Александр Рибенек - Перевал - мир иллюзий

Леха и Алиса поднялись с земли, стыдливо прикрываясь руками. Я порылся в рюкзаках и бросил парню запасную одежду, а девушка сама достала себе белье. Их-то одежа сгорела вместе с палаткой. Слава Богу, наши вещи находились снаружи (иначе внутри было бы не повернуться)! Пока они одевались, я копил в себе гнев, чтобы выплеснуть его наружу, когда они будут готовы. - Ну что, любовнички, доигрались? - наехал я на них сразу же после окончания процедуры одевания. - Черт возьми, Леха, ты вроде бы неглупый парень, участвовал во многих боевых операциях, а совершил две такие непростительные ошибки! Разве я не предупреждал, что Перевал не любит шума?.. - Слушай, ты нас все время о чем-нибудь предупреждаешь! - возмутилась Алиса. - Отчитываешь нас, как нашкодивших детишек! То нельзя, это нельзя!.. Сколько можно? - Может, ты хочешь пойти одна по Перевалу? - предложил спокойно я, хотя внутри все кипело. - Давай, валяй! Посмотрим, далеко ли ты уйдешь. И не такие, как ты, гибли здесь! - Алиса! - попыталась вмешаться Ольга. - Ты не права. Саша... - А тебя вообще не спрашивают! Еще неизвестно, чем вы тут сами занимались! - прикрикнула на нее та и добавила презрительно. - Голубки!..

Ольга не нашлась, что ответить на такое откровенное хамство. Дело шло к крупной ссоре. Тут решил сказать пару ласковых этой дамочке я, но меня опередил Верный. - Заткнись! - рявкнул он своим хриплым голосом. - Если бы не Хозяин и Стражи Перевала, покоиться бы вам сейчас в желудках этих тварей! Он спас тебя, а ты его хаешь! Если сейчас же не замолчишь, я укушу тебя. Поверь, это будет очень неприятно и больно... - В самом деле, малыш, - обратился к ней Леха, - ты перегибаешь палку! - Да заткнитесь вы все! - крикнул я, чувствуя огромную усталость во всем теле и онемение в правой руке. - Ложитесь спать. Завтра нам предстоит много пройти. - А в чем нам ночевать? - обратилась ко мне Ольга. - Наша-то палатка сгорела. - А у вас что, была всего одна? - удивился я. - Нет, - ответил Леха. - Другая осталась у Алекса с Константином. - А моя палатка - двухместная, - задумчиво заметил я скорее для себя, чем для других. - Что же нам делать? В моей нет таких удобств, как в вашей. - Это не страшно! - заявила Ольга. - Хорошо, - согласился я. - Вы ложитесь, а мы с Лехой устроимся снаружи. Нам не привыкать. Так, сержант? - Ты иди тоже ложись, - предложил он, не ответив мне. - Я подежурю до утра.

За этот день я так утомился, что не стал возражать, хотя мне и не очень-то хотелось оставлять Леху одного. Предупредив его, чтобы он будил меня, если увидит что-нибудь странное, я стал укладываться. Вместо подушки подложил под голову свернутое одеяло и скоро погрузился в крепкий сон, ощущая под боком тепло четвероногого друга, который, благодаря, наверное, волшебству, ожил и обрел удивительную способность. Впрочем, многочисленные шрамы, прощупывающиеся на голове и горле, наводили совсем на другие мысли...

Эти соображения были очень интересными, но я уже не мог сосредоточиться, уплывая в сон, который все перемешал в голове.

9.

На Перевале мне всегда снились странные сны. В ту ночь мне снился тот мир, частицей которого и был Перевал. Мне виделись города во всем великолепии, замки с развевающимися на шпилях зубчатых башен знаменами. Мне снились люди в странных одеяниях - горожане, крестьяне, воины. Ну и, конечно, прекрасные дамы, ради которых совершались подвиги и гремели войны. Немалую роль в моих снах играла Ольга. Только ее черты были жестче, и одета она была так же, как и все женщины этого мира. Все отличие состояло в том, что на голове была повязка, а поверх нее - прекрасная диадема с красивым голубым камнем... Снились мне и странные, иногда зловещие, животные, некоторых из которых я видел здесь, на Перевале, а других не видел никогда. Прекрасные леса, луга, реки, озера и горы, которые уже не встретишь на Земле... Все это напоминало мне сказки, которые рассказывала мне бабушка, когда я был маленьким...

