Алексей Ефимов - На землях рассвета

На сей раз Найко мог точно назвать расстояние до эпицентра — тысяча миль или около того — а когда представил себе мощность взрыва, ему стало плохо. Там, возле Рохаса, находились базы сверхтяжелых ракет — главный оплот ПКО Империи — и понимание, ЧТО случилось, пронзило его, как мечом. Мроо сокрушили их надежды на победу — и это лишило юношу последних сил. Он полумертвым повалился на пол — и его поглотило кромешное, без единой надежды, отчаяние.

Часом позже Найко замер у большого окна своей комнаты, глядя на пустынный внутренний двор. Солнце стояло еще низко и мир вокруг казался сумрачным. На южном горизонте, над Рохасом, висела бесформенная серая мгла. Никаких следов взрыва видно не было и юноше это казалось странным: он оставил воронку в тридцать километров диаметром — если брать вместе с валом — и уничтожил все живое в радиусе трехсот километров. Только убитых было более сорока миллионов — двадцатая часть всего населения Империи. Таких потерь она не несла даже во Второй Континентальной, но сейчас Найко это уже не трогало. Конец света наступил: он чувствовал себя умершим и смотрел теперь на мир с болезненным любопытством, словно ему довелось заглянуть в загробную жизнь — или, точнее говоря, в ад. Больше всего его терзало неведение: взрыв прикончил в Гитограде все, что имело отношение к электричеству. В Малау ядерные генераторы работали, но ни радио, ни телевидение так и не ожили. Охэйо сообщил, что Джана окажет им помощь в борьбе с вторжением Мроо, но юноша считал, что все уже кончено: он не мог этого обосновать, но это было очевидно.

Теперь — не без помощи Охэйо — он знал о том, как все произошло. Шестнадцать матоидов Мроо атаковали внезапно и с минимального расстояния — но у Империи нашлось, чем их встретить. Основу ее ПКО составляли 60 сверхтяжелых ракет найларского производства — настоящих монстров размером с эсминец и весом в семь тысяч тонн. Они обладали собственной силовой защитой, магнитными экранами в миллионы гаусс и несли на борту по нескольку десятков противо-противоракет. Их пучковые двигатели использовали распад сверхтяжелых ядер — аномалонов, и разгоняли их до скорости в шестьсот километров в секунду, хотя половина их тераваттной мощности уходила на создание оборонительных щитов. Эти же двигатели служили и боевым зарядом — замкнув накоротко силовые контуры магнетронов, они сжигали аномалоновое ядро в одной наносекундной вспышке, превращаясь на миг в миниатюрный пульсар, раскинувший вокруг себя сеть не поддающегося экранированию магнитного поля мощностью в десять миллиардов гаусс. Любая материя, попадая в него, текла вокруг силовых линий, словно газ — и неуязвимых Мроо буквально разносило в клочья. Даже не доходя до цели, такие ракеты убивали — резервный боевой режим превращал двигатель в одноразовое орудие, посылавшее пучок ускоренных теравольтажем протонов с убийственной точностью и мощью, способной, при залпе с орбиты, расплавить 12 тысяч квадратных километров планетарной поверхности. Четырнадцати таких ракет хватило, чтобы сокрушить боевой рой Мроо — вот только один из издыхающих матоидов обрушился прямо на их базу, и остальные ракеты превратились в пыль. Можно было сколько угодно вопить о том, что их следовало рассредоточить — но это обошлось бы непозволительно дорого.

У Империи было еще 286 «легких» — 800-тонных — ракет ПКО с устаревшими ядерно-термическими двигателями и энергопоглощающими магнетронными зарядами — они творили жестокие чудеса с вещами, подозрительно похожими на поля отрицательной энергии, но не обладали защитой, так что пользы от них в случае нового вторжения не ожидалось — как и от 41 еще более старой такой ракеты, несущих такие же мощные — стомегатонные — но самые обычные термоядерные заряды.

Потом в бой вступили 480 трехсоттонных орбитальных оборонительных платформ — они отстрелили 9600 рентгеновских лазеров с ядерной накачкой. Те разом дали залп и вновь разбили боевые порядки Мроо — их общая масса уменьшилась, но число вновь сильно возрасло.

Затем настал черед дюжины орбитальных крейсеров Джаны — эти треугольные корабли массой по 180 тысяч тонн каждый несли по паре 1380-миллиметровых рельсовых орудий, стрелявших двадцатитонными снарядами. Их защитой было только маскировочное покрытие, но устроены они были хитро: подходя к цели, каждый снаряд отстреливал свою пятитонную головную часть со сверхмощным кумулятивным зарядом. Узкая, как игла, струя распыленного идемита прожигала броню и силовое поле, а потом в туше Мроо срабатывала холодная аномалоновая боеголовка, Она выбрасывала точно подобранный заряд медленных и быстрых нейтронов — и если попадала в один из многочисленных биоядерных реакторов матоида, он мгновенно шел вразнос. Каждый крейсер нес по 360 таких снарядов — и большая их часть попала в цель. Но каждый осколок взорванного Мроо был автономной боевой единицей — и тучи их повернули на крейсеры. Те были оснащены и оборонительным оружием — каждый нес по 25 гигаджоулевых лучевых орудий ПКО и 40 магазинных ПУ для 45-килограммовых самонаводящихся перехватчиков — они не имели боевого заряда и, разгоняясь до шести километров в секунду на химическом топливе, просто таранили цель. Все это оружие сработало так, как от него ожидали — но Мроо было просто слишком много, и крейсера не спасли ни тераджоулевой емкости силовые щиты, ни 75-сантиметровая композитная броня…

Наконец, наступил черед наземных защитных систем. У Джаны их роль играли сто сверхтяжелых лучевых орудий мощностью по 17 тераватт каждое, — они были установлены по четыре на огромных плавучих платформах и свою роль исполнили неплохо, прикрыв почти все океаны планеты. У Империи Джангра таких орудий не было — но зато было 4100 ЗРК «Маэт». Эти ракеты запускались с четырехосных колесных платформ и несли обычные боеголовки, так что толку от них, несмотря на бешеную пальбу, оказалось немного.

Теперь исход войны решался на земле. Вторгавшимся с запада Мроо Империя могла противопоставить две полностью укомплектованные армии — восемь корпусов по 36864 солдата в каждом. У них на вооружении было две тысячи 1680-тонных авиусов — из них пятая часть танкодесантных, — и 2160 70-тонных танков «Хин» с шестидюймовыми орудиями. Бои шли уже по всему фронту, в том числе и здесь — отсюда Найко не видел, что творилось за холмами на юге, но над ними еще с утра кружили авиусы и даже теперь, днем, различались зарницы разрывов. Битва с чудовищами Мроо шла уже всего километрах в пяти — но опасность была слишком страшной, чтобы поверить в нее.

Вдруг там, куда он смотрел, сверкнула бесшумная вспышка. Все залил неистовый, невыносимо яркий свет. Найко крепко зажмурился, но тепло захлестнуло его, словно горячая вода. Сквозь толщу силового поля и даже сквозь одежду он всей кожей ощутил давящую силу ядерного жара. Потом жар истаял, исчез. Пол вновь ударил Найко по ногам, здание подпрыгнуло и задрожало, но не сильно — взрыв, судя по всему, был воздушным.