Кэролайн Черри - Гордость Шанур

Это были всего лишь хейни — Хилан Фаха ео своим поредевшим экипажем.

— Вы передумали? — поинтересовалась Пианфар.

— Мне нужно поговорить с вами и с моей юной кузиной.

— Ну что же, тогда проходите. У нас нет обыкновения обсуждать дела в коридоре.

— Хорошо, кер Пианфар, — пробормотала Фаха, и Пианфар тут же отметила про себя, что такая покладистость работала не в пользу того, кто собирался вести важный разговор. Она провела их в командный отсек и велела вернуть на место удравшего Тулли: его пребывание на корабле больше не было секретом — так пусть Хилан принесет свои извинения (а Пианфар не сомневалась, что она пожаловала именно с этой целью) в его присутствии. Так ей и надо!

Увидев Чужака — существо с безволосым телом в хейнийской одежде, — Хилан замерла, прижав уши.

— Это, — спросила она, переводя взгляд на Пианфар, — и есть то, за чем охотятся кифы?

— Его зовут Тулли.

Губы Хилан сжались, а ноздри гневно вздрогнули.

— Боги, Шанур, я требую, чтобы вы объяснили мне смысл происходящего.

— На моем корабле вы можете только просить. В противном случае вам придется узнавать интересующую вас информацию по мере того, как она будет становиться известной Дюр Тахар.

— Проклятье, «Звездный Гонщик» погиб из-за вас и из-за этого… — Что-то в лице Пианфар заставило Хилан проглотить выбранное слово. — По приказу капитана мы сбросили на Уртуре весь свой груз и пустились в бегство, чтобы отвлечь внимание кифов от вас. Мы были уверены, что в решающий момент вы придете нам на выручку. И где же заблудилась помощь, которую мы так ждали?

— Ваша помощь находилась в состоянии крайней беспомощности, дрейфуя в обесточенном режиме среди облаков космической пыли. Мы ни на минуту не забывали о вас, но в итоге «Гордости» самой пришлось уходить в экстренный прыжок. Мы искренне надеялись на то, что в поднятой нами суматохе вам удастся ускользнуть в безопасное место.

Хилан заговорила спокойнее:

— Я хочу, чтобы вы знали: мы действовали согласно решению нашего капитана. Если бы оно хоть немного зависело от меня, я бы позаботилась о том, чтобы мы не отвечали перед кифами за чужую кражу…

— Вы верите словам кифов больше, чем моим?

— Если у вас есть другое объяснение и оно прозвучит логично, то я с радостью его выслушаю. Но пока… Мои кузины мертвы, наш корабль канул в вечность, и другого, наверное, уже не будет. Великодушные Шанур пригласили нас на свой, но мы предпочитаем лететь на звездолете Фаха, пусть даже в худших условиях. В погоне за прибылью вы заварили кашу, в которой может погибнуть еще не один звездолет и пострадать еще не одна торговая компания, и в подтверждение этому кифы попросили меня передать вам следующее: вы зашли слишком далеко для того, чтобы они могли вас простить. Теперь они придут за вами, где бы вы ни спрятались, в том числе и на Ануурн, где расскажут всему хейнийскому народу, что это вы подставили его ради спасения чужой особи. Так сказал хаккикт Акуккак на Уртуре.

— А я думала, вы умнее. Он же просто блефует.

— Это не пустые угрозы, — возразила Хилан, снова передернув ноздрями. — Акуккак пообещал, что жестоко накажет всех, кто встанет на вашу сторону.

— И где вы все это слышали — от него лично или но радио от кифских кораблей, которые гоняются за нами уже бог знает сколько времени, да все никак не поймают?

— Зато они поймали нас, Шанур. Поймали и разбили наголову. Это случилось на Ките. Там были убиты две мои кузины… Потом кифы отпустили нас, чтобы мы донесли до вас их послание, но у нас возникли технические проблемы на выходе из прыжка.

В комнате воцарилось молчание.

— Итак, — повторила Пианфар, — вы действительно верите тому, что говорят наши враги?

