Владимир Заяц - Тяжелые тени

Если вы заметили, в моем понимании - чистой теории не существует. Теория существует постольку, поскольку мы должны претворять ее основные положения в практику. Хорошая теория должна быть практична. Вот так теперь мы будем работать! С учетом теории, с учетом психологии так называемых масс. Теперь распределим обязанности...

Ах, да! Чуть не забыл! Хочу о Доме Эвтаназии сказать. Идея сращения мозга и компьютера спекулятивна. Утешитель, ясно?

Утешитель вскочил, всем своим видом выказывая готовность к действию.

- Сегодня же дам указание о закрытии! Предлагаю на месте приемных пунктов для отправки в Дом Эвтаназии расположить комитеты по выявлению генного духа среди населения!

Первый молча наблюдал за Утешителем. Тот чувствовал себя все менее уютно, хоть и не понимал, в чем его вина.

- Утешитель, - сказал Первый, позволив себе чуть-чуть улыбнуться. - Я ведь сказал, что надо работать с умом. Мне угождать не надо. Думать надо. Думать!

Утешитель сделал понимающее лицо, но в голове его была сплошная каша.

Все сидящие в кабинете рефлекторно отразили на своих лицах некое подобие улыбки Первого и так же, как и он, глядя на Утешителя, чуть-чуть покачивали головами.

Никто не осмеливался и рта раскрыть. Тишину прервал Первый:

- Утешитель! Исходи из того, что Дом Эвтаназии уже сейчас приносит ощутимую пользу. Разве не ясно? Часть крикунов пройдет через комиссии по выявлению генного духа. А так называемые интеллектуалы, в силу неуравновешенности психики и неудовлетворенности своих чрезмерно высоких притязаний, сами пойдут в Дом Эвтаназии. Только, Логоса ради, сделайте там сервис на самом высоком уровне. Пусть к Дому Эвтаназии их привлекает еще одна приманка: возможность умереть красиво. Пусть там будут одеты и музыка. Пусть они будут иметь возможность записать свои высокие предсмертные мысли и пожелания на магнитофон. Все равно мы их потом сотрем. Дорогие соратники, запомните: часть их имущества будет идти вам.

Утешитель не смог удержаться от улыбки. На этот раз без всякой наигранности. Нет, положительно новый Первый - голова. С таким человеком действительно можно работать! И работать неплохо! Не просто угождать, а делать Политику. И не просто залатывать все новые прорехи, а все планировать наперед. А ведь каким тихоней притворялся! И не столь он косноязычен, как показалось вначале. Голова! Клянусь Логосом, голова!

Почти та же мысль пришла в голову всем присутствующим. За долгое время это было первое совещание, на котором мнение всех его участников совпало.

Первый бесстрастным взглядом окинул довольные лица.

- Теперь я хочу проверить, как вы мыслите. Мой первый вопрос к новому Директору конторы внутренней безопасности.

Новый Директор - худощавый молодой человек - испуганно вскинул голову и нервно поправил очки.

- Итак, вопрос. Как еще сильнее привязать к нам первую группу?

Директор зарделся, словно красна девица.

- Я, кажется, знаю ответ. Имущество, получаемое ими при ликвидации носителей генного духа, - это пряник. Нужен еще кнут, который мы вручим их противникам. Необходимо принудить наших потенциальных сторонников участвовать в казнях. Создадим кровавую поруку, привяжем их к себе кровью жертв.

- Верно! - подхватил Первый, и за все время совещания на лице его появилось выражение явного удовлетворения. - К тому же надобно их убедить, что участие в казни - почетная обязанность. Можно поручить им сопровождать осужденных к месту казни в качестве вспомогательного конвоя. Можно, наконец, доверить подбрасывать в костер дрова. Молодец, Директор! Молодой, но...

- Но ранний, - вполголоса закончил кто-то.

- Кто это сказал? - вскинулся Первый. - Ну да ладно, все вы сможете продемонстрировать свои способности. Запомните, я не прощаю двух вещей: глупости и недобросовестности. Учитесь умению мыслить у Директора конторы внутренней безопасности!

Взоры всех послушно обратились к Директору. Тот сидел, скромно потупившись, опустив длинные ресницы.

- Вопрос к Утешителю. Как увеличить приток инакомыслящих интеллектуалов в Дом Эвтаназии?

Утешитель побледнел, как ученик, не выучивший урок. Он воровато оглянулся на соратников, словно ожидая подсказки. Соратники злорадно молчали.

- Я думаю... Э-э... Я думаю... - стал тянуть время Утешитель.

- Мы бы все хотели в этом убедиться, - невозмутимо молвил Первый.

Во взорах соратников светился неподдельный интерес. Первый раз за все время Утешитель растерялся.

- Я думаю, - снова сказал он, с трудом собираясь с мыслями, - что необходимо ужесточить меры подавления, резко ухудшить условия существования инакомыслящих...

- Ну, ну... - резким жестом Первый повелел Утешителю умолкнуть. - В этом предложении нет ничего нового. И сейчас мы применяем к ним довольно суровые меры. Учитывая ваши прежние заслуги, думаю, что сегодняшний срыв случаен. Но, не приведи Логос, если срывы станут повторяться. Научитесь наконец ставить проблему в общем. Тогда и решать будет легче. Не секрет, что многих удерживает от прихода в Дом Эвтаназии очень простая причина страх смерти. Как его нейтрализовать? Не забывайте, что имеете дело с интеллектуалами. Они без ума от всяких философских кунштюков, они любят поэзию. Вот и попытайтесь доказать им на их же языке, что смерть - благо. Делайте рекламу смерти. Цитируйте философов: "Попробуй отними у меня мою смерть!", "Смерть для меня ничто. Ибо покуда я есть, смерти нет, а когда ока есть, уже нет меня". Цитируйте наших и земных поэтов, вырывая строфы из контекста, тогда можно стихотворению придать нужный смысл. Вот слушайте: "Приди успокоить, прекрасная смерть, повсюду в мире, как свет, появляясь, являясь ко всем и каждому днем и ночью, раньше иль позже, нежная смерть..."

- Следующий вопрос к Магистру по планированию тайных акций...

Совещание затянулось до полуночи...

21

Володю конвоировало пятеро. Трое сзади и двое впереди. Он внимательно смотрел под ноги - выход из подвала был плохо освещен, а ступеньки покрыты какой-то скользкой мерзостью. Кажется, его пожелала сожрать рыба покрупнее. Если бы не Интиль, он отбивную из детективов сделал бы. Подумаешь, пять человек. Покуда передние обернутся, задних уже не будет в мире этом.

Люди в черных плащах, будто слыша мысли Владимира, шли от него на безопасном, по их мнению, расстоянии. Правую руку они держали в кармане.

Несмотря на старание, Володя поскользнулся. Взмахнув руками, он едва сумел удержаться на ногах. Воспользовавшись задержкой, его нагнал один из сопровождавших и крикнул намеренно грубым голосом:

- Не задерживаться! Споткнешься еще раз - пуля в затылок!

И тут же прошептал:

- Вам привет от Михаила Семеновича. Не предпринимайте необдуманных действий. Вас постоянно ждут на десятом километре от места заключения.