, посмотрю да посмеюсь в свое удовольствие. Давно я в лагере хорошо не смеялся!

Энтони вздохнул.

— Ты не обижайся, Льош, — сказал он, — но тут Кирилл прав. Не выйдет у тебя ничего. У смержей психоэкран. Метра на три ты еще подойдешь к нему, а дальше будешь топтаться на месте, как несмелый кавалер вокруг барышни…

Льош усмехнулся.

— Если только это все ваши возражения, то беспокоиться особо нечего. Я подойду. Дело в другом. Во времени. Слишком мало его, чтобы Голос не определил нас болевым ударом. И вот здесь уже все будет зависеть только от тебя, Кирилл, от твоих возможностей и сноровки. Три-четыре секунды мне потребуется на смержа; секунд пять — пока ты добежишь до драйгера; еще секунд пять-восемь — завести его и секунд пять — развернуть и направить на ограду. Итого: минимально-я подчеркиваю: минимально! — секунд двадцать. Думаю, что этого будет достаточно и нас не успеют опередить. Но на всякий случай всем остальным, чтобы меньше рисковать, придется прыгать в драйгер на ходу.

Кирилл отлепился от стенки барака.

— Не знаю, насколько все это продумано, — проговорил он, — но посчитано хорошо. Можно даже сказать, со знанием дела…

Он стер с лица язвительную усмешку.

— А теперь давай поговорим серьезно. На твои подсчеты и секунды мне, собственно говоря, наплевать. Я сделаю все, что смогу и на что способен, но меня интересует один вопрос: как ты справишься со смержем?

Льош широко улыбнулся.

— Пусть это пока останется моей маленькой профессиональной тайной.

Кирилл скривился, как от зубной боли.

— С авантюристами, пройдохами и проходимцами дел не имел и иметь не желаю! — отрезал он.

— Прекрати! — заорал вдруг Энтони. — Не будет он, видите ли! Будешь! Все будешь делать, что прикажут! Тоже мне, чистоплюй нашелся! Как баран на бойне, только когда на мясо тянут — сопротивляешься, а сделать что-нибудь до этого — мозги не варят! Пойми, это наш первый и, может, единственный шанс. Во всяком случае, для меня — уж в этом я уверен точно.

— Ладно, — сказал Льош. — Хватит.

Он встал и отряхнул брюки

— Пока мы тут болтаем, время идет.