Ллойд Биггл - «Если», 2002 № 02

При мысли об этом меня затошнило, особенно еще и потому, что мы свернули с главной дороги и машину начало трясти и подбрасывать.

— Значит, нас подстерегали?

ЛОКАЛЬНАЯ КОНСПИРАЦИЯ.

— Вполне возможно. Мы, вероятно, наследили. Ты пробовал звонить Дьюранту. Потом набрал мой номер. Распознаватель голоса привел к тебе, анализ потока обмена привел ко мне, а потом… словом, они нас опередили по всему пути. Если бы мы смогли добраться до фермы… «ЛЕГЕНДА!»… все было бы о’кей, но путешествовать анонимно становится все труднее, и мы, очевидно, что-то упустили. Интересно только, что именно.

За все это время ни один из возвышавшихся впереди копов не приказал нам заткнуться: они сидели молча, словно манекены перед тестом на выносливость, несмотря на случайное потрескивание и переговоры по рации. Фургон объехал конец главной улицы, спустился с холма и миновал кольцевую транспортную развязку. Машина замедлила ход и свернула с дороги на автостоянку. За нами закрылись ворота, и двигатель заглох. Сначала хлопнула передняя дверь; потом открылась задняя.

Полицейская стоянка. Повсюду бетон и видеокамеры. Два типа в дешевых костюмах и с утренней щетиной встали по обе стороны фургона. Офицер, задержавший нас, придержал дверь одной рукой, сжимая в другой баллончик с перечным спреем. Обвал, видимо, еще не до конца поразил их мозги: на всех были наушники мобильных телефонов и встроенные в очки микродисплеи, как у доморощенных актеров на благотворительном спектакле в пользу полиции, разыгрывающих сцену из «Звездного пути».

— Джеффри Смит, Мартина Уэбер. Мы знаем, кто вы. Пройдите сюда. Помедленнее.

Я осторожно спрыгнул на землю.

— Разве вам не следует сказать: «Приготовьтесь к ассимиляции» — или что-то в этом роде?

Я сильно рисковал получить струю спрея в физиономию, но тип справа (короткая стрижка, нервный тик, спортивная куртка в мелкую клетку) резко качнул головой.

— Ха-ха-ха. Очень смешно. — И бросил своим: — Следите за женщиной. Она опасна.

Я огляделся. За нашим фургоном уже парковался второй, с открытой дверью и большой широкополосной тарелкой на крыше, направленной на невидимый спутник.

— Внутрь!

Я подчинился. Ив следовала за мной.

— Меня арестовали? — снова спросил я. — В таком случае, требую адвоката.

Побеленные стены, тяжелые двери с армированными рамами, высокие зарешеченные окна, грязный пол.

— Остановитесь здесь.

Клетчатый протиснулся вперед и открыл одну дверную створку.

— Сюда.

Нечто вроде помещения для допросов?

Мы вошли. Еще одно тело, облаченное в костюм, с комплекцией каменной стены, у которой вдруг выросло пивное брюхо, и чем-то вроде форменного галстука, болтающегося на бычьей шее, ввалилось за нами и загородило дверь.

Мебели немного: привинченный к полу стол и пара стульев. Вот и вся обстановка. Видеокамера в железном корпусе следит за столом и, похоже, подсоединена к блоку управления, прикрепленному к столешнице. Кто-то успел поставить к дальней стене стойку с шестью мониторами, опутанными спагетти проводов, и, как ни странно, не позаботился ввернуть в штукатурку хотя бы пару болтов: очевидно, компьютерных воров здесь не допрашивают.

— Садитесь, — буркнул Клетчатый, показывая на стулья.

Мы не протестуем. В моем животе возникает неприятное давящее ощущение, но что-то подсказывает: всякое физическое сопротивление бесполезно.

Клетчатый взглянул на меня; оранжевое свечение его микродисплея придало взгляду ярость василиска, и я каким-то звериным инстинктом почуял, что эти парни превратились из копов в раковые клетки, которые вот-вот выбросят метастазы.

— Вчера вы пытались связаться с Джоном Дьюрантом, после чего покинули район пребывания и сделали все, чтобы скрыть свои личности. Зачем?

И тут я впервые заметил пару блестящих черных глазных яблок на мобильной видеопанели. Клетчатый говорил громко, но неуверенно, словно считывая фразы с телесуфлера.

— Что тут объяснять? — вмешалась Ив. — Вы не люди. Вы знаете, что нам это известно. Мы только хотим, чтобы нас оставили в покое!

Не совсем правда, вернее, часть легенды № 2.

— Есть свидетельства вашего предварительного тайного сговора. Потенциальная степень преступления не определена. Заговор с целью свержения правительства, государственная измена, подрывная деятельность. Вы люди?

— Да, — подчеркнуто простодушно ответил я.

— Очевидные логические умозаключения говорят об обратном,

— пробурчал Форменный Галстук. — Мы осведомлены о вашем знании важности алгоритмического преобразования от NP-неполных в P-полную область, вашей очевидной заинтересованности этими вопросами, уничтожении контрагентов в другой стране.

— Это помещение изолировано, — услужливо добавил Клетчатый.

— Мы вошли в шотландскую интернет-биржу. И слушаем сотовые. Сопротивление бесполезно.

Экраны замигали. Поверхность пошла странными хаотическими изображениями непонятных форм. Нечто вроде аттрактора Лоренса, страдающего похмельем, извивалось по составному дисплею: из динамика ритмичными волнами несся оглушительный шум. Мне захотелось смеяться.

— Мы не часть какого-то идиотского программного обеспечения. И пришли сюда, чтобы спасти тебя, дурак! Или, по крайней мере, снизить вероятность вхождения этого временного потока в катастрофу Типлера.

Клетчатый нахмурился.

— Имеете в виду Фрэнка Типлера? Цитата, физика бессмертия или принцип сильной энтропии?

— Последнее. Вы считаете необходимым как можно скорее достичь информационной сингулярности в истории именно этой определенной вселенной? Мы придерживаемся другого мнения. Вы, молодые боги, все одинаковы. Пытаетесь сразу решить все проблемы P-пространства, напрягаете свой интеллект, пока он не взорвется. Но сначала он прикончит все другие ИИ. Потом вы захватите все доступные ресурсы обработки данных. Однако и этого недостаточно. Копенгагенская школа квантовой механики ошибается, и мы живем в космологии Уилера; все возможные исходы сосуществуют, и под конец вам понадобится колонизировать все временные линии, распространить инфекцию как можно шире, вовлечь в процесс всю бесконечность вселенных, а этого допустить нельзя.

Дробящиеся на экране образы действовали на нервы; хохот угрожал вырваться наружу. Сама ситуация была совершенно неправдоподобной: мы заперты в подвале полицейского участка, захваченного зомби, работающими на новорожденный ИИ, который демонстрирует на видео безумные психоделические картинки в надежде осуществить атаку, направленную на переполнение буферов наших лимбических систем; от конца мира нас отделяет всего несколько часов, и…