Ларри Нивен - Проект «Барсум»

Игроки недоуменно переглянулись.

— Что вы имеете в виду? — спросил Кевин.

— Поверьте, — взмолился Хеберт, — с этой пищей я уже давно имею глубокую духовную связь.

Вдруг Трианна захлопала в ладоши.

— Я, кажется, поняла. Мы должны отнестись к еде, как будто она живое существо.

— А разве мы не относимся к еде с трепетом в обыденной жизни? — усмехнулся кто-то.

Словно в ответ, еда на глазах игроков взмыла в воздух и превратилась в снежинки.

— Вот видите, — с укоризной произнесла Снежная Лебедь. — Пища здесь очень чувствительна. Как мы к ней относимся, так и она к нам.

— Значит, дух пищи нам не поверил? — раздался голос Кевина.

— Меня удивляет, что ты вообще ешь, — повернувшись к юноше, проворчал Орсон.

— Вы что-то сказали, мистер Сэндс? — обратилась к Орсону Снежная Лебедь и хитро прищурилась. — Мне кажется, вы совершенно не хотите есть.

— Что? — не понял Орсон.

— В противном случае вы держали бы язык за зубами.

— Хорошо, я больше не буду.

Как только Орсон договорил, с неба опять посыпались снежинки, превратившись в стол с яствами.

— Духи на нас пока не в обиде, — Снежная Лебедь взглянула на Орсона и указала на пропасть. — Попробуйте вы.

— Кто?! Я?! — испуганно воскликнул Орсон.

— Да, — спокойно кивнула Снежная Лебедь. — Если это удастся вам, то удастся и всем остальным.

Какие-то секунды Орсон колебался, но страх потерять уважение других оказался сильнее. Скрепя сердце, он сделал над пропастью первый робкий шаг… Затем еще один… И еще… Под ногами была пустота и в то же время какая-то твердь. Орсон шел по воздуху, то и дело оглядываясь на друзей и с ужасом всматриваясь в глубокую пропасть.

— Ну и дела… — не веря своим глазам, прошептал Макс.

Наконец Орсон добрался до стола с яствами. Несмотря на довольно прохладную погоду, на его лбу появилась испарина.

Обойдя стол вокруг и глядя на пищу голодными глазами, Орсон схватил одной рукой горсть винограда, а другой — большую грушу. Немного подумав, он решил начать с груши.

— Настоящая! — вскоре сообщил Орсон остальным игрокам. — Редкий случай, когда администрация Парка не считает нас дураками.

Один за другим все игроки преодолели пропасть, отделявшую их от пищи, и принялись за трапезу, благодаря Парк Грез за вкусную еду. Груши действительно оказались сочными и ароматными, а сыр восхитил всех, никого не оставив равнодушным.

Джонни Уэлш смаковал крепкий кофе.

— Божественный вкус, — он закатил глаза от удовольствия. — Такой кофе в последний раз я пил в Денвере.

Всеобщую идиллию портил Макс Сэндс, который почему-то угрюмо молчал и почти ничего не ел. «Интересно, о чем он думает?» — мучилась вопросом Снежная Лебедь. Но узнать мысли Макса не помогло бы и все волшебство Парка Грез.

Вскоре игроки вновь отправились в путь. Поднялся колючий ветер. Становилось все холоднее и холоднее.

Через километр пути узкая тройка запетляла среди серых скал. Залетавший в узкую расщелину ветер грозил сбить с ног, однако игроков это нисколько не смущало. После сытного обеда они пребывали в прекрасном расположении духа и поэтому не обращали никакого внимания на капризы природы.

Пропетляв по ущелью, тропинка спустилась в широкую заснеженную долину. Здесь игроков подкарауливала новая неожиданность: навстречу по глубокому снегу двигалась цепочка полуобнаженных людей. Возглавлял процессию мускулистый мужчина с большим окровавленным карибу на плечах. За мужчиной тянулся длинный красный след.

Поравнявшись с игроками, странная делегация остановилась, и Снежная Лебедь узнала мужчину с карибу.

— Лесной Филин! — закричала она. Мужчина устало взглянул на эскимоску.

— Кто… кто это?

Он подошел поближе, и на его губах появилось некое подобие слабой улыбки.

— Снежная Лебедь, — утвердительно произнес мужчина. — Это ты. Я знаю. Почему ты здесь? Неужели ты уже умерла?

— Нет, Лесной Филин, — покачала головой эскимоска. — Я пришла с друзьями, чтобы сразиться с «Каббалой».

Мужчина понимающе кивнул.

— И как вам, мертвым, здесь живется? — неожиданно спросил Хеберт.

— Неплохо, — немного подумав, ответил Лесной Филин и вновь обратился к Снежной Лебеди: — Я не хотел бы, чтобы ты здесь задержалась надолго. Когда ты снова увидишь своего отца, то передай ему, что я здесь встретил его кузена Серую Выдру. Мы вспомнили с ним его жену. Передай еще, что Серая Выдра сдружился здесь с Плачущим Моржом. Твой отец должен его помнить.

— Надо же, — ухмыльнулся Боулз. — Какая-то «мыльная опера» на том свете.

Снежная Лебедь что-то ответила, и Лесной Филин повел своих людей дальше. В конце цепочки шли полуобнаженные женщины с синими узорами на лицах. Они плакали и, что-то крича, протягивали к игрокам руки.

— Неужели они все уже мертвы? — спросил Макс у Снежной Лебеди.

— Да. Их позвали духи за небрежную татуировку.

Услышав эти слова, Орсон с каким-то новым интересом посмотрел на проходящих мимо мертвецов.

Все женщины в этой странной процессии были высоки и черноволосы, кроме одной, самой последней. Женщину, замыкающую цепочку отличал рыжий цвет волос, зеленые глаза и невысокий рост.

Поравнявшись с игроками, рыжеволосая женщина подняла голову, и Макс не смог удержаться от восклицания:

— Эвиана!

Женщина, казалось, совсем не удивилась.

— Мои друзья, — прошептала она, и по ее щекам покатились слезы. — Я знала, что вы придете за мной даже на тот свет.

ГЛАВА 18

НОВЫЕ ФАКТЫ

Путь до Исследовательского Центра занял каких-то сорок пять секунд. Куда больше времени понадобилось Алексу Гриффину, чтобы разыскать Тома Идзуми. Офис Идзуми располагался в середине длинного коридора на шестом этаже Исследовательского Центра. Именно здесь рождались идеи, которым вскоре предстояло воплотиться в иллюзорную реальность, так потрясающую воображение пресыщенных толстосумов.

— Чем могу быть полезен? — вежливо поинтересовался Том Идзуми.

— Вы уверены, что нас здесь не подслушивают? — вопросом на вопрос ответил Гриффин.

— Можете не сомневаться, мистер Гриффин. Мне и моим коллегам не до сплетен и не до интриг.

— Да, конечно, конечно… — поспешно согласился Алекс и после долгой паузы перешел к делу: — Я хотел бы поговорить с вами о вашем брате Кальвине.

Том Идзуми неожиданно закрыл глаза и, казалось, даже перестал дышать. Через несколько секунд он открыл глаза и пытливо взглянул на гостя.

— Когда погиб Кальвин, нас еще не было в Парке Грез, мистер Гриффин. Не пойму, чего вы хотите.