Чарльз Ю - Как выжить в НФ-вселенной

Да, всегда. Да, неизменна. Нет, никогда.

— Мы должны отправиться туда. Сейчас же. — Я стараюсь говорить не терпящим возражения тоном, хотя уже заранее знаю ответ, знаю, что МИВВИ скажет мне сейчас.

— Я сама хотела бы этого, — говорит она, и по голосу чувствуется, как она огорчена, — но уже поздно.

Подняв глаза от диорамы, я понимаю, что она имеет в виду. Мы заходим на вираж и нарезаем круги над настоящим, над одиннадцатью часами сорока семью минутами в ангаре 157, где другой я, я-из-прошлого ждет своей очереди, чтобы повторить уже проделанный мной путь, весь целиком, снова.

(Модуль «ε»)

из руководства «Как выжить в НФ-вселенной»:

Теоремы, раздел «Прочее»

В некоторый момент твоей жизни истинным станет следующее утверждение: «Завтра ты потеряешь все и навсегда».

30

Так вот оно и происходит: я стреляю в себя.

Он уже ждет меня там, внизу. Тот, кто убьет меня. Тот, кем я был.

Я знаю, что так есть и будет всегда, что это уже случилось, и все же я должен как-то остановить то, что произойдет. Знаю, знаю, что не могу. Но не так все просто, когда это происходит с тобой, здесь и сейчас.

Мы уже близко. Лицо МИВВИ превращается в грустный часовой циферблат.

11:46:00. Осталась одна минута.

Прошло, по моим ощущениям, около месяца, а может, и больше, хотя, может, и меньше — я уже не доверяю сам себе и прошу МИВВИ высчитать протяженность пройденного пути.

— Прости? — говорит она, и я тоже прошу у нее прощения за все, за то, что плохо обращался с ней, говорю еще какие-то благоглупости. В последнюю минуту своей жизни поневоле становишься сентиментальным.

— Нет, — отвечает она, — «прости» не в смысле как обычно, а в смысле «я не поняла твой вопрос».

— Другими словами, — объясняю я, — сколько времени мы находились в хронопетле? С объективной точки зрения?

— Боюсь, я все равно не понимаю. — МИВВИ-часы принимают смущенный вид.

11:46:20.

— Да в чем дело-то? — не выдерживаю я. — Простой ведь вопрос. Сколько прошло с нашего старта?

— Ответ на этот вопрос, — говорит она, — в том, что мы еще не стартовали.

— Господи, — говорю я, — ну да, ты права.

— Ты выстрелил в себя и тут же запрыгнул в капсулу. Было ровно одиннадцать сорок семь. Потом ты пытался перепрыгнуть вперед, в будущее, однако оказалось, что там ничего нет. Будущего не существовало. Ты не бывал там прежде, не удалось и на сей раз. Вместо этого тебя выбросило в тот храм вне времени, где тебя до судорог напугала твоя зомбомамочка, и ты удрал оттуда без оглядки.

— Я не удирал.

— Удрал-удрал. Потом на сюжетокорректирующем челноке тебя доставили обратно во время, на ось воспоминаний «отец — сын». То есть в прошлое. Это значит.

— Это значит?..

— Это значит.

— Что это значит?

— Извини, у меня тут слишком много программ запущено. Это значит, что с того момента, как ты выстрелил в себя, ты нисколько не продвинулся вперед. Ни на одну секунду. Ни на миг.

Матерь пресвятая Урсула ле Гуин, а ведь и правда!

— Но как же мое личное время — оно-то двигалось? Или тоже нет? Можно, наверное, как-то определить? — Я пытаюсь разглядеть в зеркале, не отросла ли у меня щетина.

— Ты хоть раз ел с тех пор, как оказался здесь, внутри?

Я на секунду задумываюсь.

— Нет, кажется, — признаюсь я наконец. — Подожди-ка, но ведь я разговаривал с разными людьми.

— Да? И что?

— На это тоже нужно время.

— Вспомни, с кем ты разговаривал?

— С зомбомамой.

— В реальности ее не существует. К тому же она находится вне временной плоскости.

— Парень с челнока.

— Он тоже вне времени.

— А мой отец?

— Это были воспоминания, а не текущие события. И относились они к прошлому. Мы же пытаемся определить, продвинулся ли ты хоть на сколько-то в будущее.

Хм-м, верно.

— Но я ведь и с тобой все время болтал.

— Я компьютерная программа, мы говорим очень быстро. А самое главное, наше общение происходило внутри этой капсулы. Которая, как мы уже установили, никуда не сдвинулась все с тех же одиннадцати сорока семи.

— Я разговаривал с Филом.

— Он тоже программа, и опять же ты не вылезал из своей коробки, чтобы пообщаться с ним.

— У тебя на все есть ответ.

— Похоже на то, — отвечает она с какой-то непонятной мне грустью.

— Да! — восклицаю я. — А как же книга?

— Ты говоришь о том волшебном фолианте, который ты как-то одновременно и читаешь, и пишешь, в котором сохраняется все, что ты говоришь, думаешь и набираешь, причем режимы легко переключаются сами собой? О книге, которая каким-то магическим образом фиксирует деятельность твоего сознания в реальном времени? Об этой книге ты говоришь?

— Ну, если посмотреть с такой стороны, звучит, конечно, не очень-то правдоподобно.

— Я не говорю, что ее не существует. Она вполне реальна. Я просто говорю… Что же я хотела сказать? А! Извини, я сегодня с утра как-то немного не в себе. Давай я лучше покажу наглядно. Открой книгу.

Я открываю наугад.

Перемещение во времени — это:

1) любое перемещение, при котором время, прошедшее для перемещающегося, отличается от времени, замеренного сторонним наблюдателем;

2) хроноповествовательный сдвиг, который создает ощутимый несемантический зазор между внутренним, личным временем перемещающегося и временем, принятым по умолчанию большинством других людей.

— Видишь? Совершенно случайно здесь написано именно о том, о чем мы говорим сейчас. Разве не странно? На самом деле эта книга — нечто такое же ненастоящее, как само понятие «настоящее». Но ненастоящее не значит «нереальное», «несуществующее». Она так же реальна, как и все в этом не-настоящем мире, в этом НФ-мире. Так же реальна, как ты сам. Лестница с картины Эшера, которую можно изобразить, но не построить. Нечто невозможное, самоисключающее, и все же реальное. Реально существующий объект. Вот книга. Вот ты. И она, и «ты» — понятия, имеющие полное право на существование, более того, необходимые человеческому разуму для решения стоящей перед ним задачи — расставить по порядку различные события, выстроить все поступающие из внешнего мира данные в некую последовательность, которая соответствовала бы твоим интуитивным представлениям о причине и следствии, расположить порции, кванты твоего существования так, чтобы в них ощущался хоть какой-то смысл. Ты видишь все через маленькое окошко, через иллюминатор, такой же, как здесь, в капсуле, в твое поле зрения попадает только крохотная часть вселенной, и мозгу приходится идти на разные ухищрения, чтобы домысливать остальное, чтобы жить во времени. И это правильно, так и должно быть, но, с другой стороны, как ты думаешь, сколько занял этот рассказ? Уж наверняка больше сорока секунд, верно? А на самом деле ничего подобного.