Юрий Яровой - Четвертое состояние

А теперь разрешите перейти к сути моего письма.

Как мне удалось установить, Колющенко все-таки сфотографировал биоплазму (атом-икс), что, как мне говорили юристы, откроет ему все двери в Комитет по делам изобретений и открытий — для регистрации крупнейшего в науке открытия, которое я предсказал, как вы помните, еще в 1944 году, а в 1964 году свое предсказание подтвердил уже применительно к живой Материи.

В связи с этим, глубокоуважаемый Геннадий Александрович, у меня к вам нижайшая просьба: выяснить в Комитете — подал ли соответствующую заявку Колющенко и кого он включил в список первооткрывателей биоплазмы. А также на чье имя в Комитете я должен подать заявление и соответствующие документы, подтверждающие мое авторство, если моего имени в этом списке нет. Надо ли в этом случае иметь за собой поддержку какой-либо организации (я могу такую поддержку получить в нашем областном Совете ВОИР[14]) и в каких бумагах эта поддержка должна выражаться?

Не скрою: меня очень и очень обрадовало ваше твердое решение оказать мне поддержку в защите авторства научной концепции биоплазмы (атом-икс). Согласен с вами полностью, что издание хотя бы части моих трудов, доказывающих мой приоритет в этой области науки, весьма поможет мне восстановить попранную сейчас справедливость.

В. Гринеев,

инженер-изобретатель,

г. Победный, 02.11.74 в.

P. S. Решение относительно заявления в ученый совет Средне-Азиатского университета оставляю за собой».

XVII

«Гена, дорогой, какой ты молодец! И как мне жалко тебя — больного, с распухшей от пива печенью. Я, конечно, подозревала, что ты страдаешь запоями (однажды ты даже признался мне в этом — помнишь? Напиться бы, писал, да с кем?), но чтобы в полупьяном виде обсуждать такие серьезнейшие проблемы науки? Нет, Геночка, ты меня удивляешь по-прежнему, есть в твоей бесшабашной натуре действительно что-то бессмертное, неискоренимое.

Я передала Антону все твои гипотезы (и твоего расчудесного Бори Чугунка — тоже): и относительно электроаурограмм проф. П. Гуляева (по нашему мнению, это все же электрический фон жизнедеятельности нервной системы человека и животных, так как, по расчетам, энергия излучения биоплазмы на три порядка ниже), и ваши оригинальные соображения по поводу трехмерной голографии (в какой-то степени твой Боря прав, это действительно подлинник оптико-физических свойств тела, так что сама по себе идея голографического двойника не такая уж и мистика), но самая интересная, на мой взгляд (и Антона тоже), ваша мысль о том, что при наложении оптического изображения тела в «трехмерной голографии» на световое поле биоплазмограммы организма, которое, ты прав, может вобрать в себя и электрическое поле — производную жизнедеятельности нервной системы, — произойдет новая интерференция — «голография в голографии».

Не знаю, что имел в виду твой Боря, когда высказал гипотезу об исчезновении из объема «трехмерной голографии» королевского пуделя в его фильме, однако в этой мысли действительно что-то есть. Но лично меня греет другая — в сопоставлении с «формулой жизни» академика Энгельгардта. И вот почему.

Биоплазмограмма организма человека несет в себе поток информации. Это бесспорно. Но можно ли в этот поток «влить» энергию? И дальше: потоки энергии и информации будут, естественно, обесцениваться. Возникает вопрос: можно ли при помощи энергии луча лазера создать в объеме «трехмерной голографии», до которой вы додумались с твоим Борей, устойчивый биоэнергостаз организма человека, тождественный оригиналу? Мне кажется, проблема устойчивости такого резонансного стереобиоэнергостаза человека-кристалла по своему характеру близка к проблеме создания устойчивого контура высокотемпературной плазмы. Как ты знаешь, плазму уже научились удерживать в равновесном, резонансном состоянии миллионные доли секунды. Однако в природе сгустки плазмы могут находиться в устойчивом состоянии и гораздо большее время — я имею в виду шаровые молнии. Нет ли физической аналогии между стереобиоэнергостазом плазменной системы человека и таким же стереоэнергостазом шаровой молнии? Антон давно уже носится с этой идеей, вопрос в том — как ее проверить экспериментом. А если все же Антон прав и шаровая молния удерживается в устойчивом состоянии при помощи такого же резонансного контура, которым, по нашим предположениям, удерживается и стабильность биоплазмы в организме человека? Да, Гена, что-то подобное эффекту «трехмерной голографии» — зрительный образ материального тела, целиком состоящий только из потоков лучистой энергий, модулированной по определенному «тексту» — потоком информации. Представь: нам удалось совместить зрительный образ — «трехмерную голограмму» Джоконды с усиленным многократно голографическим изображением ее «души» — биоплазмограммы. Нам удалось и найти режим резонанса этих двух световых полей — зрительно-голографического и биоинформационного. Удастся ли «биоэнергетическому образу» Джоконды преодолеть стремительный рост энтропии? Преодолеть самораспад? Представь: приборы зарегистрировали резонанс в этом «биоэнергетическом образе», я выключаю лазер, накачавший «образ», его субстанцию, энергией, и... Что произойдет, Гена? Вот и я тебе загадала загадку.

А вообще — я за тебя рада. И за твоего Борю. Нельзя ли его перетащить в нашу лабораторию? Вот было бы прекрасно! Только не злоупотребляйте, пожалуйста, пивом: это ведь тоже самораспад личности.

Твоя Мила.

10.XI.74 г.»

XVIII

«Милочка, родная моя, как я рад!! Пришел домой; злой, усталый — света белого не видел бы, и вдруг — твое письмо. Ах какое письмище!.. Распад личности? Я давно уже деградирую, Милочка, это я знаю абсолютно точно, и одно лишь мне в этом утешение — мудрость великого Шоу. Знаешь, что он сказал по этому поводу? «Развитие личности — процесс подсознательный, который сразу же прекращается, как только о нем начинают думать». Так стоит ли об этом думать, Милочка?

Но какое роскошное письмище! Валяюсь на диване прямо в парадном костюме и грязных ботинках и третий раз перечитываю свою радость. Я уже и забыл, когда ко мне так обращались — по-человечески. Милочка, я сейчас в таком экстазе (ни грамма алкоголя — клянусь!), что хоть беги в кассы Аэрофлота. Представляешь? «Срочная. Алатау. Вылетаю сегодня. Рейс...» Не помню. Неважно. Дальше: «Ко всем чертям с матерями катись вся наша дурацкая закомплексованность! Жизнь дается однажды. И любимая — тоже!» Эксперимент всегда ведь опережает теорию, а у нас с тобой, Милочка, что-то наоборот. Не находишь? А как хочется тебя увидеть, как хочется заглянуть в твои глаза, дотронуться до твоего лица... Хоть умри — так хочется.