Керен Певзнер - Город Ветров

– Привел, – сказал дворецкий и поспешил сдать нас с рук на руки.

– А-а, путешественницы! – сказал один из демонов писклявым голоском.

– Проходите, – добавил второй не менее тонким дискантом, – я сейчас выпишу вам членские билеты.

Мы вошли и осмотрелись.

Если на что-то это место было похоже менее всего, так это на гарем.

Большой зал, освещенный неоновым светом, был разделен на небольшие перегородки, не достающие ло потолка. Стены выкрашены в серо-зеленоватый эргономический оттенок. Все пространство зала было уставлено столами с большими тумбами под ними. На столах стояли странные приборы, издающие стрекочущие звуки.

И еще – везде были женщины. Одетые в длинные строгие юбки и белые блузки, они сновали между столами, неся в руках кипы бумаг. За одним из столов, самым большим, сидела строгая дама и отдавала приказания. В воздухе роились мелкие бесы, выполняя многочисленные поручения.

От неожиданности у меня перехватило дыхание. Я, воспитанная на сказках «Тысячи и одной ночи», представляла себе гарем совершенно по-другому.

– Что это, Марина? – спросила меня ошарашенная Далила.

– Не знаю, они говорят, что гарем.

Ипполита взяла быка за рога:

– Послушай, подруга, – схватила она за рукав пробегавшую девушку, – где мы находимся?

– Как где? – удивилась она. – В гареме верховного правителя-льва Авенайса.

– А кто вы тут все такие? – продолжала допытываться Ипполита.

– Смотря кто, – девушка попыталась было высвободиться, но Ипполита крепко держала ее за рукав. – Я, например, наложница-практикантка.

– Кто? – наша четверка вскрикнула одновременно. Ипполита даже выпустила от неожиданности рукав.

– Да, а что? – с вызовом сказала практикантка. – Вот поучусь немного и дойду до уровня младшей жены, а там и до статуса «Отрада души» недалеко.

– Нет, я сейчас умру! – застонала Далила и уселась прямо на пол, устланный ковром. – Чтобы я этому училась? Как мужчине понравиться? Да за кого они меня тут принимают? Чему меня могут научить эти сушеные ящерицы?! Да они позабыли все, как выглядит мужское орудие, а уж как его в руках держать – и слыхом не слыхивали!

Мы бросились к ней.

– Успокойся, дорогая, – говорили мы ей наперебой. – Никто твое умение под сомнение не ставит. Может, они не то имели в виду…

– Я знаю, что они имели в виду! – заорала разъяренная Далила, ничуть не успокоившись. – Мало мне своих родственничков дома было: «Далила, подумай о себе, он же еврей, не надо с ним. Он это не так поймет…» Много вы знаете, как Самсон меня понимал, на руках носил. И никого лучше него у меня не было. И я была у него самая-самая. А сейчас, эх…

Далила закрыла глаза руками и зарыдала. Седая начальница сделала рукой жест, тут же подбежали две девушки с травяным настоем и принялись поить расстроившуюся филистимлянку. Далила покорно выпила напиток и через несколько мгновений уснула.

Мы бережно подхватили ее под локотки и потащили сонную в одно из боковых помещений, где стояли застеленные кровати.

Когда суматоха утихла, мы подошли к столу седовласой женщины.

– Присаживайтесь, уважаемые гостьи. Меня зовут Пери Пилегеш, я главная хранительница гарема, и моя должность не меняется от перемены верховного правителя. Сейчас мы служим львууподобленному Авенайсу, раньше были другие, но это не важно. Гарем – это незыблемый институт нашей демократии. Мне передали, что вам оказана большая честь – быть в числе гаремных наложниц и жен. Я объясню вам ваши обязанности…

– Объясни нам только одно, мудрая женщина, – вдруг перебила ее кроткая Гиневра, – как могу я, или вот Марина (она ткнула в меня) быть женами у вашего повелителя, если мы замужем?

– Ну и что? – удивилась она. – Мы входим в положение. Замужние женщины не остаются в ночные смены, а если есть маленькие дети, то получают отпуск по уходу. С тридцатипятилетнего возраста можно уходить из гарема свободно, но не все этим правом пользуются. Есть настоящие энтузиастки своего дела.

Ее речь напомнила мне что-то смутно знакомое – примерно такой лексикой разговаривала с нами, пузатой малышней, моя первая учительница – Галина Сергеевна. Когда мы слишком шалили, она рисовала на доске круг и заставляла туда безотрывно глядеть. А наш класс боялся оторвать глаза от этой меловой окружности – такими методами жуткая сталинистка боролась с избытком детской энергии!

– Ну, хватит, – внезапно остановилась директриса. – У меня полно работы, видите?

Она показала на пачку бумаг на столе. Виднелись график ночных дежурств, кривая посещений повелителя и прочая бюрократическая макулатура.

– Идите отдохните, – махнула она рукой, там комнаты релаксации.

И Пери Пилегеш углубилась в бумаги.

Ночью я вертелась, как на угольях. Гиневра, погоревав, уснула. Ипполита, истратив весь свой пыл на обличение здешних порядков, угомонилась тоже. Где-то за стеной храпела Далила. А я все обдумывала, где же достать ключ ко входу в Город Ветров. Так ничего и не придумав, заснула.

Проснулась я поздно. Гиневры с Ипполитой не было – наверное, они встали раньше меня и пошли в общий зал. Потянувшись, я нащупала свой отощавший рюкзачок, с которым не расставалась, достала щетку, смятый тюбик «Колгейта» и пошла искать ванную.

В гареме был страшный переполох. Дамы бегали, задевая друг друга, Пери Пилегеш со злости бросала в разные стороны бумаги, наваленные на столе. Гиневра с Ипполитой сидели в центре зала и ошарашенно глядели по сторонам. Далилы нигде не было.

– Что происходит? – я подошла к подругам.

– Сами не знаем, – ответила Ипполита.

– Далила пропала…

– Куда она могла деться? – спросила я. – Из-за этого такой сыр-бор? Может, погуляет и вернется?

– Тут говорят, – взволнованно сказала Гиневра, – что ее уже пять часов нет.

Она очень переживала за подругу.

Пришлось подойти к разъяренной начальнице. Увидев меня, она заорала:

– Нет, вы совсем ничего не понимаете! Как она посмела?! Без графика, без получения статуса младшей наложницы! Пусть ее демоны накажут!

Смутная догадка замаячила передо мной. Я поняла, что лучшей защитой яляется только нападение, тем более, что ко мне подбирались демоны-евнухи с хвостами вместо ног.

– Это наша Далила – младшая наложница? Да она таких, как ты, старая клизма, дюжину за пояс заткнет! Да если твои паскудные демоны к ней приблизятся, я их в порошок сотру – не хочу пока силу показывать!

Ко мне на выручку прибежали Гиневра с Ипполитой и стали по бокам. Видимо, втроем мы представляли собой довольно внушительную композицию, потому что начальница отступила и недовольно заворчала что-то.