Наталья Баранова - Игры с судьбой. Книга третья

А так, с подобным существованием расставаться вовсе не жаль. И смерть, она лишь оборвет все самые потаенные надежды, запрятанные так глубоко, что даже облечь в слова их не смел, не решался, что б не сделать еще больнее.

Как хотелось, как мечталось… быть! Возродиться Фениксом из пепла. Освободившись от навязанной Локитой сути, от черной липкой паутины — жить! Не замотанным в саван раздумий и сомнений, вечно уставшим, в пружину сжатым, собой — открытым и людям и ветру — быть! Петь так, как не дано людям. Звать к свету и звездам, кружа голову словом своим, словно вином. Наполнять и чужую жизнь, как чашу, так, что б через край — радостью, верой, надеждой, а если слезой, то лишь такой, от которой легче на душе.

Да только….

Вместо струн аволы, ласкают пальцы золото, с улыбкой покупается на них симпатии и власть. Полет. Иногда с тоскою вспомнить — как же это оно было.

Вместо верных друзей — волчья стая. Хищники, что бродят вокруг, втянув когти, да смотрят на него с заревом во взглядах. Как стервятники — нюхом чуют добычу, чуют, что рядом могут урвать кусок пожирней да послаще. И как же хочется всех их послать в… Эреб!

Вот и сегодня. Едва отгорел закат, явился незваным — Катаки. На губах улыбочка, сладкая усмешка, от которой рождается лишь ощущение гадливости.

Неприятен капитан, как был неприятен, так и остался. Не прикажешь душе смириться с окружением из мерзавцев. Только приходится держать лицо и улыбаться так же сладко.

— Император желает видеть тебя, господин. Срочно. Требует, просит, что б ты летел к нему.

— Что так вдруг загорелось?

— Слухи ходят. Говорят, Локиту убили.

Сухо рассмеявшись, Да-Деган посмотрел в лицо капитана.

— Тоже мне, новость!

— Господин, Хозяин рвет и мечет. Слухи разные. В одном сходятся — там, на Софро видели Ареттара.

— Да? — не скрыть иронии. Не скрыть льда в интонациях. — Мне что с того?

— Император желает видеть тебя, — повторил Катаки заучено.

Пройдя по комнате, Да-Деган остановился у окна, наблюдая за дальними огнями. Тронули пальцы тонкую пленку стекла. Улыбнулся задумчиво, так же, задумчиво негромко проговорил:

— Смута на Эрмэ, Катаки. Потому и желает нас лицезреть Император. Хочет, что б от его шеи веревку отвели. Он без Локиты по тонкой ниточке ходит. Ареттар тут не причина.

— Полетишь, господин?

— Позже, Катаки, позже…. Не торопись.

— Не простит Хозяин!

И снова усмешка цветет на губах. И сияют глаза почти ласковым, безтревожным огнем. Смех легок, словно птичий пух.

— Дурак ты, Катаки! Смысл мне сейчас по первому зову, как пес к его ногам ластится. Он мне тоже много чего обещал. Обещал, да вот беда, забыл, не исполнил. Так я подожду, покуда он вспоминать будет.

— Голову потеряешь, Дагги!

— Как бы Хозяин ее не потерял! Он все ставки на Локиту делал. А… нет теперь Локиты. Ему теперь и дар не поможет.

— Будешь падения его ждать?

— Нет, Катаки. Падение его мне не на руку. Но я и не Анамгимар, который на брюхе готов был ползать, лишь бы Хозяин не гневался.

— По ниточке ходишь, Дагги. Если он и без тебя устоит?

— Что ж, я найду отговорку. Не впервой. Только не спеши, погоди. Чую, недели не пройдет — сам союза искать явится. Думаю, ума понять ему хватит, что не вассал я ему, тем паче не раб. С подарками явится. Лучше проследи, что б в порту Эрмийца как нужно встретили. С подобострастием и низкими поклонами. Понимаешь?

Усмехнувшись, Катаки подошел к Да-Дегану.

— Боюсь, Ордо кланяться не выучить, господин. Он если наклонится, так только за своей головой.

— Ордо трогать не смей! Он хоть и сбоку припека, но кто ж Императора знает, вдруг обидится чертушка, что побочную ветку сломали. Как-никак сынок Ареттара. Да и певец, если слухи верны, если жив, должен на Рэне у Ордо объявиться. Лучше следи за его домом в оба. А поймаешь певца — отблагодарю. Понял ли?

— Да, господин…..

Господин…. Растаяла усмешка. И словно по сердцу резануло. Снова Шеби. Эта память, эта горечь, это наваждение его, горячечный бред тяжелобольного.

Прислонившись лбом к стеклу, устало дыша, вспоминал. И голос мягкий и теплый, грусть, поникшие плечи, как танцевала она, забывая в танце обо всем. Черные локоны, небесную синь взгляда.

Просьбы, безнадежность и тоску.

Вздрогнув, обернулся.

Не было Катаки в комнате, только таял звук шагов. Давно выучило все окружение воспринимать миг, в который заканчивалась аудиенция. Вот и в этот раз понял, удалился капитан, побоявшись мешать.

Лишь Илант стоял на пороге, смотрел укоризненно.

— Фориэ Арима ждет аудиенции, — напомнил юноша. — Вы сами за ней посылали.

— Пусть еще подождет…. Пять минут. Налей вина.

Смотря, как льется в бокал рубиновая влага, хмурил брови. Незаметно кусал губы. Приняв бокал из рук Иланта, бросил в него несколько зерен эрмийского снадобья.

Уносилась горечь, уходила боль, загорались в глазах веселые искорки. И словно отступал возраст, словно становился юным, иным.

И лишь хмурился Илант.

— Все бы вам лакать эти снадобья, — проговорил молодой человек грустно. — Там на Эрмэ, кто их принимает, долго не живут.

Отбросив этикет взлохматить волосы юноши, прижать его голову к своей груди.

— Глупый, — прошептал Да-Деган тихо, — кто сказал тебе, что мне жить долго? Я в любой момент доиграться могу. Ты иди. Беги, зови сюда свою Фориэ Арима, пока я не передумал, не послал ее… далеко. Давай….

Разомкнув объятья смотрел, как уходит Илант, пытаясь пригладить взъерошенные волосы, на гордый разворот плеч, на прямую его спину.

Бросив себя в кресло, посмотрел на остаток рубиновой влаги, заключенной в стекле. Усмехнувшись, поднес бокал к губам, впитывая сладость, впитывая горечь, выпивая силу и кураж из хрустальных граней.

Уронив бокал, усмехнулся.

«Все равно, все равно…. Не сегодня, так завтра…

Оборвал задумчивость звук легких шагов. Улыбнувшись, Да-Деган посмотрел на гостью.

Волосы уложены в высокую прическу, словно короной увенчавшую голову. Хрупки плечи, но в противовес слабости — этот яркий сильный взгляд. И усмешка….

Поднявшись, он подошел к Фориэ Арима, указав на кресла возле стола, сделал приглашающий жест рукой, не обращая внимания ни на нахмуренные брови, ни на брезгливость усмешки.

Обернувшись к Иланту, взглядом приказал закрыть дверь и стоять на страже. Заметив это, Фориэ недоуменно пожала плечами.

— Я пригласил вас обсудить наши дальнейшие действия, — промолвил Да-Деган мягко. — Помните нашу договоренность?

Женщина упрямо мотнула головой, посмотрела снизу вверх в его глаза.