Стерлинг Ланье - Угроза с Марса

Шум бегущей воды обрушился на людей внезапно в ту самую минуту, когда они собирались войти в тень одной из гигантских красных «шишек», что была свыше семи метров в обхвате. В сущности, именно этот звук их и спас, потому что они остановились. До того они не встречали серьезных водных преград, и Слейтер увидел, как Фенг, Бург и Брин, которые сейчас вели отряд, знаками призывают остальных вернуться. Впереди в тумане блеснул поток, несущийся по каньону.

Дальше туман становился реже, и люди разглядели узкий, но бурный ручей, чьи темные воды изливались справа из буйных зарослей папоротника и гигантских грибов и, пробежав немного, исчезали в сыром сумраке джунглей. На берегу речушки — вряд ли ее можно было счесть чем-то большим — щипала мох пара козлобыков. Самец, такой же крупный, как их вьючные животные, все время нервно озирался, словно что-то насторожило его. В этот миг луч далекого солнца ненадолго разорвал туманную пелену и ярко осветил пасущихся животных, четко выделив их серые шкуры в сочной зелени травы и на охряном ковре мха.

Внезапно влажный воздух был взрезан пронзительным свистом — словно кто-то взмахнул гигантским бичом. Над головами оцепеневших от ужаса людей развернулся красно-бронзовый канат почти в метр толщиной. Он рассек туманную дымку, обвился вокруг самки козлобыка и одним рывком унес ее из вида. Самец, перепуганно блея, бросился бежать вниз по берегу и через секунду скрылся с глаз. И вновь под туманным пологом воцарилась тишина.

— Быстрее! — шепнул Фенг притихшим спутникам. — Данна, проследи, чтобы звери не издали ни звука! Нам придется вернуться к этой штуке и обогнуть ее основание. Мне бы раньше сказать об этом, да сама идея казалась мне слишком сумасшедшей. Эта красная «шишка» — то ли родственница, то ли взрослый экземпляр тех насекомоядных малюток, которых мы видели наверху. Это не растение, во всяком случае, в том смысле, который нам знаком. Если не будем мешкать, проскользнем, покуда оно будет занято козлобыком. Это я виноват, что мы едва не попали в переделку, — сокрушенно сказал Фенг полковнику. — Я все удивлялся, до чего этот крохотный ловец насекомых, которого нашла Данна, похож на гигантские «шишки». Но они, черт бы их побрал, такие большие! Я просто поверить не мог, что у них такое же устройство.

— Забудьте, капитан, — сказал Мюллер. — Никто не знает, на что можно наткнуться в здешних местах, а вы действовали быстро, и это главное. — Он окинул спутников острым взглядом. — Кто-нибудь еще нуждается в лишнем уроке осторожности? Это, между прочим, было всего лишь растение. Те, кого мы ищем, гораздо хуже — это существа разумные, люди или нелюди. А теперь — в путь. Мы приближаемся ко дну каньона, и, думается мне, нас ожидает много любопытного.

— Я что-то слышу, — сказала вдруг Данна, и все мгновенно вскочили. — Слышу разумом, а не слухом. Словно кто-то поет песенку, забавную песенку, и это повторяется снова и снова. Это далеко от нас. Ага, теперь все смолкло. — Путники растерянно переглянулись.

— Может быть, это радио, звук искусственного происхождения, на частоте, которую можешь слышать только ты? — спросил Слейтер.

— Нет, это что-то живое, совсем не радио. Но что — я не знаю.

— Мы не можем тратить время на пустые гадания, — сказал Мюллер. — У нас полно работы. Пошли.

Предсказание полковника исполнилось в точности. Они переправились через речушку чуть ниже по течению и вскоре оказались на почти ровной местности. Но затем продвигаться вперед стало все труднее. Стоячая вода чернела в огромных заводях между морщинистыми корнями гигантских деревьев, грудами поваленных стволов и гниющей растительности. Громадные стволы, покрытые порослью грибов всех оттенков красного, бурого и желтого цвета, на каждом шагу преграждали путь отряду. Гигантские плети папоротника, выныривая из тумана, хлестали путников по лицу. Очень скоро они уже не шли, а ползли, увязая в грязи и густом слое сгнившей зелени и с трудом обходя груды опавших веток и спутанные корни. Неизвестные насекомые настырно жужжали вокруг, впиваясь в залитые потом лица. Мюллер сказал, что они должны спуститься еще ниже — быть может, там отыщется более твердая почва или даже звериная тропа.

Они бродили в сумраке болот уже пару часов, выискивая более или менее сухое местечко для привала, когда Брин, шедший впереди, вдруг вскинул руку, подавая прочим знак остановиться.

— Впереди просвет. Данна, подойди сюда и послушай, не только слухом, но и разумом.

Девушка прошлепала по грязи вперед, по пути ущипнув Слейтера за ягодицу. Под слоем грязи и пота на ее лице блеснула веселая ухмылка. Взглянув туда, куда указывал Милла, она закрыла глаза и напряженно прислушалась.

— Я не чувствую там жизни — кроме мелких тварей, ползающих и летающих, — сказала она, обращаясь к полковнику. — Но — вспомни, я ведь не смогла учуять то хищное растение, которое едва не схватило нас. В этих местах так много живого, что мне нужно долго сосредоточиваться, чтобы расслышать кого-то одного. Впрочем, Милла прав — впереди, слева от нас, светлее или, во всяком случае, не так темно.

Путники медленно, со всеми предосторожностями двинулись в направлении, указанном Брином. Теперь все видели просвет, о котором говорил молодой охотник, — светлая полоса пересекала им дорогу и тянулась, словно изгородь, насколько хватало глаз.

— Слейтер, вы с Артой пойдете вперед и посмотрите, что там такое, — приказал Мюллер. — Держи винтовку наготове, Слейтер, но в случае чего лучше пусть Арта стреляет из лука. Если уж придется кого-то убить, пусть это произойдет без лишнего шума. — Он повернулся к остальным: — Это, кстати, отныне касается всех. Из винтовок и бластеров стрелять только в случае крайней необходимости!

Слейтер и Бург крадучись двинулись вперед, обшаривая взглядом каждое темное пятно. Наконец они различили впереди какой-то подъем, темной полосой выделявшийся в дневном свете. Это был высокий вал, подымавшийся гребнем над болотистой местностью, по которой пробирался отряд. Подойдя ближе, разведчики увидели, что на валу растут только мхи и мелкие ползучие растения — потому-то свет, пробивавшийся сквозь туманный полог, и был здесь намного ярче. Наконец Слейтер и Арта вскарабкались вверх по склону холма, если это был холм, чтобы оглядеться. Почва здесь была плотной и твердой.

По обе стороны от них, насколько хватало глаз, простиралась, исчезая в тумане, основательно утрамбованная дорога, на которой утоптанная земля смешивалась с придавленным мхом. То, что это дорога, а не звериная тропа, ясно стало сразу: справа от них место, где когда-то осыпалась земля, было укреплено бревнами. Дыру, оставшуюся от осыпи, заложили короткими стволами, присыпали сверху землей и камнями и все это утрамбовали, но концы бревен, явно отесанные человеческими руками, остались торчать под насыпью, по которой была проложена дорога.