Джилмен Рэнкин - Операция "Яманак"

9

– Ты знаешь, что ты наделала?

«Адам» – Стаффорд холодно глядел на «надкушенное яблоко». Раквелл Канлайф нервно дернулась в своем высоком кресле.

– Что еще?

– Ты только что нарушила самое важное правило в инструкции.

– Зато теперь мы будем знать. Шеврон подобрался к чему-то важному.. Если Вагенер бросит его в беде, тогда он я в н о что-то крутит. Совершенно очевидно, что нам следует расследовать это.

– Только попытайся и сразу окажешься на гауптвахте. В один миг.

– По-моему, ты преувеличиваешь.

Сигнальное устройство на ее пульте засветилось пурпурно-красным.

– Ну, теперь ты видишь. Вагенер выходит. Это необычно для этого времени. Держу пари, он собрался встретиться с кем-то относительно этого.

Стаффорд уже перешел свой рубикон.

– О'кей. Возможно, ты права. Пойду посмотрю. Доверяю тебе принести передачу в приемный день и утешить мою мать.

Стаффорд «засек» прямую фигуру Вагенера, когда тот поднялся наверх из подземного туннеля, и последовал за ним, держа дистанцию в пятьдесят метров, в то время как тот быстро продвигался через шлюзовые отсеки на переходной дорожке между зонами.

Это продолжалось недолго. Вагенер сошел у высотного квартала, где располагались службы Регионального Медцентра, и поспешно вошел в подъезд, даже не оглянувшись.

Зайдя за ним следом в вестибюль, Стаффорд успел заметить, как спину шефа скрыла захлопнувшаяся дверь лифта. Он пробрался сквозь пеструю толпу, стоящую в регистратуру, подошел к лифту и стал следить за надписями на панели. Кабина остановилась на двадцать втором этаже. Это была секретная зона, заштрихованная на панели зеленым, которая относилась к правительственному Научно-Исследовательскому Центру. Без сомнения, там у входа располагался контрольно-пропускной пункт. Вагенер мог воспользоваться своим собственным служебным пропуском, выдаваемым только высшему начальству, все остальные подвергались тщательной проверке.

Подъехала вторая кабина, и из нее вышли трое. Еще не имея никакого определенного плана, Стаффорд бросился вперед, обогнав какого-то пожилого мужчину с гипсом на левой ноге, с трудом передвигавшегося в сторону лифта, и вырвал активатор двадцать первого этажа.

Когда лифт тронулся, Стаффорд забрался на полку, предназначенную для носилок, и исследовал потолок. В самой середине располагался аварийный люк. Стаффорд ослабил зажимы и опустил его внутрь. Выдвижная лестница на внутренней поверхности дверцы опустилась до самого пола, едва не стукнув его по голове, и Стаффорд выбрался на крышу, в заполненное тусклым светом и свистом быстро двигающегося механизма пространство.

Осторожно сдвинувшись почти на самый край, Стаффорд втянул лестницу обратно и закрыл крышку люка в тот момент, когда кабина медленно затормозила.

Когда он выпрямился, двадцать второй этаж оказался как раз на уровне его глаз. Кабина, в которой ехал Вагенер, все еще была здесь. Внимание Стаффорда привлекли скобы в углублении на левой стороне стены. Он ухватился за ближайшую и повис как раз тогда, когда его кабина начала опускаться. Раскачавшись, он поддел носками ботинок механизм расцепления дверей и разомкнул его.

Двойные двери приоткрылись на сантиметр, готовясь принять кабину. Через узкую щель Стаффорд смог разглядеть лестничную площадку и Вагенера, разговаривающего с одетым в штатское и с карабином наперевес охранником.

Даже глава Особого отдела мог столкнуться с определенными трудностями при прохождении в Центр. Безопасность здесь строго соблюдалась.

Стаффорд поднялся чуть выше двадцать второго этажа и оглядел шахту. Как раз прямо над дверью к стене была прикреплена шестью винтами -прямоугольная решетка шириной примерно в полметра. Скорее всего, это была вентиляционная шахта, которая могла привести его в коридор внизу.

Стаффорд принялся отвинчивать гайки, начав с верхнего левого угла, и уже освободил четыре винта, когда почувствовал, как легкий ветерок начал трепать его широкие брюки. Это поднимался лифт.

Стаффорд вытер ладонью взмокшую шею, освободил последний винт и отодвинул решетку.

Но влезть внутрь оказалось не так-то просто, и металлическая рама завибрировала под его руками, когда он, ухватившись за край отверстия, задыхаясь, ввалился внутрь. Бок быстро движущейся кабины коснулся его волос, а открытый в гримасе рот наполнился пылью.

Протискиваясь глубже вперед ногами л ощупывая ими пространство перед собой, Стаффорд через два метра очутился в месте пересечения вентиляционных магистралей. Он повернул налево, развернулся лицом вниз и начал двигаться вперед вдоль узкой круглой трубы, где с каждой стороны у него оставалось не более двух сантиметров свободного пространства.

Абсолютной темноты не было, поскольку в местах расположения вентиляционных выходных отверстий в потолке нижнего этажа пробивались пятна рассеянного света. Через каждые пять метров пространство расширялось, образуя перекресток с перпендикулярной вентиляционной магистралью. Следующее вентиляционное отверстие выходило на главную дорогу. Стаффорд задержался около него, глядя вниз, в облицованный белым кафелем коридор. Через несколько секунд показался Вагенер. Пройдя немного вперед, он 'свернул в комнату направо.

Стаффорд дополз до очередного перекрестка и свернул направо. Через пять метров он натолкнулся на отверстие, забранное решеткой.

Лицо лежащего на койке человека было хорошо знакомо ему. Вагенер успел в рекордное время надеть на себя стерильную сорочку и запрыгнуть в койку.

Чей-то голос без каких-либо ноток теплоты и заботы о больном холодно произнес:

– Вы не должны были сюда приходить. Вам предписывалось избегать посещения aforo места.

Хотя губы лежащего оставались неподвижны, голос Вагенера произнес:

– Я должен был сообщить об этом, ибо рассматриваю это как чрезвычайную ситуацию. Кодовое название операции стало известно агенту Шеврону, а возможно, и его спутникам. По-моему, было большой ошибкой использовать географическое название. Это может указать направление.

– Но вы можете скрыть эту информацию. Позаботьтесь о том, чтобы этот человек.не значился среди живых. А мне остается только надеяться, чго ваш непродуманный поступок не будет иметь серьезных последствий. Конец уже не за горами. Еще несколько дней, и процесс, который мы запустили, станет необратим. Сейчас не время терять, голову.

– Дело не в. потере головы.

– Вы передали информацию. Будем считать, что ваш поступок оправдан. Теперь приступайте к тому, что вы должны были сделать' уже давно.

Стаффорд начал двигаться назад. Ему очень не хотелось оставлять старого ублюдка здесь, на его ложе страдания, но он был не в состоянии представить даже свое собственное ближайшее будущее. В данном раскладе не было абсолютно ничего хорошего, но не было никакого сомнения, что он обязан добраться туда, где на его сообщение отреагируют должным образом.