Коллектив авторов - Полдень, XXI век (январь 2011)

С каждым глотком кофе во мне просыпается нечто вроде жалости к тем, кто до сих пор страдает от романтизма, доходящего до идиотизма. Есть же такие доверчивые олухи, которых даже обманывать неловко. Кое-кто еще готов купиться на сказочку про общество филантропов, радеющих за человечество! Бедняге и в голову не приходит, что у нашей с ним встречи есть куда более простое и очевидное объяснение. Конечно же, рано или поздно даже он поймет, кому его шариковые ручки – поперек дороги. Но поздно, дело уже сделано, назад пути нет. Теперь-то мой босс, мистер Эберхард фон Фабер, может спать спокойно: отныне его карандашным фабрикам на годы вперед конкуренция не угрожает!..

Осторожно, чтобы не перепачкать руки свежей типографской краской, я перелистываю газету, которую забыл на столе Лауд.

В мире скучно. Мелкие политические скандалы, мелкие локальные войны. Ни прорывов, ни потрясений, ни взлетов. Я не такой уж знаток истории, но, по-моему, за последние сто лет человечество изрядно поглупело – и притом безо всяких шариковых ручек.

Да вот вам, пожалуйста! В долине Китти-Хоук, Северная Каролина, под улюлюканье публики грохнулся планер конструкции братьев Райт, похоронив под собой мечту о летательных аппаратах тяжелее воздуха. И так во всем, с горечью думаю я. Провал за провалом. Пресловутый «беспроволочный телеграф» синьора Маркони оказался мелким жульничеством, опыты Тьюринга – выходкой сумасшедшего, «фонограф Эдисона» – рекламным трюком, и даже мсье Луи Дагер, которого еще на прошлой неделе газетчики называли выдающимся автором «химической живописи», на днях покаялся в том, что, мол, слухи об его открытии преувеличены… Ну и народец! Стыд, позор.

Расплатившись за кофе, я выхожу на улицу. Только что прошел дождь, и булыжная мостовая – мокрая и скользкая. Хотя путь до дома неблизок, я выбираю велорикшу. Пусть медленнее, зато с комфортом. Терпеть не могу такси: пока доедешь, сто раз успеешь пропахнуть дымом и копотью. На календаре уже две тысячи одиннадцатый год от Рождества Христова, а наши паровики – все такие же неудобные, неуклюжие и вонючие, как и пятьдесят лет назад. Хорошо еще, что запасов каменного угля хватит на несколько поколений. А то ведь пришлось бы использовать дрова.

Пока велорикша лавирует среди клубов пара, я размышляю о везении и невезении. Позавчера огласили завещание покойного деда. Моему двоюродному брату, этому напомаженному подхалиму, достался участок с прекрасной угольной шахтой, а мне – никчемный клочок земли в Оклахоме, весь загаженный нефтью. Вот если бы из нее можно было гнать топливо, уж я бы точно не вкалывал на старика фон Фабера. Но нефть, как известно, бесполезна и даже вредна: врачи точно доказали, что продукты ее сгорания для здоровья чрезвычайно опасны – вызывают лихорадку, чесотку и геморрой.

2.

Личности. Идеи. Мысли

Валерий Окулов

Энергия подвластна нам? (Электроэнергетика: фантастика и реальность)

Вот уже четыре столетия совокупность достаточно разных явлений, в которых проявляется существование, движение и взаимодействие – посредством электромагнитного поля – заряженных частиц, называют в мире науки «электричеством». Учение об электричестве давно стало одним из основных разделов физики. Но гораздо чаще под «электричеством» во всём мире подразумевают электроэнергию, используемую в хозяйственном обиходе, давно ставшую непременным атрибутом цивилизованной жизни.

В конце позапрошлого века жителям Земли электричество представлялось наилучшей возможностью решить энергетические проблемы, и даже более того… Глава двенадцатая романа Жюля Верна «20 000 лье под водой» (1870) так и называется: «Всё на электрической энергии!». «В природе существует могущественная сила, она освещает, отапливает, приводит в движение машины. Эта сила – электрическая энергия!» А что писал лорд Литтон в романе «Грядущая раса» (1870, в русском переводе – «Будущая порода людей», 1872) о чудодейственном «вриле»: «Что такое вриль? Я назвал бы это электричеством, если б оно не обнимало… другие силы природы…» «Окончательное подчинение себе электричества, этого таинственного двигателя миров, дозволило человеку преобразовать порядок вещей…» Это цитата из книги французского художника и фантаста Альбера Робида «Двадцатое столетие. Электрическая жизнь» (1883), в которой довольно подробно изображено, что к 1955 году с помощью «приборов для электрического улавливания воздушных течений» люди добились даже возможности управления погодой!

«Электричество – это жизнь, вы зарядили его до предела», – это уже из рассказа сэра Артура Конан-Дойла «Фиаско в Лос Амигосе» (1892), в котором власти городка, где «электричества вырабатывалось вдоволь», решили казнить преступника на «электрическом стуле», приложив максимум напряжения, чем добились его омоложения и «увеличения жизнеспособности»!

В то время электротехника, то есть отрасль науки и техники, связанная с применением электрических и магнитных явлений для преобразования энергии, действительно дала мощный цивилизационный импульс для развития человеческого общества. В 1870 году З.Т. Грамм создал первый электрогенератор, в 1873-м изобретена А.Н. Лодыгиным лампа накаливания с угольным стержнем (а в 1879-м Т.А. Эдисоном – с нитью), в 1882-м М. Депре построена первая ЛЭП, а Г.У. Сили сконструирован первый электроутюг, в 1888 году Н. Тесла изобрёл асинхронный двигатель…

«Исходными материалами для цивилизации… служат вещество и энергия, которые, как известно, являются двумя сторонами одной медали» – достаточно ясно написал почти полвека тому сэр Артур Ч. Кларк в некогда нашумевшей книге «Черты будущего». Насколько велика роль энергии (точнее – электроэнергии) для современной цивилизации, смогли на собственном опыте убедиться миллионы москвичей и жителей Подмосковья пять лет назад. Цепь как случайных, так и совершенно объективных обстоятельств, начавшаяся выходом из строя силового трансформатора на подстанции «Чагино» 24 мая 2005 года, утром 25-го привела к сбоям в работе энергосистемы европейской части Российской Федерации. В 10 часов утра, на пике утреннего потребления, отключились («сели на ноль») несколько электростанций и подстанций, что привело к энергоколлапсу в регионе. «Цепная реакция» аварий оставила без электроснабжения юг, юго-запад и юго-восток столицы (требовавшей 16 ГВт – почти одну шестую всей отечественной мощности), тридцать четыре района Московской области, многие районы Тульской, Калужской, Рязанской областей… К нормальной деятельности большинство потребителей вернулось лишь к вечеру, полный ущерб сосчитать затруднительно (не менее миллиарда долларов). Аукнулась пятнадцатилетняя «экономия» на развитии отечественной энергетики, когда почти не строились новые объекты, не реконструировались существующие электростанции и подстанции. А о внедрении новых технологий и изобретений и речи быть не могло…