Владимир Васильев - Тень улитки

Перец хмыкнул, не отвечая.

- А вам, многоуважаемая Рита, Туз Селиванович просил передать особое персональное приглашение... Ваша красота пронзила его сердце.

- Боюсь, что кое-что пониже, - без улыбки уточнила Рита.

- Вас ждет царский прием, - пообещал Домарощинер.

- По-моему, царица у вас уже есть... - заметила она.

- Ну, законы нашего... царства не запрещают быть нескольким царицам... - улыбнулся Домарощинер.

- Не велика честь быть царицей при царе Дерьмо! - все так же спокойно, без улыбки и аффектации сказала Рита. - Тузик, как был дерьмом, так и остался... Только в связи с повышением уровня сточных вод всплыл повыше... Передайте ему, что я глубоко и искренне презираю его как наимерзейшего представителя человечества... А себе уясните, что того, кто вылизывает это дерьмо, то есть вас, в частности, я презираю стократ...

- Под сим подписываюсь и я, - заверил Перец. - Ваше время вышло, Домарощинер! Вон! И немедленно!..

- Ухожу... ухожу... ухожу... - успокаивающе выставив руки, попятился Клавдий-Октавиан, бросив на землю свой белый флаг. - Учили вас, Перец, учили... Ничего вы не поняли... Настоящей власти из вас никогда не получится...

Перец оглянулся. Толпа молча расходилась.

Домарощинер допятился до ограждения, повернулся и засеменил быстро-быстро между рытвинами. Вдруг возле него что-то хлопнуло. И показалось белое облачко. Домарощинер подпрыгнул и стремглав побежал прочь.

- Что это? - тихо спросил Перец.

- Вы же приказали! - доложил МБМ. - Все то же: прочищение глаз и желудка, на память...

"Я не приказывал, а только подумал, - вспомнил Перец. - Или не заметил, как произнес вслух?.. Нехорошо так, с парламентерами... Впрочем, ему конкретно не повредит... В воспитательных целях..."

А теперь они уходили...

"И как я мог руководить ими? - думал Перец, молча наблюдая за исходом. - Руководить, будучи им совершенно чуждым? Как я мог надеяться, что жизнь, устроенная по моим идеалам, понравится им?.. Утопист... Самонадеянный пацан... Домарощинеру понадобилось всего несколько слов, чтобы они пошли за ним... А может, они пошли не за ним, а за реальной властью?.. Законной властью... Как бы ни был чужд им закон, ее установивший... И совсем неважно, что им говорил Домарощинер?.. Что толку гадать! Не гадать - понять надо! Крайне необходимо понять..."

Из столовой появилась буфетчица, толкая впереди себя тележку для продуктов, доверху нагруженную далеко не только продуктами.

- Квентинчик, лапочка, не поможешь ли? - сладким голоском обратилась она к Квентину, мрачно стоявшему возле Танка в явной растерянности.

- Помочь?.. - пробормотал он под нос, озираясь на Риту.

- Помоги-помоги, - кивнула Рита. - Видишь - женщина мучается... Она тебе не раз помогала. Теперь твоя очередь.

- Да-да, - кивнул Квентин и бросился к буфетчице. Ухватился за ручки тележки и принялся усердно толкать ее перед собой.

Буфетчица довольно улыбнулась и победно посмотрела на Риту.

- Я очищу озеро! - словно оправдываясь, пообещал Квентин, поравнявшись с Танком. - Кто-то должен этим заниматься, пока вы воюете... Я взял нужные штаммы с собой...

- Молодец, Квентин, - ободряюще улыбнулась Рита. - Я надеюсь на тебя. И уверена в твоей победе... На, возьми и мои штаммы, - протянула она ему металлический сосуд с завинчивающейся пробкой, который вынула из нагрудного кармана рубахи. - Вылей в озеро вместе со своей порцией. Желательно после механической очистки, хотя можно и без нее... И в этом добром деле мы с тобой будем вместе.

Квентин принял из ее рук сосуд, убрал его в карман и с явным ожиданием посмотрел на нее.

- Иди-иди, - помахала рукой Рита. - Хотя постой, иди сюда.

