Андрей Егоров - Когда закончилась нефть

Апаи крикнул:

— Я дам тебе, брось в него!

Гирара принял в руку бурую резную палочку. Тяжелее дерева и тяжелее камня оказалась она. Он бросил ее в Гуапоре и попал ему в глаз. Гуапоре схватился за глаз. Гирара кинулся на него и свернул ему шею.

Когда Гирара отошел от гнева, он сказал:

— Первый раз я вижу врага, которого удалось убить. И первый раз я вижу нашего, который стал врагом. Мир меняется и в хорошую, и в плохую сторону. Но я не знаю, как поступить дальше. Что скажешь, Апаи?

Апаи ответил:

— Ты знаешь, как велит поступить обычай.

— Гирара сказал:

— Обычай велит одно сделать с нашим человеком, другое с врагом, третье с бари. Кого я убил?

Апаи подошел к трупу, осмотрел ему подбитый глаз и заглянул в рот.

— Ты убивал бари, — сказал он Гираре, — но убил врага, зубастую обезьяну Гуапоре. Моя палочка убила бари, твои руки убили врага. Поступай с ним как обычай велит поступить с врагом.

Тогда Гирара с воинами разделали тело Гуапоре и съели его сладковатое мясо и внутренности. Клювастые спросили, могут ли они есть костный мозг убитого, и Гирара взял с них за это право обещание участвовать в будущей войне.

Пятерых своих воины закопали в песке, чтобы на обратном пути забрать кости и перезахоронить их по обычаю. Здесь же закопали своего мертвого клювастые, а над утоптанной могилой поставили шалаш из веток местного кустарника.

Пока копали, Апаи обратил внимание на то, что в выкопанной земле попадается много обугленных веточек. Он набрал угольков и после похорон показал их Гираре и воинам.

— Это след Стеклянной земли, — сказал Апаи.

На следующее утро Апаи набрал ветвей местного кустарника, сплел из них корзину с крышкой и сложил в нее остатки костей Гуапоре. Подумал еще и набрал большую охапку веток. Затем те, что остались от тридцати, и их кормчие расселись по-новому на все шесть каноэ и поплыли дальше на запад. Гирара в своей лодке сел на место кормчего. Корзину и ветки Апаи взял с собой, но воинам и кормчему в его каноэ не пришлось тесниться — теперь места было много.

Миновав устье реки, теряющееся меж зелеными островами, воины увидели впереди песчаный берег. Песок начинался под водой, продолжался на берегу и холмами, похожими на волнующуюся воду, уходил за горизонт. На некотором удалении от берега можно было видеть среди песчаной равнины обширное место без холмов.

Одна из лодок пристала к берегу, из нее вышел Апаи. Пристали к берегу и другие каноэ. Воины высадились на берег и собрались вокруг старика.

— Это Стеклянная земля, — указал Апаи на место без холмов.

Воины выгрузили вещи из каноэ и устало расселись на песке.

Другие рассказчики говорят, что воины пустились в пляс от радости, и это тоже может быть правдой. Но после победной пляски они выгрузили вещи, расселись на песке и принялись было обсуждать, как они будут добывать стекло и таскать его в каноэ.

— Погодите, — сказал воинам Апаи, — давайте прежде дойдем-до Стеклянной земли, там и увидим. А таскать будем в корзинах, которые мы сплетем из набранных мной ветвей.

Гирара одобрил то, что сказал Апаи, и воины двинулись в сторону места без холмов, оставив кормчих охранять лодки. Пройдя немного, они увидели, что на этом месте не было не только холмов — оно было одной огромной ямой. Яма была обширнее, чем залив в месте под названием Бог зеленых людей. Борта ямы блестели на солнце. Песок под ногами больше не был зыбким — он спекся в крупные стеклянные окатыши.

— Подойдем еще ближе, — сказал Апаи.

Воины подошли ближе, так, что им стало видно яму до самого дна. На дне ямы копошилось и клевало землю под собой гигантское животное. Оно было привязано тремя толстыми бурыми веревками к огромным кольям, вбитым с трех сторон от ямы, и шумело так, что было слышно даже здесь, наверху.

— Подойдем еще ближе, — вновь сказал Апаи.

Воины подошли еще ближе. Им стало видно, что борта ямы у них почти под ногами сделаны из стекла, оттого они такие блестящие. В некоторых местах сквозь стекло были видны вплавленные в него скелеты людей.

Воины пошли вокруг ямы. Через какое-то время они добрались до одного из вбитых в землю огромных кольев. Кол оказался толщиной в два обхвата и был сделан из непонятного камня, бурая веревка — толщиной с руку. Гирара пощупал веревку. Она была сделана из того же материала, что и резные палочки Апаи.

Невдалеке от кола высилась куча битого стекла. Апаи указал на кучу и сказал:

— Вот и решилось само собой, как нам колоть стекло. Это то, за чем мы сюда приплыли.

— А то животное на дне ямы, которое ее охраняет — оно не убьет нас за то, что мы отнимаем у него богатство? — стали спрашивать воины.

Апаи ответил со значительным видом:

— Это курица. Она безобидная. Я их знаю. Она здесь ничего не охраняет.

Тогда Гирара задал другой вопрос:

— А эти мертвые, чьи кости внутри стекла — они нас не накажут за то, что мы их потревожили?

Апаи ответил:

— Я долго думал об этом, еще до того, как ты позвал всех в поход за стеклом. И я знаю ответ на твой вопрос. Этих мертвых тревожит курица. И она тревожит их для того, чтобы похоронить по обычаям зеленых людей — это я не придумал, это мне сказали. Так что мы тут ни при чем. Поэтому давайте подойдем к куче стекла и посмотрим на нее. Потом мы вернемся к каноэ, сплетем корзины, а я расскажу вам то, что знаю о зеленых людях и Стеклянной земле.

— А ты не потревожишь своим рассказом Бога зеленых людей? — спросил Гирара.

— Бог зеленых людей покинул это место, — ответил Апаи, — они сами мне это говорили.

Воины вернулись к каноэ и принялись плести корзины с крышками, какую сплел Апаи. Апаи рассказал им такую историю:

— Я ненамного старше вас. Однажды, когда я был еще совсем юным, а многие из вас не родились, мы вдесятером отправились в дальний поход против же. Мы не думали воевать с ними, мы думали тайно убить как можно больше врагов — мы, как любой побежденный народ, умели хорошо прятаться. Мы были молодые и горячие, мы не взяли с собой стариков, поэтому заблудились, попали в Белый лес, а затем вышли к Стеклянной земле. Наш вождь сказал, что надо возвращаться, чтобы убивать же. Я ответил, что невелика гордость убивать из-за куста, лучше узнать, много ли в Стеклянной земле стекла и как его отсюда вынести, а потом вернуться обходным путем и забрать с собой богатство. «Зачем нам богатство? — возразил наш вождь, — нам нужна война». Я ответил, что богатый лучше воюет. Вождь возразил, что хорошо воюет не богатый, а храбрый. Никто меня не поддержал, все приняли сторону вождя. И тогда я решил остаться один и узнать все, что смогу, о Стеклянной земле.