Эдмунд Купер - Транзит

Авери как раз закреплял кончик последнего бинта, когда Том, как это ни удивительно (чем-то даже смахивало на чудо), пришел в себя.

- У меня вся спина горит, - пробормотал он. - Что случилось с моей спиной? Кто, черт возьми... - Широко раскрыв глаза, он схватил Авери за рукав. - Ричард, ты...

- Да, я его вынул. Не волнуйся... Операция вряд ли войдет в учебники, но пациент остался жив.

- Дорогой, - проворковала Мэри, - как ты себя чувствуешь?

Новое чудо. Тому удалось издать звук, который при большом желании вполне можно было принять за смех.

- Как я себя чувствую? Отличный вопрос! Дайте мне глотнуть виски... Боже мой! Они сцапали Барбару!

Мысль об этом, похоже, причиняла ему чисто физическую боль.

- Это ты уже говорил, - сказал Авери, стараясь говорить спокойно. Давай, не тяни...

Мэри достала бутылку с виски и поднесла ее к губам Тома. Она наклонила ее слишком сильно. Том захлебнулся, виски потекло по его груди. Он закашлялся и тут же перекосился от боли.

- Мы слишком близко подошли к их чертову лагерю, - прошептал он, справившись с кашлем. - Наверно... Нет, честно говоря, мне очень хотелось исследовать их территорию... Даже не знаю, добрались мы до нее или нет. Мы шли вдоль ручья. Барбара считала, что это тот самый, у которого стоит их лагерь... Мы шли, и вдруг нос к носу столкнулись с одним из тех золотых парней. У него были копья. У нас - томагавки... Несколько секунд мы просто стояли и глазели друг на друга - взаимное оцепенение. Затем он поднял копье, и я крикнул Барбаре, чтобы она убегала. Первое копье прошло мимо. Я на миг остановился, метнул томагавк и бросился вслед за Барбарой. Тут-то я и получил этот подарок в спину. Видимо, я здорово заорал, потому что Барбара повернулась и побежала назад ко мне. Потом я потерял сознание.

Он с тоской поглядел на виски, и Мэри дала ему еще пару глотков.

- Когда я пришел в себя, - продолжал Том, - вокруг уже никого не было. Только рядом со мной на траве валялись томагавки Барбары. - Том замялся, избегая глядеть Авери в глаза. - Похоже... похоже, они боролись, - он снова замялся. - Но кровь я видел только свою... Так мне, во всяком случае, показалось... Черт, мне было очень больно. Дьявольски больно... Я подумал... Я подумал, что если уж я не умер... - он остановился и вдруг заплакал. - Понятия не имею, как я добрался до лагеря, - всхлипывал он. Я должен был... Ричард, ну скажи хоть что-нибудь... хоть слово... Ради Бога... Да ты должен вогнать это чертово копье мне в глотку!

Рассказ, нестерпимый стыд, горечь поражения окончательно подкосили Тома. Он все еще оставался в сознании, но голова его бессильно упала на грудь. Слезы катились по его щекам, собирались на подбородке, капали на грудь, смешиваясь с кровью и виски. Рыдания причиняли ему боль, но остановиться он не мог. Авери осторожно положил его обратно на постель.

- Ты не виноват, Том, - с трудом выговорил он. - Рано или поздно, но что-то подобное должно было произойти... Они, похоже, просто думают несколько иначе, чем мы... Что бы теперь ни случилось, в конце концов мы придем, по-моему, к схватке. И не на жизнь, а на смерть.

Но Том его уже не слушал. Избыток боли, вынесенные страдания и отсутствие сил милосердно погрузили его в черный омут беспамятства.

Мэри взяла Авери за руку.

- Что же нам теперь делать, - беспомощно спросила она. - Ах, Ричард, что же нам теперь делать?

И тут все для него стало предельно ясно.

- Я должен выяснить, как Барбара. Они ее... - но договорить он не смог.

23

Авери расположился на толстом суку довольно высокого дерева. Он сидел совершенно неподвижно и наблюдал. Он проторчал на этом дереве уже около получаса. Сквозь удобный просвет в густой кроне он наблюдал за лагерем золотых людей, от которого его отделяло всего каких-то пятьдесят ярдов. Скоро сядет солнце. Скоро он должен будет что-то делать.

Насилие никогда не привлекало Авери. Обычно ему становилось плохо от одной мысли о нем. Но жгучая ненависть к золотым людям, так внезапно разрушившим его крохотный мирок личного счастья, не оставляла места для страха. Вместо страха он испытывал жажду мести.

День, начавшийся так хорошо, превратился в сплошной нескончаемый кошмар. Он все еще не мог прийти в себя от шока. Потом, наверно, у него будет истерика или он впадет в депрессию, но сейчас Авери превратился в живой компьютер с мускулами и целью. В машину, работающую на взятой взаймы энергии.

Он не чувствовал ни голода, ни усталости, хотя ничего не ел с самого завтрака. Ненависть и тревога - другой пищи ему сейчас не требовалось.

И однако, стремление поскорее найти Барбару ничуть не мешало сухой машинной логике, управлявшей всеми его действиями. Прежде, чем покинуть Лагерь Два, Авери убедился, что сделал для Тома все возможное. Он сходил также к ручью за водой (компьютер в его голове решил, что Мэри может потребоваться много воды), а по дороге в лагерь набрал еще и целую охапку плодов. Так, по крайней мере, ей не придется надолго оставлять Тома одного. Сделав в лагере все, что было в его силах, Авери вооружился двумя ножами и двумя томагавками и отправился в путь. Он с удовольствием прихватил бы с собой револьвер, но тогда Мэри вряд ли сможет защитить лагерь от нападения.

Дорога заняла у него куда дольше, чем он планировал - почти три часа. Поначалу Авери пытался двигаться по следам Тома, но это оказалось совершенно безнадежным. Он просто-напросто не умел идти по кровавому следу... по правде сказать, он вообще не умел ходить по какому бы то ни было следу. Куда быстрее идти напрямик, в общем направлении лагеря золотых людей. Идти и надеяться, что рано или поздно выйдешь к ручью, около которого и расположен этот лагерь. В конце концов Авери и в самом деле выбрался к ручью, бегущему, похоже, в нужную сторону. Он двигался вдоль ручья, наверно, часа два, и в итоге оказался на необитаемом пустынном пляже. Совсем не там, куда он так стремился. К счастью, Авери узнал это место. Когда они с Барбарой совершали круиз вокруг острова, ему бросилась в глаза скала причудливой формы... Та самая, которую он теперь увидел перед собой. Значит, до лагеря золотых людей отсюда миль шесть по берегу.

Авери вновь углубился в лес, а затем двинулся вдоль моря. Еще через полтора часа он вышел к нужному ручью. Теперь он двигался медленно и очень осторожно. Ему вовсе не хотелось быть застигнутым врасплох.

Обнаружив лагерь, Авери принялся искать место, с которого он смог бы беспрепятственно наблюдать. Сперва он хотел использовать скалу, на которую они лазили вместе с Барбарой, но днем на ней его наверняка бы заметили. В конце концов он остановил свой выбор на большом раскидистом дереве.