Квентин подошел. Рита обняла его и чуть коснулась губами лба. Едва заметное лиловое облачко окутало их головы.

- Будь счастлив, Квентин, - искренне пожелала Рита, и он, ухватившись за тележку, резво повез ее по бывшей дороге к Управлению.

- Многие знания - многия печали... - объяснила Рита, заметив

вопросительный взгляд Переца. - И кончилось время любви, и настало время

дружбы... - провозгласила она.

Глава 9

Они не торопились к Белым Скалам. Правда, никакого уговора о темпах и сроках путешествия между ними и не было. Хотя и Кулак с Колченогом просили поспешить, и Тана говорила Наве, что времени в обрез. И все же, понимая резонность уменьшения сроков экспедиции, они не спешили. Можно было оседлать мертвяков и домчаться до Белых Скал давным-давно, однако и Нава, и Кандид чувствовали, что после посещения Белых Скал жизнь их может измениться самым кардинальным образом. Главное, встанет вопрос о необходимости разлуки. Но ни одному из них, как оказалось, не хотелось менять жизнь, тем более, кардинально. Еще меньше хотелось расставаться. Вот так бы идти и идти, куда глаза глядят, питаться тем, что Лес пошлет, и разговаривать, познавая друг друга, или сидеть рядышком, молча, просто ощущая успокаивающую близость друг друга.

Хотя Нава не рассказала Кандиду о тайном поручении подруг, боясь, что это вызовет отчуждение между ними, он почувствовал, как она посерьезнела после встречи с Таной, стала чаще замыкаться в молчании. В такие моменты Кандид подходил и садился рядом, если она сидела, и брал ее за руку. А если шла, то все равно, брал за руку и шел рядом. Судя по тому, что руки она не отнимала, ей это нравилось. Только однажды, в самом начале, Кандид сказал:

- Когда тебе понадобится помощь или, просто, захочется поговорить вспомни обо мне.

Нава посмотрела на него и согласно кивнула. Больше он не надоедал ей расспросами.

Однако и Нава заметила, что временами с Кандидом происходит что-то странное: он вдруг мрачнеет, становится раздражительным, отказывается купаться с ней в озерах голышом. Ее попытки расспросить его о причинах такого поведения ни к чему не приводили - он утверждал, что все нормально, а она все придумывает. Тогда она подумала, что, возможно, он и сам не осознает того, что в нем происходит. Очевидно, так проявляют себя внутренние биохимические процессы, которые не контролируются его сознанием. И Нава прислушалась к процессам, происходящим в нем. Ей стало все ясно - он был мужчиной с присущими ему биологическими потребностями, которые он успешно подавлял усилием воли уже не один год, но в последнее время они начали выходить из под его сознательного контроля. Почему?.. По всей видимости, кто-то должен был провоцировать его инстинкты, изменять гормональный баланс... Если бы она была женщиной, можно было бы подумать... Но ведь она совсем-совсем не женщина! Да и когда была женщиной, никаких сексуальных эмоций у него не вызывала. Неужели встреча с Лавой так его взволновала?.. Почему-то ей в это не верилось - не было никаких признаков. Ей казалось, что она бы почувствовала... А чувствовала она совсем другое что временами Кандид как-то странно смотрит на нее. Неужели, несмотря на все ее уверения и доказательства, он продолжает видеть в ней женщину? Правда, именно это он и утверждал неоднократно, но она никак не могла поверить. Не может же он не видеть и не осознавать очевидного! Сознательно, наверное, может, хотя, похоже, не очень старается, но она же поняла, что дело в подсознательных, даже бессознательных процессах... Кажется, это именно то, о чем так грубо говорила Тана: "они либо козлы, либо импотенты...". Очевидно, импотентом Кандид не был. Что же делать? Ей было жаль его. Гормональный дисбаланс очень вреден для психики. Войти в него и ликвидировать дисбаланс?.. Но он же не мертвяк, с которым можно было делать все, что угодно, не спрашивая на то разрешения... Кандид может и обидеться, если узнает. Правда, можно сделать так, что он никогда не узнает... Но это будет обманом, а они еще никогда не обманывали друг друга. Ей не нравилась идея обмана. Тогда она решилась на прямой разговор.