Чери Прист - Дредноут

— Ну, в общем и целом — да. Этот поезд, безусловно, довезет вас до цели. Возможно, быстрее и безопаснее, чем какой-либо другой, направляющийся в ту сторону в этом месяце, если говорить откровенно.

— А почему? — спросила Мерси.

Мужчина снова замешкался, но лишь на секунду.

— В поезде есть военные. Сам паровоз армейской модели, и только пассажирские вагоны — гражданские. — В голосе начальника вдруг прорезался оптимизм. — А это означает, что у вас решительно не должно возникнуть проблем с индейцами и уж тем более с пиратами и бандитами, терроризирующими поезда в наши дни. Путешествие будет вполне безопасным. — Он умолк, потом заговорил снова: — В любом случае что из того, если кто-нибудь и прознает, что вы из Вирджинии? Это гражданский поезд, и у него мирная миссия.

Мерси не понимала, кого он пытается убедить.

— Не стоит так меня уговаривать мистер Фут. Моя поездка также совершенно не имеет отношения к войне. Так что я покупаю билет, — твердо сказала она. — Пока что удача не изменяла мне.

— Как пожелаете, миссис Линч. — Начальник станции поднялся.

Он проделал все необходимые действия и, когда девушка протянула ему почти все оставшиеся у нее деньги, передал ей набитый бумагами конверт, в котором были и пропуск на посадку, и план маршрута поезда.

— Состав подан на тринадцатый путь. — Мужчина показал, где это.

— Это там, где толпится народ?

— Да. А теперь — доброго дня, миссис Линч, — и мирного путешествия.

— Спасибо, мистер Фут.

Она посмотрела в Окно на тринадцатую платформу.

Впрочем, смотреть там было особо не на что, кроме густой массы людей, поскольку колонны между ней и паровозом загораживали весь вид. Однако, даже несмотря на преграды, Мерси удалось разглядеть, что паровоз большой и темный, и вдруг в голове ее тренькнуло колокольчиком тревожное предупреждение. Она вдруг поняла… вне всякой логики, вопреки здравому смыслу, отвергающему такие совпадения… она поняла, что как только подойдет ближе, то узнает машину — по репутации, если не по внешнему виду.

Она точно лунатик зашагала сквозь толпу, подойдя к самому краю платформы, туда, где люди двигались быстрее и где их было меньше. Влившись в этот мелководный ручеек, она на всякий случай переместила сумку, плотнее прижав ее к животу.

Вооруженные мужчины в голубых мундирах держались ближе к паровозу, — наверное, это место им казалось самым безопасным здесь, в не определившемся с приверженностями штате.

Сначала между поддерживающими над платформой навес балками выросла паровозная труба. Обычная труба грузового паровоза, черная и матовая, как траурное одеяние. Фонарь — показавшийся, когда Мерси подошла ближе, — тоже был простым фонарем, округлым и чуть удлиненным, обтянутым жесткой проволочной сеткой, чтобы защитить стекло.

Но тут два человека перед медсестрой расступились, и она увидела кабину машиниста и предохранительную решетку — и поняла, что это все-таки не обычный паровоз из тех, что можно встретить в любом депо любой страны. Две чертовски длинные и острые алые решетки сходились краями посредине, образуя треугольник — нечто вроде лезвия огромного ножа, предназначенного для того, чтобы резать все на своем пути, а также выполнять иные чудовищные задачи, о чем свидетельствовали ряды мелкокалиберных пушек, которыми щерилась кабина машиниста. Даже ограждение, защищающее передние колеса, было снабжено низко посаженными над рельсами лопатками — видимо, на тот случай, если на путь кинут что-то маленькое и смертоносное и машинист этого не заметит. Орудия угнездились по всему паровозу до самой ходовой части; им сопутствовала хитроумная система перезарядки, подающая боеприпасы пулеметным устройствам. А когда Мерси подошла еще ближе, протиснувшись сквозь толпу, она заметила, что котел оберегают даже не два, а три слоя брони, усеянной рядами болтов и заклепок.

Гидравлический кран нависал прямо над паровозом. Солдаты оттесняли зевак: машинистам и железнодорожникам требовалось пространство для работы; вскоре кто-то повернул вентили, выпуская тугую струю. Паровоз жадно глотал воду, готовясь к дальнему путешествию, она текла по трубам в еще не остывшие баки; железо потрескивало и постанывало.

Гигантская машина была вдвое больше обычного паровоза — не в ширину, но в длину, к тому же выше и во всех смыслах значительнее.

Человек рядом с Мерси — какой-то случайный зевака, один из напирающей толпы — повернулся к ней и сказал, точно старой знакомой:

— Господи, он чудовищен! Едва влез под навес!

А позади раздался другой голос, чем-то знакомый, с сильным акцентом.

— Но влез же, — весьма выразительно подчеркнул говоривший. Медсестра обернулась и увидела того самого последнего техасца с «Провидения» — рейнджера Горацио Кормана. — Могу поклясться, они позаботились об этом, — добавил он и с кивком коснулся широкополой шляпы. — Миссис Линч.

— Здравствуйте, — ответила она и подвинулась, дав мужчине возможность шагнуть ближе к путям — и к ней. Теперь они смотрели вместе, не в силах оторвать взгляда от машины.

На боку паровоза Мерси увидела несколько букв названия, хотя и едва разобрала этот серебряный остроконечный шрифт с зарубками, великолепно сочетающийся с серебряной каймой высокой паровозной трубы.

Рейнджер произнес зловещее слово первым:

— «Дредноут». Боже всемогущий, я надеялся, что никогда его не увижу. Но вот я здесь. — Он фыркнул и посмотрел сверху вниз на Мерси, на ее руки, сжимающие конверт со всеми важными документами и билетами. Потом снова перевел взгляд на паровоз. — Я здесь и собираюсь ехать туда, куда эта махина потащит поезд. Вы тоже, мэм?

— Я тоже, — кивнула она.

— Нервничаете?

— Нет, — солгала Мерси.

— Я тоже. — Рейнджер, вероятно, не лгал. Не похоже было, что он нервничает. Скорее, он выглядел как человек, которому куда-то нужно и которому все равно, как туда добраться, — лишь бы добраться. Два своих слишком больших кожаных чемодана он так и не опустил на землю, а держал на весу, по одному в каждой руке; а пистолеты, должно быть, при ходьбе терлись о предплечья, но мужчина все равно носил их — носил так же небрежно, как иная леди носит брошь.

— А далеко вы едете? — спросила Мерси.

Рейнджер бросил на девушку быстрый взгляд, словно вопрос удивил, а то и встревожил его.

— Простите?

— Далеко едете? — повторила она. — Поезд идет до самой Такомы. Но говорят, то и дело останавливается и тут и там.

— А, — кивнул он, и железный гигант снова притянул взгляд мужчины. — В Юту. Но я, возможно, выйду раньше. Пока не ясно, — неопределенно ответил мистер Корман. И вдруг повернулся и наклонился к Мерси, резко опустив один из чемоданов, чтобы схватить девушку за руку. — Миссис Линч, — выдохнул он, обдав горячим воздухом ее кожу.