Айзек Азимов - Второе Основание

— Миссию? — лениво переспросил Палвер. — Кто знает. Мой отпуск еще не кончился, и он мне нравится. Зачем говорить о новых миссиях? Тебе не сидится на месте, Аркадия?

— Мне? Что вы, мне здесь нравится. Вы и миссис Палвер очень добры ко мне.

Он отмахнулся.

— Я думаю о войне, — сказала Аркадия.

— Не надо о ней думать. Что ты можешь сделать? Если нельзя ничем помочь, то и не стоит мучиться.

— Но я думаю, что теперь Основание потеряло большую часть своих сельскохозяйственных миров. Наверное, продукты там выдают сейчас строго по карточкам.

Папочке стало как-то неуютно, и он заерзал в кресле.

— Не беспокойся, все будет в порядке.

Аркадия почти не слышала его.

— Я хотела бы передать им продуктов. Вы знаете, после того как Мул умер и Основание восстало, Терминус был некоторое время полностью изолирован, и Ган Притчер, наследник Мула, вел осаду. Продукты почти кончились, и отец со слов дедушки рассказывал, как люди питались сухими аминокислотными концентратами, просто ужасными на вкус. Одно яйцо стоило тогда двести кредиток. А затем они прорвали осаду, и с Сантани подоспели продуктовые звездолеты. Наверное, все это было страшно. Что и говорить, сейчас там происходит то же самое.

Наступило молчание, затем Аркадия заговорила снова:

— А знаете, могу поспорить, что Основание платит сейчас колоссальные деньги за продовольствие. Вдвойне, втройне и даже больше. Если бы какой-нибудь кооператив Трантора взялся за такую миссию, то, конечно, мог бы потерять несколько звездолетов, но зато все члены его стали бы миллионерами. В былые дни торговцы Основания постоянно так делали. Когда шла война, они рисковали и продавали воюющим сторонам все необходимое, зарабатывая по два миллиона кредиток за один только рейс. Представляете, два миллиона чистой прибыли! Больше товаров просто не помещалось в трюмах их кораблей.

Папочка зашевелился. Сигара продолжала гореть, но он не обращал на нее внимания.

— Продуктовая сделка, да? Гм. Но ведь Основание так далеко!

— О, я знаю! Думаю, что здесь у вас не получится ничего организовать. Если бы полетели на рейсовом звездолете, то, возможно, добрались бы до Массены или Смишека, а там всегда можно нанять маленький скутер, который проскочит через все осадные линии.

Прикидывая выгоду, папочка задумчиво перебирал пальцами волосы.

Через две недели все приготовления к путешествию были окончены. Все последнее время мамочка суетилась, крича сперва, что это просто самоубийство, потом настаивая на том, чтобы папочка взял ее с собой. При этом всякие возражения были бесполезны.

— Мать, ты ведешь себя как старая леди, — говорил ей папочка. — Я не могу взять тебя с собой, это не женское дело. Ты думаешь, война — это забава? Детские игры?

— Почему тогда летишь ты? Неужели считаешь себя мужчиной, старый дурошлеп? Да ты одной ногой в могиле! Пусть ним делом занимаются молодые, а не старые, толстые и лысые, как ты.

— Я не лысый, — с достоинством возразил папочка. — У меня еще много волос. И почему это я должен упускать свою выгоду? Почему это должно достаться молодому? Слушай, тут пахнет миллионами!

Мамочка знала это и потому сдалась.

Увидев Палвера перед отлетом, Аркадия спросила:

— Вы летите на Терминус?

— А что в этом такого? Ты сама говорила, что им нужны хлеб, рис и картофель. Вот и я заключу с ними контракт.

— Тогда… У меня к вам просьба. Если вы будете на Терминусе, не сможете ли вы навестить моего отца?

Лицо папочки покрылось морщинами и засияло от симпатии.

— Ох, старый я дурак, ждал, пока ты сама мне напомнишь. Ну, конечно, я навещу твоего отца и скажу, что ты в безопасности и что у тебя все в порядке. А когда война кончится, я привезу ему его дочь.

— Спасибо. Я скажу вам, где живет папа. Его зовут Торан Дарелл. Наш дом находится в Сентмарке. Это совсем рядом с Терминус-сити, и туда ходит рейсовый самолет. Адрес: пятьдесят пять, Чарнелл Драйв.

— Подожди, я запишу.

— Нет, нет! — Аркадия схватила его за руку. — Этого нельзя записывать, и вы должны найти наш дом без посторонней помощи.

Похоже было, что папочка удивился, но он только пожал плечами.

— Ну, хорошо. Значит, пятьдесят пять, Чарнелл Драйв в Сентмарке, рядом с Терминус-сити, и попасть туда можно на маленьком самолете, правильно?

— И еще одна деталь…

— Да?

— Вы передадите ему то, что я сейчас скажу?

— Ну, конечно!

— Я хочу сказать это на ухо.

Палвер наклонил к девочке слегка отвисшую щеку, и Аркадия тихо прошептала ему на ухо. Глаза папочки округлились.

— Ты хочешь, чтобы я передал это? Но это же бессмыслица!

— Он поймет. Просто передайте ему то, что я сказала, и именно этими словами. Не перепутайте и не забудьте.

— Да как я могу забыть всего четыре слова! Вот, слушай…

— Нет, нет! — Аркадия аж подпрыгнула на месте. — Не повторяйте! Никому и никогда не повторяйте этих слов. Забудьте о них, пока не встретите моего отца. Обещаете?

Папочка снова пожал плечами.

— Ладно, обещаю. Пока!

— Пока, — повторила Аркадия, глядя ему вслед.

Палвер шел к аэротакси, которое должно было отвезти его в космопорт, а девочка думала, не подписала ли своими словами ему смертный приговор. Увидит ли она его снова?

Аркадия едва осмелилась войти в дом и посмотреть в глаза доброй, хорошей мамочке.

Наверное, когда все кончится, ей лучше убить себя за то, что она сделала с этими людьми.

13. Конец войны

Квирстон… битва между силами Основания и лорда Сетгина при К. имела место 9.17.377 Э. О. Это была последняя битва Основания в период запланированного тысячелетия.

Галактическая Энциклопедия

Джолю Турбору нравилось, как он выглядит в новом военном мундире, который он надел, став военным корреспондентом. Ему доставляло огромное удовольствие быть снова в космосе и видеть настоящую битву, а не ту призрачную, что велась со Вторым Основанием.

Правда, эта война не отмечалась пока победами Основания, но смотреть на все еще можно было философски. По истечении шести месяцев сражений само Основание и его Четыре Королевства не были побеждены, и в их распоряжении пока находились основные силы космического флота. Благодаря новым пополнениям флот стал более сильным в численном отношении и еще сильнее в техническом.

В это время третий флот, в котором служил Турбор, находился на границе с Анакреоном. В комнату Турбора вошел младший офицер Типпелиум. Предложив корреспонденту сигарету, он лихо заломил на затылок фуражку.