Владимир Дрыжак - Точка бифуркации

- Н-нет, - пробормотал я. - Слушай, Сомов, надо быть разборчивее в связях!

- Сам-то ты кто? На кого работаешь?! Пока Спиридонова не предъявишь, я вообще тебя не знаю.

- Вот я его и привез на рандеву с Калуцей. С серьезными намерениями.

- Чихал Калуца на его намерения.

- Но-но! Не шибко... Спиридонов - это тебе не какой-нибудь ирландец. У наго полномочия изо всех карманов высовываются. Скрутит, свяжет и к ногтю!

- Он что, большая шишка?

- Недопонял. Ты не знаешь, кто такой Спиридонов?

Сомов фыркнул и сказал пренебрежительно:

- А зачем мне знать? Я знаю, что есть какой-то Спиридонов, который всех нас хочет вывести на чистую воду...

- Спиридонов - начальник следственного отдела сектора безопасности ГУКа. Все, что касается космоса и безопасности - его.

- Да, большой человек, - согласился Сомов, - нам не чета.

- Вот то-то же. Так когда встречаемся? Давай, как-нибудь, завтра, по-хорошему соберемся.

- Возражений особых нет, но надо с Калуцей сговориться. Он мужик норовистый.

На том мы и порешили, после чего я убыл в "отель" дожидаться звонка Сомова. Он позвонил через пару часов и предложил встретиться завтра с утра на его квартире. Калуца будет точно, а Шеффилд - предположительно.

Спиридонов появился поздно вечером. Настроен он был, как я понял, весьма благодушно, заказал какой-то замысловатый ужин и бутылку, как он выразился, "бордо". Я, правда, уже поужинал, но Спиридонов, узнав об этом, заявил, что считал меня до сих пор человеком порядочным, а теперь вынужден ревизовать свое мнение.

- А ты можешь прогнозировать, к каким выводам я приду, если выпью бутылку один? Это не твоих интересах, - сказал он.

Пришлось идти на попятную.

Уже в процессе разливания и закусывания, я выяснил, что Спиридонов весьма расположен поговорить.

- Вот вы, молодежь, не любите с нами, со стариками, общаться, а зря. Чем старше человек, тем он больше нуждается во внимании и дружеском участии. Возраст - не тетка, ума не прибавляет, но, - он воздвиг передо мной свой знаменитый указующий перст, - но возраст делает человека мудрым. А что такое мудрость? А? Мудрость - суть умение находить равновесие между собой и миром... Закусывай, закусывай... Оно хоть и "бордо", но действует аналогичным образом... О чем, бишь, я?..

- О мудрости, Васильевич, - напомнил я.

- Д! Вот!.. И что я о ней выразил?

- Что она - суть умение и равновесие.

- Да?.. А что? Как считаешь?

- Что-то в этом есть, - сказал я глубокомысленно. - Но что именно - неясно.

- Ишь, чего захотел! Чтобы сразу - и ясно. Не-ет, ты поживи с мое, побегай, покрутись, а потом все прояснится.

Следует отметить, что при этом Спиридонов вовсю работал челюстями, доедая не то шашлык, не то жаркое. Ел Спиридонов очень основательно, самим процессом вызывая к себе уважение.

- А что, Васильевич, при твоей комплекции, должно быть, наша цивилизация на тебя немало харчей потратила?

- Да уж, - согласился он. - Но я-то их не зря расходую, как считаешь?

- Неясный баланс, - сказал я раздумчиво. Многофакторный. Но что непонятно: как это ты, Васильевич, при своей сидячей работе не растолстел?

- А? - Спиридонов уставился на меня, хлопая белесыми ресницами. - Что ты тут несешь! Не сидячая, а мозговая, то есть умственная... Не уважаешь ты, Гиря, начальников, нет, не уважаешь. Расслабился - и вот результат... Расслабился?

- Да, блаженная истома, все плывет и тает... Интересный сегодня день. С утра я выслушивал тезисы подпирающего поколения, а ближе к вечеру уже подпираемого.

- А кто там подпирающее?

- Дочь Сомова.

- Так, докладывай. Указание выполнил?

- Так точно, - отрапортовал я. - Завтра утром на квартире Сомова коллоквиум. С их стороны обещан Калуца и, отчасти, Шеффилд.

- А почему на квартире? У Калуцы что, кабинета нет? Тоже мне.., - забурчал Спиридонов. - И что значит "отчасти"? Полшеффилда, что ли?

- Его присутствие под вопросом. Но нам, видимо, и одного Калуци хватит.

- Так.., - Спиридонов задумался. - В приватном, говоришь, порядке? А что - это даже забавно... Только давай так: сегодня расслабляемся, а завтра - ни боже ты мой!

- В смысле спиртного?

- В смысле вот этого, - Спиридонов постучал себя по черепу где-то в районе уха. - Что с Сомовым?

- Сомов в порядке. Бодр. Достиг с ним взаимопонимания.

- В каком смысле?

- Он сознался.

- В чем сознался?.. Слушай, Гиря, долго я еще буду тебя за язык тянуть? Ну-ка, докладывай по форме!

Я вкратце передал смысл нашего разговора с Сомовым и, дополнительно, изложил тезисы, обсужденные с Маришей.

- Ага-а.., - сказал Спиридонов. - Вот тут ты просто молодец. Хвалю. Это убедительно, хотя к делу и не пришьешь... А Сомов, значит, про тормоза... Ты смотри, что делается!.. Ну, и что теперь? Как будем себя вести?

- Будем исходить из факта, - сказал я твердо.

- То есть будем считать данный факт соответствующим действительности? Боязно! А вдруг они нам мозги запудрили? Как думаешь?

- Тут хоть задумайся. Да и зачем им было затевать всю эту канитель? Какой смысл нас дурачить? А Свеаборг - это ведь не шутка. Человек умер...

- Про блокнот речь была?

- Нет. И про то, что делал здесь Свеаборг, я разговор затевать не стал. Не та была атмосфера. Все же, Васильевич, мы с Сомовым как-то сблизились, и я стараюсь вести себя тактично. Нельзя же каждый раз из-за угла бить по голове.

- Правильно, - согласился Спиридонов. - Теперь пора выходить из плоскости собственно расследования в пространство соответствующих выводов и приступать к формированию политики. Тут, Гиря, у нас слабина. Нам бы в отдел этого Калуцу заманить - башковитый мужик. Вишь ты, какую кашу заварил. И не зря... А что там за ирландец у Сомова?.. Кстати! - Спиридонов вдруг посерьезнел и заерзал в кресле. - Он кто?

- Не знаю.

Я почему-то ощутил себя виноватым за то, что не знаю, что за ирландец возник в окрестности Сомова.

- Так вот, Гиря, это уже второй ирландец. Ты уж меня извини, старого, но я тут держу своего человека поблизости от этой компании. Выявляю связи. Но вот твоего ирландца он не засек. Он другого засек, и знаешь, от кого тот приставлен? От наших смежничков из отдела прогнозирования!

Отдел прогнозирования принадлежал нашему же сектору и занимался вещами удивительными. Он занимался следами пришельцев, если таковые где-либо обнаруживались - правда, до сих пор еще ни одно сообщение не подтвердилось. Он же занимался разного рода таинственными случаями из космической практики, как то: бесследные исчезновения судов и грузов, аномальные физические процессы и явления природы на планетах и космических трассах, а также массовые психические аномалии. Таким образом, отдел прогнозирования был создан и функционировал в соответствии с представлением о существовании вещей, хотя и иррациональных, но, тем не менее, потенциально возможных и опасных для судеб земной цивилизации.