Атропос (СИ) - Карелин

вымираниям. В тот момент, судя по всему, извергнуться собирались все и сразу. Предсказать последствия подобного события было невозможно. Ясно было лишь то, что ничего хорошего это не сулило для жизни на планете.

Очередная взрывная волна выпроводила китайского дракона в верхние слои мезосферы, настолько сильной она была. Звук запаздывал, и картинка опередила его. С высоты восьмидесяти километров планета была у него, как на ладони. В северном полушарии подобно старой не до конца затянувшейся ране открылась огромная кальдера диаметром в несколько сотен километров. Из нее наружу вырвался раскаленный поток лавы, он пробил все нижние слои атмосферы, прожег дыру в озоновом слое и только в верхних слоях стратосферы стал ослабевать. Фонтан из лавы разлетался во все стороны и выжигал все, что находилось у него на пути: земли, воды, кислород. Сердце Чжан Вея спазматически сжалось от подобного зрелища, он ожидал звука от взрыва и боялся, что один этот звук сотрет его в мелкую пыль. Звук добрался до него только через него минуту и напугал старика до мурашек по коже. Рокот, который стало слышно за несколько десятков километров, в одно мгновение стал громче в несколько тысяч раз и ударил в барабанные перепонки одним оглушительным ударом. Все внутренние органы перетрясло, Чжан Вей попробовал встать, но ватные ноги не слушались. Небольшая надежда остаться на Земле все еще теплившаяся в его сердце была раздавлена чудовищем, вырвавшимся на поверхность планеты. Он смотрел на фонтанирующую лаву и видел, как мощнейшая волна горячего сжатого воздуха окружала земной шар и выжигала все, что встречала на своем пути. Если жизнь была подобна вирусу, то планету дезинфицировало.

Измученный и будто бы постаревший в раз на несколько десятков лет, Чжан Вей отправился в кухню-гостиную. Он налил себе бокал воды и попросил дом закрыть все окна. Он не хотел больше смотреть на умирающую планету. Китайский дракон кружил по околоземной орбите, пролетая мимо осиротевших спутников.

Старику следовало пройти процедуру клеточной реновации, он и так уже слишком затянул с этим. Обычно он проходили ее каждый день, но теперь не забирался в аппарат уже несколько дней. Однако у него не было никакого желания делать это. Впервые за долгое время он почувствовал желание не растягивать искусственно продолжительность своей жизни, а позволить природе взять свое и подарить ему вечный покой.

Из кармана брюк он вытащил два маленьких наушника. Он уставился на них и, не отводя взгляда, смотрел с полминуты. В этих двух маленьких штучках сохранилась целая и невредимая планета, населенная живыми людьми и животными. В его руках был весь мир, и это не было преувеличением. Но что насчет поломки? Будут ли они работать? Он не знал и боялся, чтобы это было не так.

Наушники плотно сели в его ушные раковины, он закрыл глаза и ждал стандартной процедуры опроса, но так и не дождался ее. Когда он открыл глаза в следующий раз, он сидел на потрепанном ковре в окружении невысоких наполовину разрушенных стен. Все вокруг было песочного цвета и как будто было сделано из песка. Прямо перед ним стоял небольшой заварочный чайник, а в трех маленьких чашках был налит горячий чай. Он повернул голову налево и увидел налитые любовью глаза Юн Мэй. По правую руку от него сидел Тэнси, приветливо похлопавший его по коленке.

— Дорогой, почему ты плачешь? — ласковым голосом обратилась к Чжан Вею Юн Мэй.

— Я подумал, что потеряю вас навсегда.

— Все хорошо, не плачь. Мы здесь, мы рядом, все в порядке.

Он вытер слезы моложавой рукой и обнялся с родными. Около получаса потребовалось для того, чтобы рассказать о случившемся. Юн Мэй и Тэнси смотрели на него сочувствующе и не перебивали. На том моменте, когда он рассказывал про сломанный наушник, Тэнси вмешался.

— Пап, ну ты даешь. Ты правда верил, что эти два маленьких наушника способны смоделировать целую вселенную? Да в них никогда не хватило бы требуемой мощности.

Чжан Вей не понимающе смотрел на своего сына:

— А как тогда..?

— Все дело в твоем мозге. Наушники сканируют твой мозг, находят в нем условно свободные редко используемые зоны и отправляют туда простейший сигнал — картинку и звук. Твой спящий мозг распознает этот сигнал, как сон, и все, что ты видишь дальше является плодом работы твоего мозга.

— Значит, все это, — он охватил рукой пространство перед собой, — и все, что было раньше — это только плод моего воображения?

— И да, и нет. Понимаешь, наушники — это носитель данных. Они несут в себе петабайты информации и служат источником сигнала. В них записано множество самых разных сведений о Земле и людях ее населявших. Твой мозг же является проигрывателем и обрабатывает полученный сигнал, создает на его основе новую реальность. Иными словами, ты не просто смотришь фильм, который транслируется тебе в мозг, а режиссируешь его сам. Наушники призваны дать тебе больше данных и заполнить пробелы в твоем личном опыте, расширить твое мировоззрение и понимание мира. В связке с мозгом они делают это так, что ты и сам этого не замечаешь. Для тебя все то, что происходит здесь, выглядит, как обычная реальность, где от тебя мало чего зависит. На деле же ты главный творец и создатель этого мира, все в нем подчинено твоей воле, хоть ты этого и не осознаешь.

— Мне понадобится время, чтобы все это переварить. Давайте лучше пить чай, — он протянул руку к чашке и взялся за маленькую ручку. Чашка согрела руку его своим теплом.

— А почему мы в пустыне? Мы же были в море, ловили марлинов.

— О, а я знаю, почему это так! — весело пропела Юн Мэй, — ты тогда утонул в море, чтобы выйти из симуляции, Тэнси мне все рассказал. Твоему мозгу умирать не понравилось и, чтобы избежать повторения этих ощущений он отправил тебя туда, где утонуть попросту невозможно, прямо в пустыню.

— Я никогда к этому не привыкну, — рассмеялся Чжан Вей.

Они сидели втроем, пили чай и смотрели вдаль, никто не проронил больше и слова. Молчать рядом с любимыми людьми было так замечательно.

Чжан Вей потерял дом и обрел новый в один и тот же день.