Игорь Забелин - Человечество - для чего оно

О цветах и плодах и пойдет сейчас речь, и еще о том, что не все цветы становятся плодами.

Почти по Гераклиту можно сказать, что "все течет, но не все изменяется", - во всяком случае, диалектика в этом выражении представлена достаточно полно. Например, меняются человеки, но не меняется человеческий финал. Смерть.

Молодой Мечников не без грусти думал, что природа в человеке зашла в биологический тупик, что на человеке все кончилось, причем кончилось печально, В самом деле, животное существует, не подозревая, что оно умрет. А человек знает, что бытие его - через тяжелую старость - завершится кончиной, и иного выхода нет. Отсюда, полагал Мечников, и проистекают все пессимистические взгляды и теории, отсюда - туманная мировая скорбь в музыке и поэзии, нигилизм, самоубийства, - конец предопределен.

Вероятно, это один из своеобразнейших парадоксов, но человек, в котором природа пришла к познанию самой себя, на протяжении столетий и тысячелетий меньше всего интересовался самим собой. Фантастически это звучит, но факт: до сих пор человечество не имеет общепринятого определения "человека"! .. Как только нас не определяли крупные специалисты этого дела - тут и животное с мягкими мочками ушей, и животное, делающее орудия труда (что значительно серьезнее и убедительнее). Я-то сам полагаю, что человек - это феномен, воплотивший в себе стремление материи к свободе и к открытию. К свободе внутри себя - долой нелепые психологические барьеры - и к свободе во внешнем мире. И к открытиям - всюду, вовне и в себе.

Во времена Ильи Ильича Мечникова люди еще очень мало знали о своей собственной натуре, - он одним из первых решил разобраться в ее возможностях, и поэтому аполитичный Мечников мне лично представляется революционером.

По этому поводу я должен сделать небольшое отступление. Илья Мечников был пятым ребенком в семье. Из трех старших братьев двое тоже прославились. Один из них, юрист, стал героем повести Льва Николаевича Толстого "Смерть Ивана Ильича". Другой брат, Лев Ильич Мечников, остался в истории науки как выдающийся географ и социолог, автор не устаревшей до сих пор книги "Цивилизация и великие исторические реки"... Кроме того, Лев Мечников был революционером. В прямом смысле. С оружием в руках он сражался в рядах армии Гарибальди за свободу Италии и был тяжело ранен в бою.

Самым грозным оружием в руках Ильи Мечникова, младшего брата, была, вероятнее всего, колючка, сорванная с куста розы.

И все-таки - тоже в самом прямом смысле слова - Илья Ильич Мечников был революционером. И еще он был "оптимистом-утопистом". Впрочем, утопический оптимизм свойствен всем широкомыслящим, и нельзя за это осуждать Мечникова, - общий грех, как говорится. Да и не совсем грех - без оптимистического миропонимания существовать трудно, - всему человечеству трудно, вот в чем дело.

"Неизбежность смерти? - думал Мечников. - Да, это не самое приятное в человеческом бытии. Но не способен ли человек, организм человека, существовать вдвое дольше, чем существует?" Мечников ответил на этот вопрос положительно и многие годы потратил на то, чтобы научно доказать необходимость и неизбежность продления человеческой жизни.

И все-таки он был немножко утопистом. Он стал пропагандировать идею стопятидесятилетия человеческой жизни как нормальной жизни, не располагая достаточным количеством фактов, столь необходимых науке. Мечников - опять же в числе первых - уловил начавшееся удлинение человеческой жизни как процесс исторический. Тут он прав и достоин того, чтобы его вспомнили. И Мечников бессмертен как ученый, предлагавший конкретные меры, приемы продления жизни, - тут он бесподобен. Он выступал как гуманист, стремясь продлить человеческую жизнь до "естественного предела", полагая, что тогда страх перед смертью уступит место инстинкту смерти и смерть станет желанной, приятной...

Пока невозможно с точностью сказать, насколько прав Мечников в плане эмоциональном в своих оптимистических этюдах.

Но с позиций сегодняшнего дня очевидно противоречие, не уловленное Мечниковым в свое время: среди долгожителей всегда преобладали люди неинтеллектуального труда, долгожители-интеллектуалы были и остаются редкостью. Даже Тициан не идет в сравнение с кавказскими чабанами, а мир становится интеллектуализированным. Тут - как бы психофизиологическое противоречие. Но есть и социально-биологическая неувязка: стопятидесятилетнее в среднем своем возрасте население на планете Земля не нужно, и не нужно оно самому человечеству. Все гениальное делается в молодом возрасте, и общее постарение человечества приведет лишь к его умственной дряхлости, - к гибели в конечном счете самого человечества, если оно придет вдруг к такому одряхлению. Оптимальный срок умирания - с передачей всего наилучшего по наследству - возраст порядка восьмидесятилетнего.

В современном бытии человечества загадок немало. Есть две удивительные и пока необъяснимые. Первая из них - статистически доказанная способность человечества восстанавливать равновесие полов после крупных войн, - после войн рождаются преимущественно мальчики, заменители погибших воинов. Вторая загадка - акселерация. Как только социальные условия привели к резкому увеличению средней продолжительности жизни, в человеческой системе начался процесс физиологического и психологического омоложения. Можно подумать, что сама человеческая природа "протестует" против постарения и "делает ставку" на гибкую психику и гибкий мозг молодежи. Не верю, что все это случайности. Все, по-моему, сложнее и предопределеннее.

Повторяю, что Мечников не мог предугадать такого рода противоречивые процессы. Но Илья Ильич Мечников делал все, что мог, для людей и постоянно возвращался к этой печальной человеческой константе - неизбежности смерти... Разумеется, это не только пунктик.

Мечников пытался решить проблему и в естественноисторическом, и в моральном плане, думая о всех. Уже в очень немолодом возрасте Мечников вспомнил свой странный эксперимент в Одессе и поведал о нем в "Этюдах оптимизма" - эксперимент о приятном умирании. Впрочем, "с пользой прожитая жизнь дает спокойную смерть" (это Леонардо да Винчи).

Странный финал?.. Но что поделаешь, о таком странном великом человеке я рассказываю - о великом революционере.

Годы, в которые он писал и опубликовал "Этюды оптимизма", действительно были мрачными годами. Илья Ильич Мечников не мог не знать, что для продления жизни до естественной смерти необходимы и социальные изменения, необходимо покончить с нищетой, с голодом, с общественным неравенством. Но оптимизм если он не бодрячество - всегда революционен. Ибо всегда устремлен к будущему. А когда же, если не в самые мрачные эпохи, необходим революционный оптимизм, революционный порыв?.. Тогда и необходим, по-моему. И это, видимо, объясняет, почему самые оптимистические книги появляются в самые мрачные эпохи.