Уэн Спенсер - Оборванный след

— Алисия не говорила, что должна с кем-то встретиться? Или что хотела бы?

Сесилия покачала головой, пробежала глазами по комнате, но ничего не увидела.

— Больше я ничего не помню.

Он коротко описал похитителя, высокого блондина, предусмотрительно не упомянув о группе крови. Сесилия не назвала никого конкретного и вообще с трудом представляла, кто мог бы похитить девушку. Укия выписал на бумажку загадочный номер из ежедневника Алисии. Продавщица покачала головой. Зазвонил колокольчик на двери, предупреждая о появлении новых покупателей, и вошли несколько женщин. Укия достал свою визитку.

— Спасибо. Если припомнишь что-нибудь, найдешь меня по первому номеру.

— Конечно, никаких проблем. Надеюсь, вы ее разыщете. Она была очень мила.

Алисия написала только Подземка? Сэм расшифровала это как «Подземный мир Пендлтона, на углу Первой и Эмигрантов». Пропустить это огромное здание было невозможно: на стене издалека сияла большая рука, указующая на перекресток. Над дверью виднелась надпись «Сувениры и подарки», за ней открывалась комната с двумя окошками, как в банке. На подоконнике сидел манекен, изображающий Авраама Линкольна.

На стене висела карта мира, утыканная тысячами разноцветных флажков. Гости могли приколоть значок у того места, откуда они приехали, и Алисия воткнула желтый флажок в кучу около Питтсбурга.

На звон дверного колокольчика из бокового помещения вышла женщина.

— Добрый день. Должна вас огорчить, на сегодня и завтра все туры проданы. Могу заказать вам место на понедельник.

— Я частный детектив, пришел по поводу похищения. Могу я задать вам несколько вопросов?

— Похищение?

Укия достал фотографию Алисии.

— Это Алисия Крэйнак. Похищена в начале недели. Ее дядя нанял меня для поисков.

Женщина внимательно посмотрела на снимок.

— Я ее не узнаю, но ведь у нас каждый день бывает столько народу. Люди болтаются здесь, покупают подарки в лавке и уходят. Проводник тура проводит с посетителями полтора часа, так что, если она ходила на экскурсию, то ее мог запомнить гид.

— Могу я с ним поговорить?

— С ними. Их несколько. Все зависит от того, когда она здесь была.

— Скорее всего в субботу, где-то между первым августа и последним воскресеньем.

— У нас есть книга посетителей, и большинство вносят туда свои имена. Надо проверить, не вписала ли она туда себя.

Она провела Укию в маленький магазинчик с подарками, которые отличались большой оригинальностью. Некоторые относились к жизни ковбоев с Дикого Запада, другие вышли из рук индейских мастеров; еще там было удивительно много китайских безделушек.

Над всем этим возвышался стеклянный ящик с медведем гризли, который стоял на задних лапах, разинув пасть и готовясь издать пронзительный рык. Как всегда бывает, зверь показался ему слишком маленьким, по крайней мере в детстве медведи были больше. В редком меху на брюхе виднелся неровный шов, но клыки длиной в человеческий палец производили впечатление.

Билетерша стояла за медведем, она пролистывала толстую книгу посетителей и напевала:

— Алисия. Алисия. Алисия. Крэйнак. Ее так звали? Питтсбургский университет?

— Да, это она.

— Была у нас седьмого августа. — Женщина указала на строчку в книге. — Я посмотрю, кто тогда дежурил.

Та суббота выдалась очень хлопотной: седьмого августа расписались больше ста человек. Роза и Алисия посетили один и тот же тур, девушки занесли свои имена рядом. Большинство людей прибыли с Западного побережья, была одна супружеская пара из Австралии и еще одна из Бостона. Как ни странно, из местных не было никого — если, конечно, все посетители отметились в книге.

— Вам везет. — Билетерша вернулась. — В тот день дежурил Фрэнк, и сегодня он здесь. Он внизу, меняет лампы для следующей группы.

— Могу я с ним поговорить?

Она объяснила, что надо выйти на улицу и повернуть за угол. Снаружи Укия увидел две надписи «Уэбб» и «Грант», выбитые на углу дома.

Это же изначальные имена, какими их помнит Ренни!

На первом этаже раньше был игорный дом, а на втором располагался бордель. Юноше стало интересно, почему изменили старые названия. Он вошел в комнату и обнаружил, что она осталась прежней — в некотором роде. За столами сидели одетые в голубые джинсы и ковбойские шляпы манекены, в помещении царили все те же холод и мрак, как он и помнил. Откуда-то издалека донеслась ругань, и Укия сделал несколько шагов в сторону второй двери.

— Фрэнк?

— Кто там?

Он шел за голосом по лабиринту из комнат.

— Эй!

— В следующей комнате, — послышалось уже совсем близко.

Это оказался практически пустой полуподвал с высокими потолками. Посередине прямо под керамической люстрой стояла лестница, а на ней мужчина с лампой в одной руке и фонариком в другой. На полу лежало еще несколько коробок с лампами.

— Вы Фрэнк?

— Он самый. — Фрэнк наклонился и протянул Укии лампочку. — Можете подержать? Мне рук не хватает.

Тот взял лампочку и фонарь, и Фрэнк спокойно полез вниз. Это был высокий, крепко сбитый парень с темными волосами и добродушной улыбкой.

— Я частный детектив, — представился юноша. — Меня зовут Укия Орегон.

— Привет! — Фрэнк усмехнулся, и они пожали друг другу руки, причем Укии пришлось засунуть лампу и фонарь под мышку. — Давай заберу все это. Спасибо. На самом деле это работа для двоих, но сейчас все слишком заняты. Укия? Как город?

— Меня назвали в честь города, — лаконично объяснил он, опасаясь, что разговор уйдет в ненужную ему сторону. В Питтсбурге таких проблем никогда не возникало. — Я занимаюсь делом об исчезновении Алисии Крэйнак.

— Кого? — Фрэнк положил прогоревшую лампочку в пустую коробку.

Укия кратко изложил суть дела и подвел итог:

— Теперь все больше кажется, что ее похитили. Сейчас мы проверяем все места в Пендлтоне, где она была.

— Чтобы узнать, с кем она встречалась и кто мог за ней проследить и похитить.

— Да. — Укия неуютно поежился. — Но пока у нас никаких зацепок.

— А через три дня этот город взорвется туристами. Вам уже говорили о скачках?

Укия покопался в памяти.

— Да, население увеличивается втрое.

— Ага. У нас уже чувствуется суматоха. Фотография девушки есть?

Укия вытащил снимок Алисии и показал Фрэнку.

— Я помню ее. Не уверен, что скажу вам что-нибудь важное, но я ее помню.

— Все равно расскажите.

— Не помешает, если я продолжу разбираться с лампами? Многие перегорели во время утреннего тура, а уже через двадцать минут начнется новый.

— Конечно. — Укия убрал фотографию. Фрэнк сложил лестницу и уже приготовился ее нести, но взгляд его упал на брошенные на полу коробки с лампами.