Геннадий Тищенко - Взгляд извне

— Боюсь, этого мы никогда не узнаем, — ответил за Берга Джонс. — Вероятнее всего, техносфера древних аруанцев слишком нарушила равновесие в природе. Возможно, именно поэтому предки осмилоков отважились на столь варварские, с нашей точки зрения, биологические эксперименты… Не исключено, что вопрос заключался в самом выживании аруанцев, как биологического вида…

— Тише! За нами наблюдают! — вполголоса предупредил Леруа. — По-моему, мы начинаем раздражать хозяев своим невниманием к их священным танцам.

— Как врач, могу назвать эти танцы обыкновенным тренировочным комплексом упражнений, — едва слышно прошептала Юна. — Признаться, ожидала увидеть здесь нечто большее, — словно в подтверждение своих слов она зевнула.

— Смотрите! — воскликнул Берг, все еще наблюдавший на экране вид празднества с орбиты спутника. — Костры, видимо, перемещают… Во всяком случае, изображение человека трансформируется в нечто другое! Перестройка костров началась несколько восточнее, но вскоре она дойдет и до нас…

— Ничего не понимаю… — пробормотал Гонсалес, убедившись, что рисунок костров действительно меняется. — Какова должна быть скорость перемещения костров, чтобы заметить это из космоса?!

— Возможно, часть костров гасят по заранее известной схеме, а часть зажигают? — предположил Джонс.

— Но для чего? — сонливость Юны, словно рукой сняло, — Ведь все это просто абсурдно!..

— И до нас дошла очередь… — спокойно сказал Леруа. — Взгляните вон туда, на восток…

Вся степь, усыпанная до самого горизонта кострами, пришла в движение. В результате перемещения и затухания части костров кольца начали распадаться. Теперь огни перестраивались в совершенно иные узоры… С восточных склонов гигантской котловины донеслась далекая барабанная дробь…

— А ведь это похоже на Осмию! — взволнованно воскликнул Берг, продолжавший наблюдение за трансляцией из космоса.

Янин взглянул на экран и убедился, что крохотные светящиеся точки теперь изображают растение, которое он видел на фризе Храма Звездной Рощи. Более того, осмии выбитые на фризе и их огненные изображения, видимые лишь из космоса были выполнены как бы рукой одного художника, столь похоже они были стилизованы.

Между тем, когда барабанная дробь заполнила все пространство вокруг, в движение пришли костры и к западу от землян.

— Через несколько минут изображение будет перекрыто облаками, приближающимися с северо-запада! — предупредил Леруа. — А эта огненная феерия, похоже, только начинается…

— Надо срочно связаться с Диспетчерской и попросить, сюда, к нам, баллистический сольдер! — Гонсалес умоляюще смотрел то на Леруа, то на Джонса.

— Все равно не успеют, — тихо сказал Джонс. — Неужели ничего нельзя сделать?! — на глазах Юны от отчаяния наворачивались слезы. — Ведь мы являемся свидетелями чего-то уникального, что происходит далеко не каждый год! Иначе — это… «действо для космоса» заметили бы раньше!

— Логично, — сухо заметил Леруа. — Но даже, если по нашей просьбе запустят специальный зонд, с орбиты ничего не будет видно…

— А может быть, в инфракрасных лучах! — предложил Джонс. — Костры излучают достаточно тепла, чтобы заметить их сквозь облачный слой!

— Установка Электронно-Оптического Преобразователя потребует дополнительного времени, — возразил Леруа.

— Пожалуй, и впрямь поздновато спохватились, — согласился Джонс и вздохнул. — Это я во всем виноват!..

— Всего никто не мог предусмотреть, — успокоил его Леруа. — Хорошо еще, что мы смогли полюбоваться этой костровой феерией…

— Ладно, не надо ля-ля… — Джонс нахлобучил пониже на лоб свою ковбойскую шляпу. — На завтра я вызову, на всякий случай, и сольдер с мимикрией, и зонд…

Через несколько минут все небо заволокло тучами, но осмилоки, как ни в чем не бывало, продолжали выстраивать из костров все новые и новые узоры.

— Неужели их предки и впрямь летали в космос?! — изумлялась Юна, наблюдая за этим совершенно теперь бесполезным занятием.

— Почему летали? — спросил вдруг Леруа. — Может быть, они и сейчас…

Что ты этим хочешь сказать? — насторожился Джонс.

— Ничего… — Леруа отключил мобильник, и тихо сказал: — Мы возвращаемся. Двоих роботов оставляем здесь для наблюдений. Пришли нам еще одного, для сопровождения. В дозоре его пусть заменит Санти…

Глава шестая.

Дмитрий Еремкин

Покорить сердце Юны Окнянской не составило никакого труда. Собственно говоря, эту прелестницу и покорять то особо не пришлось. Неизвестно еще, кто кого покорял.

Дама сия оказалась не менее любвеобильной, чем андроид по имени Алька, известная всем, как императрица Закаура. В какой-то момент я даже заподозрил и в жене Джонса мастерски изготовленного сексробота. Однако в первую же нашу ночь приборчик под назаванием «ГЕНАПРА» развеял мои подозрения.

Юна оказалась воистину кладезем информации не только о Джонсе. Она рассказала немало интересного и о Леруа, и его ближайших сотрудниках, с которыми французский гений уже не один год исследовал окраины Осмилонии.

К концу недели нашей близости я добился полного доверия Юны. Это было не так уж трудно сделать, поскольку, рассказывая о своих приключениях в разных мирах Галактики, я не врал…

То есть, — почти не врал…

Приключения, о которых я рассказывал, действительно имели место в моей биографии. Правда, в них я участвовал, так сказать, по другую сторону баррикад. То есть не на стороне ГБ, а на стороне КГБ. Уже не помню, поведал ли я о том, что некоторые острословы расшифровывали эту абривеатуру как «Криминальный Галактический Беспредел».

Из рассказов Юны следовало, что больше всех Леруа доверяет ее супругу Джонсу, славному последователю всех вышеперечисленных мною религий.

И у меня родился дерзкий план: стать на время Джонсом и заменить его во время намечающегося похода на Киалану.

Я связался с Хунтой по каналу кодовой ПП-связи и рассказал о своем замысле. Как это ни странно, Симеон Кристабальевич одобрил его и выслал на Аруану подпространственный бот, с соответствующей командой.

К моменту прибытия бота я уже достаточно подружился с Джонсом, и мне не составило труда уговорить его показать мне археологические раскопки в Ливе.

Недалеко от Центрального Святилища я его и похитил…

Глава седьмая.

Большая охота

Всю ночь Янина мучила бессонница. В темноте перед глазами всплывали видения болот и пустынь Аруаны, а время от времени он словно наяву видел то прекрасное лицо Улы, то полуразрушенный фриз храма Звездной Рощи… Но чаще всего ему виделся Леруа…