Window Dark - Я - оборотень

Однако мне не повезло. Очевидно у какой-то группы был сегодня молочный день, и каких-то четыре самоуверенных типа громко выясняли у меня: из какой я группы и сколько должен им денег. Прежде, чем мы поладили, они узнали много нового о себе, обо мне и о Кирпиче, о котором они, впрочем, слыхали. Но эти громкие разговоры успели привлечь внимание фединых гонцов. Выбивальщики удалились на поиски более подходящих кандидатур для дойки, а я оказался под перекрестными взглядами моих новых преследователей.

Господи, как мне это надоело. Постоянно убегать, спасаться, быть настороже. Почему у меня не может быть обыкновенной жизни без всяких приключений, после каждого из которых кто-нибудь прощается со своей жизнью. Временами у меня даже вспыхивала мысль: плюнуть на все и сдаться на милость победителю, но… Но я был оборотнем, а значит должен бежать, спасаться, выкручиваться и выкарабкиваться из самых безысходных ситуаций.

И я бежал. Позади меня ускоренно топали федины пацанчики. Сам Федя гнал тихим ходом на тачке, в любой момент готовясь свернуть за мной в первый попавшийся двор или переулок.

Мой путь лежал в центр города. Я знал только одно: мне необходимо срочно затеряться в толпе. Только толпа могла спасти меня. В толпе действия фединой мафии сковывались, что давало мне шанс выкрутиться в очередной раз. Я, без сомнения, мог бы последовать в тихое местечко и там, превратившись в волка, показать все свои способности, но Федя будто этого и хотел.

Какая-то настороженность не покидала укромной комнатки внутри моего черепа: если Федя снова рискнул ловить меня, значит он основательно подготовился к такому варианту. Поэтому я нырнул в подземный переход, чуть не сбив с ног неповоротливого мужика, и быстро изучил окрестности. Пока за углом мои преследователи одолевали лестничные ступеньки, ведущие вниз, я успел увидеть чуть приоткрытую дверь служебного помещения и мгновенно оказался за ней, напустив на себя деловой вид, чтобы не вызвать ни малейшего подозрения у кого бы то ни было, кто мог оказаться в этой комнатушке.

На мое счастье этот кто-то отсутствовал. Я быстро прикрыл дверь и оглядел помещение. Скорее всего, раньше здесь хранили метлы и щетки для уборки подземного коридора. Но теперь, в эпоху всеобщей коммерциализации стало невыгодно использовать подобным образом площадь, расположенную на таком бойком месте. Комната была приватизирована каким-то из тысячи кооперативов, торгующих повсюду жвачкой и польской косметикой по либерализированным ценам. Теперь здесь шел ремонт — стены уже наполовину сменили свой серый цвет на белый. Побелка была еще влажной. По видимому работа находилась в полном разгаре, и лишь неотложные дела заставили работягу покинуть свое место. У стены стояло ведро с известковым раствором, рядом к стене прислонилась длинная кисть, в дальнем углу валялся порванный мешок, наполовину заполненный белым порошком. Под своими ногами я заметил куртку, всю заляпанную белыми пятнами. Ни секунды не раздумывая, я накинул ее на себя, щедро измазал штаны порошком из мешка, бодро схватил кисть и, окунув ее в ведро, старательно продолжил кем-то начатую работу, расположившись спиной к двери.

Минуту спустя дверь за мной резко распахнулась, и изучающий взгляд уставился в мою спину. Я тихо сжался и через силу водил кистью по стене. Очевидно, что смотревший не обладал способностями экстрасенса. Поэтому он ограничился лишь моей поверхностной оболочкой и не углубился во внутреннюю сущность, разительно отличающуюся от внешней. Хлопок двери ознаменовал, что преследователь ринулся по ложному следу. Я выдохнул воздух, который держал все это время, и осторожно оглянулся назад. Дверь, действительно, была плотно затворена.

Следовало как можно скорее покинуть мое временное убежище, ибо оно было крайне ненадежным. В любой момент сюда мог прийти хозяин и тогда предстояли бы длинные и скучные объяснения — как и зачем я здесь оказался. Я положил куртку на место, отряхнул штаны от известкового порошка и выглянул в коридор, немного приоткрыв дверь. Люди, как обычно, сновали взад и вперед по коридору, спешив по своим неотложным делам. Преследователей не было. Впрочем я оказался неправ: одного они все же оставили. Но опасности он не представлял, так как в данный момент все его внимание было поглощено яркими вышитыми надписями на карманах джинсов проходивших мимо девушек. Пока он мучительно размышлял, что это: настоящие таиландские штаны или продукция польских кооперативов, я проскользнул за спинами торговцев цветами и выбрался наверх.

Немало времени прошло с тех пор, как Федя в последний раз удостоил меня своим вниманием. Вовсю шел апрель. Снег растаял и только несколько черных грязных сугробов портили общую картину. Время бежало своим чередом, а я спокойно двигался куда глаза глядят. Лужи необозримой длины с радужными разводами на поверхности тянулись по дорогам. То и дело фонтан мутных брызг поднимали пролетающие мимо машины. По тротуарам, перемешивая ногами невесть откуда нанесенную грязь, шли люди, много людей. Надежно затерявшись среди них, я покинул центральную площадь и свернул на одну из боковых улочек.

Прежде всего необходимо было пообедать. Желудок уже урчал по-звериному и срочно требовал какой-либо пищи. С той поры, как все изменилось во мне, перестроился и желудок. Теперь он был более неприхотлив, и я к своему удивлению обнаружил, что перестал воротить нос от лука и даже вареной свеклы, от которой меня еще полгода назад по страшному рвало. Но недоброкачественную пищу он сразу чувствовал и отказывался принимать после первой же ложки. Поэтому я почти перестал есть колбасу и котлеты, которые иногда удавалось перехватить в учаговской столовке.

Я не переставал удивляться своему организму. Во всех фильмах мне казалось наиболее невероятным следующее: только-только кого-нибудь укусили, а уж новоявленный оборотень чуть ли не в первую же ночь превращался в волка и бежал грызть людей. Моему организму понадобилось для полного изменения два с половиной месяца, значит процесс был довольно длительным. Если злокачественная опухоль способна за некоторое время разрушить рядом стоящие клетки организма, то почему какие-нибудь микробы или вирусы неспособны перестроить организм вообще. И существуют эти вирусы (если, конечно, это их действие) только в оборотнях, и передаются через укус, как змеиный яд… Но в научном обосновании способностей своего организма я был не силен и поэтому всю свою энергию направил на поиски ближайшего пункта общественного питания.

В найденной столовой я набрал парочку салатов, порцию борща и три порции вполне сносных бифштексов с разными гарнирами. В общем ухлопал на это дело целую тридцатку.