Василий Скородумов - Ветер перемен

- А что в этом такого? - возмутилась Маша. - Хм, я кажется, поняла. Ты, наверное, думаешь, что все "красные" - кровожадные отморозки? Да?

Я кивнул. А кто так не думал?

- Так вот, знай. На самом деле они не такие, как мы все думали. "Красные", по сути, ничем не отличаются от остальных жителей метро, просто они попали под влияние Анимуса.

- Что ты хочешь этим сказать?

- Только лишь то, что среди всех жителей метро один только Анимус - жестокий и беспощадный варвар.

Я все равно пока ничего не понимал. Маша тем временем продолжала:

- Он обладает какой-то ментальной силой. Благодаря ей Анимус может воздействовать на людей. Именно из-за этой силы его все боятся и выполняют все его прихоти.

- Что за бред? - изумился я. - Такого не бывает!

- Бывает! Ты что, мне не веришь? Я сама видела, как он заставлял корчиться своего фаворита, самого приближенного к нему человека. Причем, не прикасаясь к нему. Вообще. Олег, ты понимаешь? Если Анимус делает это со своими ближайшими подчиненными, то что сделает с другими людьми, которые пойдут против его воли?

Мне все еще не верилось в это, но у меня не было причин не верить Маше.

- Значит, ты все это видела собственными глазами?

- Да, и не только я. Десятки людей невольно стали свидетелями того, как Пан корчится и орет от боли.

- Ну и дела! - только и смог сказать я. В воздухе повисла неловкая пауза. Но потом я невольно вспомнил, о чем мы разговаривали до этого и, тщательно подбирая слова, заговорил: - Так значит, ты любишь того парня? Что ж, желаю вам счастья!

- Ты... не обижаешься? - опустив глаза вниз, спросила Маша.

- Конечно, нет! На что мне обижаться?

Я понимал, что она имеет в виду. Да, признаюсь, мне было неприятно услышать, что Маша любит кого-то другого, не меня. Однако же я никогда не рассматривал вариант, что она будет моей женщиной. Я относился к ней как к близкому другу, даже, возможно, как к сестре. Но дальше в отношениях с Машей двигаться не собирался. Тем не менее, все-таки я ощущал какую-то пустоту в душе от ее признания и что уж там скрывать, ревность.

- Это хорошо! - Маша слабо улыбнулась.

- Слушай, я так понял, ты тут занимаешь не самое низкое положение, - сказал я, подруга коротко кивнула. - Может быть, ты сможешь как-нибудь меня освободить. Я должен как можно скорее оказаться на "Ладожской", мне нужно отправиться на поверхность.

Потом я поведал ей всю историю, начиная с дежурства и заканчивая моим появлением здесь.

- Я постараюсь что-нибудь придумать, но обещать не могу. Олег, ты поступаешь глупо, собираясь выбираться на поверхность. Там опасно!

- Знаю. Но я должен.

- Неужели никто не может пойти вместо тебя?

- Только я знаю, где искать. Более того, я никому никогда не говорил адрес моего дома.

- Хорошо, может быть, мне даже удастся уговорить Пашу помочь. Он добрый, я думаю, не откажет.

- Звучит, конечно, неправдоподобно - добрый "красный"... но после того, что ты мне рассказала, я готов поверить...

За моей спиной послышался характерный стук тяжелых каблуков по полу, а затем визгливый истошный вопль. Маша в одни миг побледнела, лицо ее стало по цвету как лист бумаги, и она быстро затараторила шепотом:

- Извини, Олег, мне пора бежать. Если меня увидит здесь Анимус, то нам обоим несдобровать. Я еще приду, обещаю, - она быстро клюнула меня в щеку и поспешно убежала.

Итак, я снова остался один. Но, чуяло мое сердце, ненадолго.

Так и вышло.

Очень скоро, совсем рядом со мной прозвучал недовольный голос, именно тот, который я слышал буквально минутой ранее. Кому он принадлежал, я пока не знал, но ясно было, что человек этот - весьма властная особа.

- Пошел вон, простолюдин! Как ты смеешь болтаться у меня под ногами? Прочь с глаз моих, пока я в конец не осерчал, смерд!

- Простите, повелитель!

Затем я смог различить какое-то невнятное блеяние и весьма звонкий шлепок. Особого ума не требовалось, чтобы сообразить, соотнеся между собой услышанные реплики, что кому-то дали пинок под зад.

Стук каблуков возобновился и уже совсем скоро, человек, который издавал эти звуки, оказался рядом со мной. Поначалу он, казалось, не замечал меня, но я, прикованный к одному месту, едва ли мог ускользнуть из поля его зрения.

Человек этот, а вернее человечек, так как росту в нем было не больше полуметра, с недовольным прищуром оглядел меня с головы до ног, после чего запустил пятерню в свою пышную копну волос и задумчиво хмыкнул. Вместе с карликом пришел лысый, тот самый, который издевался надо мной перед тем, как приковать кандалами к колонне. Я сразу его узнал. Лысый наклонился к уху своего спутника, для чего ему пришлось согнуться под углом в девяносто градусов, и что-то зашептал. По мере того, как гигант выдавал ему информацию, человечек понимающе кивал и то и дело поглядывал на меня. А когда лысый прекратил говорить, карлик приблизился и остановился на расстоянии двух шагов от меня.

Я еще раз поразился, насколько же он маленького роста. Его макушка была на уровне моей груди, а ведь высоким меня не назовешь. Карлик провел костяшками пальцев по своей бороде, втянул носом воздух и спросил этим дурацким писклявым голосом:

- Олег, верно?

Я, хоть и не ожидал такого вопроса, почему-то ему не удивился. "Красные" есть "красные". Им многое известно. Но я решил строить из себя испуганную жертву, полагая, что эта роль поможет мне прояснить некоторые детали моего пребывания на красной линии.

- От... откуда вы знаете?

- Тебя это не должно касаться, - улыбаясь, абсолютно беззлобно произнес карлик. - А известно ли тебе, кто я?

- И кто же вы? - я и вправду не знал, кто стоит передо мной. Так и хотелось ляпнуть: "Неужели сбежавший из цирка клоун?", но здравый смысл заставлял держать язык за зубами.

Карлик встал передо мной в позу - руки в боки, подбородок задрал, одну ногу вперед выставил - весь из себя такой крутой, значит. Выглядело это несерьезно и как-то немного по-детски. С нескрываемой гордостью он произнес:

- Я - Анимус. Повелитель всего метро.

Анимус? Вот этот вот маленький человечек и есть Анимус? То есть тот, кого все в питерской подземке боятся, ростом с пони и выглядит отнюдь не устрашающе? Надо же! От переизбытка мыслей я вдруг возьми да и ляпни:

- Насколько я знаю, пока это не так.

Анимус вдруг резко нахмурился, уголок его рта неприятно задергался, как при нервном тике.

- Что ты сказал? А ну-ка повтори! - растягивая каждое слово приказал, именно приказал, коротышка.

Лысый, хотя может мне это только показалось, смотрел на Анимуса немного с опаской и даже отошел на несколько шагов назад, как будто боялся, что его ненароком зашибут.