Я Алия - Война на личном фронте

После завтрака мы перешли в гостиную. Тина поделилась своей одеждой с Ами, и, так как они были почти одного роста и комплекции, все отлично подошло. Девушка сидела, поджав под себя ноги, в джинсах и свитере, и выглядела сейчас лет на пятнадцать.

Как бы между прочим я спросила ее:

- И что же ты собираешься теперь делать?

- Не знаю, - вздохнула Ами, уткнувшись подбородком в колени, а глаза при этом были абсолютно потерянными.

Не выдержав этого ее взгляда, я присела перед ней и проговорила:

- Я понимаю, тебе сейчас не легко. Но нужно строить новую жизнь.

- Я этого не умею, - пробормотала Ами. - Я вообще ничего не умею.

- Но ты же известная всему миру певица! - не выдержала Тина.

На это она лишь грустно усмехнулась.

- Я всегда лишь пела, всем остальным заправлял Кшати.

- Но тебе ведь нравится петь? - продолжала спрашивать Тина.

- Да.

- Так за чем же дело стало?

- Не все так просто, сестренка, - возразила я. - Ами, ты подписывала с Кшати контракт?

- Я... я не знаю.

Этого следовало ожидать. Дальнейшие разговоры почти ни к чему не привели, и я решила дать ей время прийти в себя. Может, потом удастся принять какое-либо решение.

Потом я поехала в клуб. Работа есть работа, и какие бы события не происходили в личной жизни, она от этого никуда не денется.

Только я зашла в кабинет, как зазвонил мой мобильный. Странно. Неизвестный вызов. Еще страннее. Я нажала на кнопку принятия вызова и проговорила:

- Да?

- Здравствуй, Лео.

Я так и замерла. Это был Кшати. Даже по телефону его голос не утратил своей соблазнительной текучести. У меня от него аж мурашки по коже побежали.

- Что тебе нужно, Кшати? - интересно, откуда он узнал мой телефон? Не помню, чтобы я его давала.

- Я не перестаю думать, мечтать о тебе, моя прекрасная дэви.

О себе я как-то такого сказать не могла. Появилось слишком много других забот, и было не до копания в себе и наших с ним отношениях.

Наверно, я издала какой-то звук, так как Кшати спросил:

- А ты?

- А что я?

- Мне не хватает запаха твоего тела, а тебе?

- Иди ты!

Не могла я говорить с ним спокойно. Перед глазами постоянно стоял образ окровавленной, избитой Ами. И осознание того, что это ОН сделал это с ней такое.

- Неужели ты не скучала по мне? - похоже, мое послание он проигнорировал.

- Прошло слишком мало времени. Я не скучала, - холодно проговорила я.

В трубке раздался полувздох, полусмех, от которого я прямо в сердце ощутила дуновение тепла, и тотчас поспешила поглубже упрятать это чувство. Но, наверно, чем-то выдала себя, так как Кшати сказал:

- Я не верю тебе. Не забывай, я чую ложь. Это правило распространяется и на телефонные разговоры. Кстати, у тебя есть что-то, что принадлежит мне.

- В смысле?

- Амарис.

Тут уж я не выдержала и высказала все, что о нем думаю, не стесняясь в выражениях. Редкие слова из моей речи были печатными. Кшати слушал, а когда я выдохлась, сказал, как ни в чем не бывало:

- Вот уж не думал, что это вызовет у тебя такую бурную реакцию.

А я думала, что выдохлась! Оказалось, нет. Меня хватило на еще один залп. Его он выслушал также невозмутимо, как и первый, а под конец произнес:

- Это не должно тебя волновать, любовь моя. Ами принадлежит мне во всех смыслах.

Я не выдержала и отключилась, а подумав, вообще выключила мобильный. Зла я была невероятно! И хуже всего, что я продолжала его любить! Черт! Воистину, любовь зла. Ладно, работать надо. Может, хоть отвлекусь.

У меня это почти получилось, до того момента, пока Дени не нашла меня в зале и не сказала, что мне звонит сестра, и у нее что-то срочное.

- Тина, что случилось? - спросила я, едва добравшись до трубки.

- Ами ушла.

- Как? Куда?

- Я не знаю. Просто ушла. Она совершенно меня не слушала! Словно в трансе была. Я... я не могла ее остановить. У нее такая сила!

- Ты не пострадала?

- Нет, но она...

- Ты сделала все, что могла. Человеку не остановить оборотня. Я что-нибудь придумаю. Не беспокойся. Ложись спать.

Я повесила трубку, потом села и обхватила голову руками, повторяя: Черт! Черт! Черт! Я была уверена, да практически знала, куда ушла Ами. Ее вызвал Кшати. Все признаки на лицо. У него и впрямь было слишком много власти над ней. Уж не знаю, каким образом.

Нет, я обязана была вытащить ее оттуда! Но мысли как - ни одной!

Вдруг я почувствовала головокружение, перед глазами все поплыло. Я качнула головой, вроде отпустило. Но со мной творилось что-то непонятное, и я никак не могла понять, что. Это не магия - мой медальон не светился, а спокойно висел, но что? Над губой выступили бисеринки пота. Да что ж такое! Я провела рукой по шее и ощутила какую-то странную пульсацию. Будто пульс бился не под кожей, а над ней, прямо под моими пальцами.

Я рванула к зеркалу и поняла, в чем дело. Ранки, оставленные Кшати, практически заросли, остались две едва заметные белые точки. Но теперь они покраснели и пульсировали, словно в каждой было по собственному сердцу. Опять головокружение и какая-то непонятная тяга. Проклятье! Кшати как-то влиял на меня. Неужели он пытается призвать меня, как Ами? Ну нет, не выйдет! Я не поддамся, даже если придется заковаться в цепи!

- Дени! - глухо позвала я, хватаясь за стол, чтобы не упасть.

- Да. Что? - она вмиг посерьезнела, увидев меня. - Тебе плохо?

- Пока нет. Позови Эмму, Саймона и Глена. Они мне нужны, срочно.

- Да-да. Конечно. Сейчас.

- И пусть принесут водку.

Дени удивленно вскинула бровь, но ничего не сказала. Видно что-то такое было на моем лице, говорившее, что все очень серьезно.

Троица оборотней появилась меньше, чем через пять минут. Но и этого времени мне хватило, чтобы высчитать, что до рассвета осталось четыре часа сорок восемь минут. Меня всей душой тянуло уйти, и не малых трудов стоило заставить себя сидеть на месте.

Лица оборотней отражали полное недоумение. Еще бы! Я вцепилась в стол так, что непонятно: то ли я собиралась его перенести, то ли литься с ним в единое целое. Наконец, Эмма спросила:

- Лео, ты нас звала?

- Да. Водку принесли?

А я-то думала, что удивленнее они выглядеть уже не могут! Я ошиблась. С опаской Саймон поставил передо мной бутылку Смирновки. Схватив ее, я стала поспешно, с нетерпением алкоголика, открывать, проговорив:

- Так. Сейчас нам придется сыграть в игру "держите меня четверо", ну, в данном случае, трое.

Теперь на меня смотрели как на буйнопомешанную. А я тем временем достала бокал для воды (стакан в простонародье) и наполнила его до краев водкой. Но прежде чем приступить к столь неблагодарному делу (подумать только, первый раз в жизни решила напиться в дупель!), я решила прояснить ситуацию: