Кеннет Балмер - Пробуждение чародея

Не додумав этой мысли до конца, я насадил на голову шлем и бросился в открытую дверь. Надо держаться вместе, а не то Зверь Времени легко раскидает нас по разным эпохам. Я побежал.

По просторным холлам и комнатам Ганнета слонялось множество людей. Звуки смеха и музыки, экзотические запахи дорогих духов, шуршание богатых платьев, наэлектризованная атмосфера вечера — все это будоражило мое воображение. Здесь я был как дома, в то же время хорошо понимая, что все окружающее — мираж, обман… Но все же я наслаждался тем, что снова здесь!..

У входа в бальный зал, где меня оглушили фанфары, игравшие последние дикие такты какого-то местного танца, — ко мне бросилась Фиб. На ее лице я прочел страх.

— Они пошли к библиотеке! Холл не мог здесь стрелять!.. — Она кивком показала мне на толпу танцующих. Оркестр загремел «Веселые Гордоны». Она взяла меня за руку, и мы побежали по коридору.

— Библиотека, наверно, там, в конце… — Я взглянул ей в лицо и увидел, как дрожат ее губы. — О Берт! Я все думаю о той девушке, что бежала… и я…

— Ты говорила Холлу?

— Да, но он не поверил, что это была Лотти. Но мы-то знаем!

— Будем разбираться тогда, когда это придет. Мы ведь еще живые…

В библиотеке Бреннан и Помфрет осматривали глобус, который мы раньше видели на собственной вилле Помфрета. Лотти стояла у двери, нервно кусая пальцы; она не сразу увидела нас. От крылатого гения не осталось никаких следов. Разве только запах паленого мяса в воздухе…

— Он уничтожен, Берт. Но я не могу разобраться в этом глобусе с табличкой… если все время…

— Понимаю, — прервал я Помфрета. — Камушкей Бессмертный должен попытаться снова. И он уже начал.

Внезапно дверь открылась и вошел Ашшурбанипал. Лишь на миг на лице его промелькнуло удивление; в руке появился пистолет, и во взгляде блеснула холодная ненависть хозяина к вору:

— Попались?! Наконец-то! Хорошо! Сейчас здесь будет полиция. — Он пошел к телефону.

Но Бреннан перехватил инициативу.

— Одну минуту, Станнард! — Я был восхищен той уверенностью, что звучала в голосе Холла Бреннана. — Не остаться бы вам в дураках. Вы же не знаете, в чем суть. А мы знаем. — Не боясь пушки, он опустил руку в карман и вынул пакетик. — Поглядите на это. Потом — на ваш глобус. И начинайте думать.

Бреннан сам развернул пакетик и показал Станнарду табличку. И этот человек — угрюмый фанатик порядка, хозяин многих людей и многих денег, повелитель огромной промышленности империи — потерял свою железную уверенность. Да, Вэзил Станнард в недоумении покачал головой:

— Я положил ее туда на прошлой неделе — а глобус цел… Совершенно цел! Та самая табличка… но вы не могли вынуть ее оттуда…

— Ладно, не нудите! — Бреннан победил в этом поединке. — Мы знаем, о чем написано в этой табличке. — И он кратко рассказал, что произошло с нами. Я не удивился реакции Станнарда. Как старая акула, чующая поживу или угрозу, он приготовился к действию:

— Значит, если мы не запрем этого монстра обратно в его Склеп Времени, то…

— Да, это будет конец!

— Что ж, вы можете рассчитывать на меня. Я много лет не был в хорошей драке. Но такая удача — с голыми руками пойти на Зверя Времени! Хо-хо!..

Тут пол вздрогнул, и яркие огни растворились в полутень; мы еще стояли в библиотеке Станнарда, но знали, что переброшены через время.

Станнард этого не знал, но сразу догадался:

— Библиотека! Как она изменилась! Это же она… ох, двадцать лет назад! Мы перепрыгнули через время!

У меня блеснула мысль: если у кого ненормальная реакция, так это у нас. Любой будет изумлен после путешествия во времени, и лишь наша фамильярность с Камушкеем Бессмертным позволяет нам не удивляться. Станнард же был и потрясен, и заинтригован: он бегал по комнате, узнавая обстановку двадцатилетней давности…

— Это значит — старый дьявол сделал новый ход, — заметила Фиб. Ее лицо потеряло ту живость, которая так понравилась мне при нашей первой встрече; ужасы, следующие один за другим, слишком хорошо отразились на ее внешности. Если мы проиграем этот бой с агентами Камушкея и они уничтожат табличку, — тогда пропадет всякая надежда удержать Зверя Времени, а сами мы будем навсегда выброшены в какую-нибудь чужую эпоху…

Повернулась ручка двери. Мы сразу бросились в дальний, темный угол комнаты и укрылись за выступ огромного шкафа. Чарли скрипнул своими железными суставами, и Помфрет тихо выругал его:

— Достань масла, Чарли!

— Есть, босс!

Дверь открылась, и вошел Вэзил Станнард — на двадцать лег моложе того человека, что стоял среди нас с открытым от изумления ртом. У нашего хозяина отвисла челюсть! Он еле пробормотал:

— Но это же я!

Вслед за этим младшим Станнардом появился он, долгожданный агент уничтожения — им управлял далекий Зверь Времени из своего Склепа, погребенного в песках.

Молодой Станнард обернулся и с криком ужаса рухнул на пол с раскинутыми руками. В эту секунду Бреннан выступил вперед и всадил короткий луч своего «Крейтона-80» в железнообутого монстра. Но почти в то же время комната задрожала и огни замигали во временном переходе.

— Я… я помню, это! — прохрипел Станнард.

Мы напряженно ждали.

— Он не может запустить сюда своего киллера, не затащив вместе с ним и нас! Боже мой! Это может длиться…

— Чертовски долго! — подхватил я. — Думай, Холл! Надо расколоть этот орех, найти выход из вечного шаха!

Быть может, думал я, с жалостью поглядывая на красно-золотые волосы Лотти, на ее белоснежную кожу, — быть может, нам удастся как-то вырваться из страшной временной петли — так, чтобы не произошло этого ужасного бегства по картинной галерее… и, может быть, — находки обезглавленного тела девушки в беннетовском комоде…

На ковре отвратительной кучей лежал застреленный Бреннаном железноногий — вместе с нами его захватило во временной прыжок; и теперь я разделался с этой падалью одной вспышкой своего «Фарли». Только запах паленого мяса повис в воздухе, да черное пятно осталось на ковре.

— Экономка так и не поняла, что это такое, — заметил Станнард. — Мы продвинулись вперед лет на пять. Если не ошибаюсь…

Он не кончил: мы услышали тяжелое дыхание человека, в безумном страхе ломящегося в дверь; дверь распахнулась настежь, и вбежавший Станнард подскочил к одному из ящиков письменного стола. Он открыл его наполовину и уже вынимал оттуда пистолет, когда в дверях появился крылатый орлиноголовый гений…

Я не мог бы сказать точно, чья именно пушка испарила этого демона. Конус смертоносной радиации стянулся в луч — и ничего не осталось.