Меня разбудил хриплый голос над ухом: - Хозяин, пора вставать. Уже светает...

Я открыл глаза и увидел перед своим лицом собачью морду. С большим трудом мне удалось вернуться из мира грез в мир реальный, в который совсем не хотелось возвращаться. Но я был разбужен. Разбужен говорящим псом, что больше было похоже на сказку...

Верный посмотрел на меня своими умными глазищами и сказал: - Хозяин, ты как-то странно выглядишь! - Почему? - спросил я, садясь. - По твоим глазам я вижу, что ты далеко отсюда, - ответил пес.

Я улыбнулся. - Я видел очень интересный сон, Верный. - Про Перевал? - поинтересовался пес. - Да, а как ты догадался? - удивился я. - Мне самому здесь всегда снятся сны про Перевал, - сообщил он.

Мое удивление еще больше возросло. Я сел. - А собакам тоже снятся сны? - Конечно. Что мы, не люди?

Мы с ним долго смеялись над его шуткой. Потом он вдруг резко оборвал смех и сообщил, сразу став серьезней: - Хозяин, с твоим другом не все в порядке. - Что с ним? - встревожился я. - Я не силен в медицине. Посмотри сам.

Я встал и подошел к Лехе. Парень сидел, положив автомат на колени, но вид у него был больной и изможденный. Он медленно повернул ко мне голову, и я увидел пот, выступивший на лбу, а в глазах - боль и страдание. - Что, Леха, так плохо?

Он кивнул. - Давай посмотрим твою рану, - предложил я. - Только не буди девочек, - попросил Леха. - Я не хочу, чтобы они видели это...

Я осторожно снял повязку. Рука в этом месте сильно распухла и приобрела лиловый оттенок. Это было очень плохо... - Кажется, я приплыл, Саня, - тихо сказал он. - Не болтай глупости! - немного резковато оборвал я его. - Ничего страшного!

Леха покачал головой. - Не ври! Я и сам знаю, что это конец! Эта гадость пошла внутрь... И это не обычное заражение или воспаление. Я что-то подцепил в пещерах. Вчера я напился таблеток и обкололся обезболивающим. Этого хватило лишь до утра. Я чувствую, мне недолго осталось жить...

Я по-настоящему испугался, хотя смерть мне приходилось частенько видеть. Испугался, потому что в его словах почувствовал правду. - Ты что, Леха? Сейчас что-нибудь сделаем! - засуетился я. - К черту все, Саня! - отмахнулся он от меня. - Не гоношись - это бесполезно! Лучше вколи мне побольше обезболивающего. Так хочется дойти!..

Я напоил его таблетками, вкатил укольчик. Подумав немного, достал из рюкзака пачку банкнот и протянул ему. - Возьми, - и пояснил, увидев недоуменный взгляд. - Это деньги Сикорского, которые он дал мне за ваши головы. Бери, бери! - стал настаивать я, заметив его колебания. - На той стороне за эти бабки тебе сделают все, что возможно и невозможно. - А ты? - спросил Леха. - Разве ты не пойдешь с нами?

Я сокрушенно развел руками. - Мне туда соваться нельзя. Ибрагим с меня шкуру живьем снимет, если попадусь ему на их территории. Не забывай, я воевал против них. - Я тоже, - напомнил мне Леха. - Тебя там никто не знает, а меня - каждая собака! - ответил я. - Хотя и для вас есть опасность. Но ничего... Зайдете в любую избу и попросите гостеприимства, - никто вас не тронет и не даст в обиду. Таков закон гор. Только в первые дома после Перевала не заходите. И в чистом поле не попадайтесь - убьют или уведут в неволю. Не забудешь?