— Я верю тому, что вижу, — ответила Хилан, мотнув головой в сторону Тулли, — а именно: причину, которая не позволит кифам пойти на попятную. На этот раз знаменитые шанурские амбиции завели вас в тупик, ну да и бог с вами — во что бы вы ни вляпались, я не стану принимать в этом ни малейшего участия. К счастью, моя родная сестра еще жива, как и две двоюродные, и мы летим домой. Кузина, — обратилась она к Хилфи, — мне очень жаль.

Та не смогла выдавить из себя ни слова.

— Моя племянница вольна присоединиться к вам, — заметила Пианфар. — С учетом всех тех бедствий, которые, судя по вашим словам, вот-вот обрушатся на наш корабль, я не стану обвинять ее в дезертирстве.

— Я буду рада забрать ее с собой, — оживилась Хилан.

— Нет! — отрезала Хилфи. — Я останусь здесь.

— Что ж, — сказала Пианфар, согретая приливом гордости за свою юную воспитанницу, — уважаемые Фаха, я желаю вам счастливого пути. Конечно, было бы лучше, если бы наши звездолеты двинулись домой вместе, но я уверена, что Тахар на это не согласится.

— И правильно сделает, — процедила Фаха, меряя Тулли злобным взглядом. — Если бы вы хоть немного думали о других, то поступили бы точно так же. Вы взяли на себя непозволительно много, Шанур, и народ Ануурна вам этого не простит.

— То, что, по вашему выражению, я взяла, на самом деле просто вломилось ко мне на корабль без всякого приглашения. Как бы вы действовали на моем месте? Отдали бы его кйфам за выкуп, который они предлагали? Я не торгую чужими жизнями.

— Но не возражаете против того, чтобы терять их даром.

— Вы предали то, ради чего погиб ваш капитан! — неожиданно вскричала Хилфи. — Вы малодушные…

Уши Хилан Фаха вплотную прижались к голове.

— Да кто ты такая, чтобы меня судить? И как ты смеешь разговаривать со мною на повышенных тонах? Этот… — Она шагнула к Тулли, но Шур, сидевшая на панели управления, быстро соскользнула вниз и загородила ей дорогу. Чужак поднялся с кресла и благоразумно отошел от греха подальше. Хилан пожала плечами. — Я добавлю еще кое-что, — сказала она, посмотрев Пианфар прямо в глаза. — Может быть, вы и вправду не хотели принести столько бед на голову своего народа, но, боюсь, это обстоятельство уже не поможет вам вернуть его доверие. Конечно, у вас есть преданные союзники, но вряд ли они смогут спасти вас в сложившейся ситуации. Как давно вы покинули Ануурн?

— Несколько месяцев назад. — Пианфар перевела дыхание и сунула руки за пояс, почувствовав корнями волос, что речь зашла об истинной опасности — опасности, угрожавшей ее дому. Ей вдруг стало ненавистно лицо Хилан и появившееся на нем странное выражение. — Может быть, немного больше… А что такое? Ну, не тяните резину.

— Ваш сын вырвал власть у Кима Мана и сейчас подбирается к клану Шанур. Старый Ман уже в бегах, Кохан Шанур пока держится… — Хилан потрясла головой — по-видимому, даже ей, при всем ее враждебном отношении к Пианфар, не доставляло удовольствия сообщать той подобные известия. — Лиан прикрыла бы вас, но она мертва, и мы не желаем отправиться вслед за ней. По вашей милости мы уже простились с нашим лучшим кораблем. Правда, у нас есть еще два звездолета, но мы не станем рисковать ими в условиях, когда Шанур, и так обладающие всем, о чем только можно мечтать, вдруг бросаются в ничем не обоснованные авантюры, при этом не считая нужным посоветоваться со своими соотечественниками. Вы лишились собственного груза, сцепились с кифами, которые ныне угрожают Ануурну, неужели после всего этого вы и вправду надеетесь на нашу помощь? Я уже сполна заплатила за ваше безумие и теперь отказываюсь втягивать в войну свою семью просто потому, что вам так хочется. Вы потеряете все, Шанур! Это совершенно очевидно, поэтому ни один здравомыслящий клан не примет вашу сторону. Я лечу домой, кер Пи-анфар, чтобы в случае нападения кифов попытаться спасти то немногое, что у меня еще осталось.