Виктор Кувшинов - Пасынки зинданов (Мир, которго нет)

Они шли не совсем в ту сторону, куда звал Моа ее внутренний компас, но отклонение было небольшим и сетовать на судьбу не приходилось. Ветер всю дорогу был умеренный, и близкий к попутному, так что они продвигались с максимально возможной скоростью. Плавание проходило довольно скучно, хотя, по словам капитана, так и должно быть, пока они не достигнут группы островов, мимо которых проходил торговый путь. Судно было не маленьким и команда довольно большой – в тридцать человек. Капитан расщедрился (или испугался) и выделил Моа отдельный закуток, который нельзя было назвать в прямом смысле каютой, однако койка там помещалась, а большего пиратше и не было нужно. А благодаря Жигляю, ютившемуся в общем кубрике, она знала настроения и сплетни, царившие в команде.

Наконец, под вечер двенадцатого дня впередсмотрящий заорал с мачты традиционную, почти магическую фразу: «Земля, справа по борту!». Этот сигнал, как по волшебству, привел весь корабль в состояние кипучей суеты. Моа уже знала, что приближение к островам означало конец их спокойной жизни. Они оказались у густонаселенных берегов, где курсировало немало потенциальной добычи. Новоявленная пиратша мрачно заметила, что ей почему-то совсем не хочется участвовать ни в каких грабежах или разбоях. Она с ужасом думала, что, пытаясь достичь любыми средствами своей цели, угодила в западню, в которой придется исполнять роль изувера и убийцы, или отказаться от своих планов и пойти против всей команды, глупо погибнув в неравном поединке. Ни то, ни другое ее не устраивало, но и найти выход из этой западни не могла. Кем же она была раньше, что, обладая такой сокрушительной техникой убийства, не способна на истязание людей? В этом крылся какой-то необъяснимый парадокс.

Однако судьба распорядилась так, что сначала пиратам пришлось стать не нападающими, а убегающими, и здесь, Моа показала во всей красе свои боевые качества. Спустя какой-то час после обнаружения островов, впередсмотрящий снова подал зычный голос, известив о появлении корабля на горизонте. Сначала обрадованный капитан приказал идти на всех парусах наперерез кораблю и подготовить абордажную команду. Однако вскоре выяснилось, что атакуемый корабль совсем не собирался убегать, и даже наоборот повернул в их сторону. Когда его стало возможно рассмотреть, капитан скомандовал:

- Поворот оверштаг!

Учитывая довольно сильный ветер, это был опасный трюк с крутым разворотом корабля против ветра, что говорило о серьезности их проблем. Боцман, чуть не истерически выкрикивая команды начал гонять матросов по мачтам. Моа старалась никому не мешать. Понять что-либо в этой суете было выше ее сил. Как ни был искусно и быстро совершен разворот, корабль потерял ход. До Моа дошло, что приближающийся фрегат вовсе не торговое, а какое-то военное или пиратское судно, что, в общем-то, не имело большой разницы, по крайней мере, для них. Как ни пытались они набрать скорость, больший по парусности корабль быстро нагонял их посудину.

Наконец, стало ясно, что стычки не избежать, и капитан скомандовал:

- Всем, кто может держать оружие, приготовиться к бою! Паруса долой!

Моа, поняв, что ее место впереди, вышла к борту, откуда намечалось столкновение судов. Это оказалось патрульное судно. Преследователи допустили ошибку, начав выяснять, кого нагнали и, пустив вперед малую абордажную команду. Моа, увидев впереди себя Марлина, отодвинула его плечом и сказала:

- Погоди. Пока, держите их на прицеле арбалетов, не стреляя. Я покажу вам танец с саблями! Лучше бы конечно с мечами, да они слишком тяжелые.

Она еще на берегу, подобрала себе в оружейных лавках две тяжелых, длинных, почти прямых сабли, которые без малого тянули на легкие мечи. У Моа были четкие представления, как сражаться двумя клинками, и она знала, что нет более эффективного оружия, чем это, тем более, в ее руках. Она только попросила в кузнице добавить к ним особые гарды, легко выворачивающие мечи противника особым приемом.

Сейчас пиратша стала прямо перед упавшим на их фальшборт абордажным трапом и, увидев устремившихся к ней вооруженных мужиков, выхватила из-за спины сабли. Они развернулись в руках двумя туманными веерами. Передние нападающие замедлили ход, явно не понимая, что это за чудо. Моа же легкой танцующей походкой вспрыгнула на трап и пошла в атаку. Первые нападающие были вынуждены вступить в бой, но тут же, потеряв клинки, были выкинуты пинками с мостков. Пиратша шла вперед, почти не останавливаясь, только сменив эффектную, но не очень эффективную сабельную «бабочку», на прицельные удары и движения.

Вдруг она заметила, что храбрые войны, начинают разбегаться, смотря через ее плечо. Она на мгновение оглянулась и поняла, в чем дело. За ней следовал Жигляй, крутя почти точно такую же «бабочку», как и Моа. Откуда нападавшим было знать, что кроме этого, хилый Жигляй мало, что мог противопоставить нападавшим. Так или иначе, но психологическая атака удалась, и вскоре Моа осталась на сходнях одна с Жигляем за спиной. Тогда она громко и весело крикнула:

- Уважаемые воины, кто бы вы ни были. Предлагаю, для сохранения вашей команды в целости и сохранности, выйти сюда вашему капитану и переговорить с нашим достойнейшим командиром Марлином!

Она стояла между двух линий нацеленных друг на друга арбалетов, но стороны не спешили приводить их в действие, понимая, какой жестокий урон это может принести обоим командам. Нападавшие осознали, что неприятель почти равен по количеству арбалетов, и, скорее всего, превосходит их наголову в искусстве боя – ведь они не знали, сколько таких сокрушительных бойцов в команде, как эта жуткая тетка.

Спустя некоторое время к трапу вышел капитан догнавшего их парусника. Это безошибочно определялось по горделивой осанке и нарядной форме, увешанной позолоченными финтифлюшками. Моа чуть отступила и, увидев, что Марлин тоже подошел к мосткам, уступила дорогу. Два капитана, картинно вышагивая, сошлись на узком помосте, будто не замечая неустойчивости и покачивании настила.

Моа не вслушивалась в горделивые речи двух задиристых морских петухов. Она только надеялась на их благоразумие и то, что конфликт будет улажен мирно. До нее доносились отдельные вопли, типа «Я, данной мне властью!..» или «На дне морском я всех вас видел!..» Наконец, капитаны разошлись и абордажный трап убрали. Марлин, проходя мимо Моа, тихонько буркнул:

- Я твой должник. Хорошо, что у них на корабле мага не было…

Корабль пиратов сменил направление движения на совершенно другое. Позже Моа выяснила у капитана, что напавшее на них судно было полувоенным парусником, патрулирующим границы объединенного островного волшера. Благодаря выступлению Моа, пиратов весьма вежливо попросили покинуть воды волшера и не появляться в них впредь. Это решение устраивало обе стороны, так как и без островного мини-государства, пиратам было, где развернуться. Моа же это еще больше играло на руку, так как корабль стал точно на тот румб, куда указывал внутренний компас пиратши.